Чтение онлайн

— Давай без подробностей, Драм. Я бы не хотел, чтобы мне это ещё и приснилось.

— В итоге его вышвырнули на улицу прямо в грязь. Я незаметно выскользнул из кабака и пытался помочь ему подняться, однако обнаружил, что сам идти он не может. Нам повезло, что по пути он не привлекал внимания, если не считать громких песен. Впрочем, не думаю, что это было для кого-то необычным: ему даже кто-то подпевал по дороге.

Из соседней комнаты донесся голос Игната, в котором угадывались строки похабной песни про короля Янеса Русворта и его двенадцать служанок, обыкновенно исполняющейся подвыпившими солдатами или великовозрастными лоботрясами в крестьянских тавернах. Оборвалось нескладное пение так же внезапно как началось, и юноша захрапел.

— Так. Если этот хмельной менестрель не проспится к утру, отправляемся без него. Бьорн присмотрит за ним. А сейчас нам лучше набраться сил, Драм. — С этими словами наёмник опустился было на лежак, как вдруг подскочил, будто ужаленный. — А яд? Не вздумай сказать, что он пропил все деньги или потерял склянку…

— Нет, я забрал у него заранее, конечно, ещё когда он мог связно разговаривать.

Ночь прошла под звуки сверчков и игнатовского пьяного бормотания в соседней комнате. Воздух с течением времени наполнялся запахом перегара и ближе к утру сонный наёмник даже поднимался открыть окно, чтобы остаток сна дышалось свободнее.

Дракенталь издавна управлялся Рейнарами. Светловолосые лорды и леди прочно держали долину в своих руках, а родовой замок передавался от отца к сыну на протяжении веков. Приход Империи лишь укрепил их власть, тогдашний лорд Ателар Рейнар без колебаний присягнул на верность имперским силам в обмен на помощь в затянувшейся неудачной войне со Скайнами, не менее древним родом, владевшим городом Атерун. Отбив Скайнов Рейнары восстановили замок и пограничные крепости, став верными вассалами Империи. Даже в Войне Кровавой Короны они до последнего колебались, прежде чем выступить на стороне содружества домов Энгаты под предводительством Одерингов. Однако именно Алистер Рейнар принял решение выступить против Империи, нанеся ей сокрушительный предательский удар. В решающей битве под Мейераном знамя золотого дракона на чёрном фоне, символ верности Империи, выступило на стороне Одеринга и имперцы были разбиты. После Рейнар сменил знамя на нынешнее, с красными языками пламени вокруг драконьего черепа, а замок Сердце Дракона был переименован в Пламенный Замок. Далеко не весь двор поддерживал подобные перемены, но никто не осмеливался озвучивать своё недовольство. Кроме одного единственного человека во всём замке, Дериана Рейнара, родного брата лорда дракентальского.

Будучи рождённым на пять лет позже, он сполна ощутил, что такое, быть младшим ребёнком в семье Рейнаров. Всё самое лучшее, что их отец, Ривен Рейнар, мог дать своим детям, доставалось Алистеру, юному наследнику рода, долины и прочих земель, принадлежащих Рейнарам. Дериану же отходило либо то, что пришлось старшему брату не по нраву, либо то, что было им уже использовано или сломано. Так, подаренный юному наследнику на десятилетие снежногривый ригенский конь показался Алистеру слишком своенравным, поэтому он потребовал, чтобы первым его оседлал его брат. Дрожащего от ужаса пятилетнего Дериана усадили в седло, а Алистер крепко шлёпнул коня по заду. Четвероногая бестия с диким ржанием сорвалась с места, унося впившегося в стремена мальчика. После нескольких секунд бешеного галопа, Дериан не удержался в седле и рухнул, сломав ногу. Придворные лекари сделали всё, что могли, но кость срослась неправильно и правая нога его навсегда стала немного короче левой. Так младший Рейнар приобрёл переваливающуюся хромающую походку, а также, будто этого было мало, кличку «Дери-хромоножка» от брата.

Несмотря на это, Алистер брата любил, но какой-то странной снисходительной любовью. Например, он мог запустить в него пойманной в коридорах замка кошкой, чтобы потом успокаивать его, исцарапанного и заплаканного. Или довести его издёвками и дразнилками до слёз, а после протянуть оставшееся с обеда пирожное. В играх с придворными детьми Дериан часто исполнял роль чудовища или дракона, которого сражали, вооружившись палками, «благородные рыцари», другие мальчишки во главе с Алистером. Право нанести последний и, без сомнения, самый болезненный удар, всегда оставалось за старшим братом. Порой он даже колотил тех, кто хоть пальцем тронет брата после него. Но время шло, детские игры уступили место упражнениям в фехтовании и верховой езде, а также обучению истории, географии и прочим наукам, которыми следовало овладеть молодым сыновьям лорда. Дериан делал успехи, схватывал знания на лету, Алистеру же это было не интересно. Он то и дело пропускал уроки, не получая ничего, кроме выговора от отца. В военных упражнениях младший брат, несмотря на хромоту, показывал не меньшие успехи, впечатляя даже своего учителя фехтования, немолодого имперского ветерана, который с неизменным акцентом всегда приговаривал «Йа, фот она, крофь Рейнароф! Настоящий лорд!». Алистер же пропускал эти слова мимо ушей, полагая, что ничего страшного не случится, если его брат хотя бы на время занятий почувствует себя настоящим лордом. К тому же, несмотря на успехи в фехтовании, Дериан никак не мог одолеть в поединке брата. Руки словно тяжелели, наливались свинцом, а движения становились неуклюжими.

