Чтение онлайн

— Это всё грязные слухи, милорд.

— Есть немало желающих тебя повесить. Я знаю тех, кто может хорошо заплатить за твою голову. — Бьорн прищурился, нахмурив брови.

— Я слышал также, что в одном городе далеко на востоке с меня желают содрать кожу живьём и подвесить у городских ворот гнить под палящим солнцем. К счастью, это довольно далеко и не вредит моей репутации здесь.

— Я думал, твоей репутации пришёл конец после истории с Родриком Освиндом, — командующий встал и подошёл к Таринору.

— Пьяным рыцарем?

— Да, и родственником не последнего человека в Атерланде. Он умер в Атеруне прошлой осенью, когда ты служил его телохранителем.

— Меня подозревают и тут, милорд? Стоило сиру Родрику выпить, как его язык становился ему врагом.

— Подозрительное совпадение. Все, кому ты служишь, почему-то встречают безвременную кончину.

— Ну, король-то ещё жив. К тому же, всем известно, что сира Родрика отравили, а яд оружие женщин и трусов. Неужто я похож на труса, милорд? — рука Таринора легла на меч.

Командующий поступил так же. На несколько секунд повисла гнетущая пауза, которую нарушил Бьорн.

— Нет. На женщину, — ответил он, оскалив зубы.

Наёмник и командующий стражей не сводили глаз друг с друга. Игнат выглядел растерянным, а Драм был готов вступить в драку, но вдруг гнетущую тишину нарушил громогласный хохот. Таринор и Бьорн обнялись и хлопали друг друга по спине с такой силой, будто хотели проломить друг другу хребты.

— Вот уж не думал тебя здесь встретить, северный пёс! Но ради всех богов, перестань обращаться ко мне «милорд», я уже семь лет как позволил тебе не говорить так.

— О, значит «позволили», милорд? — усмехнулся Таринор, особенно издевательски проговорив последнее слово. — Помнится, ты попросил меня об этом. Кажется, даже умолял.

— Потому что от тебя это звучит отвратительно, чёрт возьми! Ты произносил это слово так, что меня начинало тошнить. Послушай только сам себя: милооорд!

— Что поделать, не всем от рождения дано пресмыкаться, — усмехнулся Таринор. — Однако же, как ты раздобрел! Тот Бьорн Талот, которого я знал, был, наверное, вдвое меньше!

— Ну уж это ты загнул, не так уж я и поправился. А вот ты исхудал, Тар! И этот пройдоха, помнится, обещал за меня всех свиней на Золотом береге обглодать. И облапать всех девок!

— Ну, праведником я уж точно не был. Прошлая зима загнала меня в Гирланд, и времени я там, уж поверь, не терял.

— Помнится, недешёвый город для зимовки.

— Осенью мне перепал немалый куш. А что мне ещё оставалось с ним делать, кроме как есть, пить и радоваться жизни? Вот как бы ты поступил на моём месте?

Лицо командующего приняло неожиданно серьёзное выражение.

— Я бы, несомненно, раздал всё бедным, как подобает настоящему рыцарю.

Наёмник и командующий стражей с секунду глядели друг на друга серьёзными взглядами, после чего вновь залились хохотом.

— Что ж стоите, присядем за стол, в ногах правды нет, — предложил Бьорн.

— И то верно, старина, — согласился наёмник, садясь на скамью. — Сколько ж лет не виделись…

— Да уж осенью все