На момент смерти Ривена Рейнара Алистеру было двадцать четыре. Он вырос в красивого статного мужчину, со всей готовностью принявшего бразды правления. Леди Летисия, супруга лорда Ривена, играла небольшую роль в воспитании сыновей, но вступление Алистера во власть восприняла с радостью. Рад был и пожилой эльф Келериан из Аккалантира, бывший у детей гувернёром и чья дочь, Лиристель, служила леди Летисии в качестве фрейлины.

С тех пор прошло немало лет, на момент, когда наёмник Таринор с напарниками прибыл в Дракенталь, лорду Алистеру исполнилось уже пятьдесят два года, но он выглядел значительно младше. В отличие от своего младшего брата, который вполне соответствовал своим сорока семи, а иным казалось, что ему и того больше. Морщины на его лице были глубокими, особенно на лбу, волосы назад он не зачёсывал, поскольку остригал их гораздо короче, чем у брата, чем походил скорее на солдата, чем на выходца из знатного рода. Сложен он был крепко, что было особенно заметно в контрасте с сильно похудевшим в последние годы Алистером. И если тому худоба придавала аристократическое изящество, то брат его выглядел коренастым и неуклюжим. У Дериана было двое детей, Марис и Мирана, от короткого брака с нежно любимой им Ингрид Ритц, дочерью имперского купца, друга семьи Рейнаров. Союз этот продлился всего около шести лет — несчастная девушка скончалась от родильной горячки после появления на свет младшего ребёнка — Мариса. Алистер же, женившись вскоре после принятия власти, был бездетным. Брак его с Риеной Одеринг, младшей сестрой короля Эдвальда Одеринга, продолжался семнадцать лет и отличался весьма прохладными отношениями между супругами. В конце-концов, леди Риена умерла от неизвестной болезни, а лорд Алистер так и остался бездетным. Все эти годы Дериан упражнял своё тело и ум, искусно овладев различными видами оружия и прочитав множество книг в замковой библиотеке. На званых обедах, случавшихся по праздникам, Алистер, чтобы потешить гостей, бывало, обозначал какое-нибудь историческое событие, после чего просил брата сказать, когда оно произошло. Дериан Рейнар никогда не ошибался, в точности вспоминая дату, детали, имена исторических личностей и массу прочих фактов, связанных с событием. Гости шутили, что с таким братом у лорда Алистера, должно быть, нет нужды в книгах, раз тот сумел проглотить их все. После обычно раздавался смех, а лицо Дериана приобретало смущённое выражение. Однако смущение было лишь маской, в душе он гордился своим умом, считая брата недалёким и изнеженным. За долгие годы он сумел изгнать из глубин разума страх и скованность, оставив их лишь в качестве ширмы для отвода ненужных глаз. Те придворные, с кем он тесно общался, стали его хорошими друзьями, отмечая его ум и проницательность, что, безусловно, ему льстило. Со временем он даже приобрёл некоторое влияние на лорда Алистера. К примеру, после смерти Келериана лорд не брал в придворные других эльфов. Он прислушался к брату, сокрушавшемуся о потере старого гувернёра. Вид других эльфов, по его словам, будет лишь бередить душевную рану, нанесённую уходом столь близкой к ним персоны. Но то вновь была лишь осторожная и целенаправленная ложь. На самом же деле Дериан ненавидел эльфов. Ему случалось бывать в Акаллантире, где он достаточно общался с представителями этого народа, чтобы утвердиться в своём отношении к нему. Укрепляли его убеждения и исторические книги, описывавшие, как часто в былые времена эльфы стремились посеять смуту среди государств людей, ослабить их, ввергнуть в хаос. Поэтому сам факт проживания эльфов в Пламенном замке вызывал у него отвращение. Тем не менее, дочь Келериана, Лиристель после смерти леди Летисии осталась в замке. Лорд Алистер настоял на этом, объясняя своё решение тем, что ему просто необходимо иметь возможность время от времени хоть с кем-то поговорить по-эльфийски. Он находил этот язык изысканным, приятным и уже давно овладел им в совершенстве. Дериану же, разумеется, это по нраву не пришлось, но возражать брату он не стал. Сам он эльфийским наречием не владел и владеть не желал, хотя и неплохо изучил несколько языков.

В тот вечер ужин подавали поздно. Об этом распорядился Дериан, не желавший мешать брату, допоздна задержавшемуся в кабинете за прочтением важных бумаг. Гостей в замке не было, так что ужинать они собирались вдвоём. Небольшой стол, который накрывался для приёма пищи с важными гостями наедине, был достаточного размера, чтобы сохранять между лордом и его гостем определённую дистанцию, при этом не мешая им разговаривать. На чёрной скатерти уже покоилась пара серебряных тарелок с аккуратно разложенными столовыми приборами по обеим сторонами от них. В одну из них глядел Дериан Рейнар, облокотив руки на стол в ожидании брата. Еда по обыкновению подавалась не раньше, чем лорд Алистер займёт своё место. Этот обычай не был по нраву Дериану, ведь он всегда приходил точно к назначенному времени трапезы, тогда как брат его постоянно опаздывал. Не стал исключением и этот раз. Несмотря на позднее время, часом позже у него была назначена встреча с главой тайной службы Йоахимом Раухелем, поэтому с ужином следовало разобраться как раз вовремя. Резко повернув голову к открывшейся двери, он надеялся увидеть прибывшего брата, но тут же разочарованно вернулся к разглядыванию тарелки. Это Лиристель принесла салфетки. Учтиво поклонившись, она оставила пару салфеток по обе стороны от тарелок, после чего, удалилась. Дериан не смотрел на её лицо, но мог поклясться, что на нём была всё та же учтивая улыбка. «Омерзительно учтивая», как говорил про себя он, считая, что она слишком глупа, чтобы догадываться о его к ней отношении. Эта девушка с длинными, но согласно дворцовому этикету собранными в пучок на затылке, каштановыми волосами, как и все эльфы сохранила в свои годы стройность и красоту молодости, что не нравилось Дериану, полагавшему, что Алистер проводит за беседами с ней слишком много времени. Но он уже давно научился сохранять нейтральное выражение лица при виде неё.

Наконец, в дверях появился лорд Алистер Рейнар в своём обычном костюме. Этот чёрный с золотой вышивкой костюм шёл Алистеру безупречно, это отмечал даже Дериан, облачённый в такой же. Лорд опустился на своё место и взглянул на брата.

— Полагаю, мы можем начинать трапезу. — Проворил он.

— Согласен, — ответил Дериан. — Мне сообщить на кухню?

— Нет нужды. — Улыбнулся Алистер, глядя на вновь вошедшую в комнату Лиристель. Лорд обратился к ней по имени и добавил несколько слов по-эльфийски, чем вызвал у неё улыбку. После этого он вновь заговорил с братом. — Я велел подавать сейчас. И всё сразу. Уже поздний час, не думаю, что ужин будет обильным, нам не до перемен блюд.

Спустя несколько минут на столе покоился целиком зажаренный крупный фазан, обложенный свежей зеленью, грибами и рассечённый надвое. К нему было подано изысканное розовое вино, доставлявшееся в Дракенталь из самого Луара, что в землях Нераля. Вино это было любимым напитком лорда Алистера Рейнара, предпочитавшего его именно с блюдами из фазана. Об этом давно было известно всей кухне, так что фазан с луарским розовым неизменно подавался к лордскому столу без лишних напоминаний.

— Как провёл свой день? — Лорд отрезал ломоть сочного розового мяса на тарелку, после чего наполнил бокалы себе и брату.

— Ничего, что стоило бы твоего внимания, любезный брат. — Дериан по своему обыкновению просто оторвал птичью ножку рукой и нанизал на вилку несколько грибов. Он не особенно любил птицу, предпочитая кабанятину, желательно, добытую собственноручно на охоте, всем другим видам мяса, но с предпочтениями лорда-брата ему приходилось мириться.

— В таком случае, наш ужин пройдёт в молчании? Что ж, тем лучше. — Лорд Алистер отхлебнул из бокала. — Хотя мне всё же есть, о чём тебе сообщить. Скоро, кажется, в следующем месяце, десятая годовщина смерти нашего дорогого Келериана. Я собирался совершить поездку в Акаллантир, навестить его могилу.

— Прекрасная мысль брат. — Дериан старался улыбаться как можно более искренне, но не переусердствовать, чтобы улыбка не казалась издевательской. Разговоры об эльфах, пусть даже мёртвых, портили ему аппетит. — Полагаю, ты захочешь взять с собой Лиристель? — Он попытался хоть как-то повысить себе настроение мыслью, что в замке не будет её.

— Разумеется. Леди Лиристель давно хотела…

Дериан чуть было не поперхнулся, но вовремя удержал себя в руках. Он не ослышался? Алистер только что назвал эту эльфийскую подстилку «леди»? О, Бездна, это переходит все границы…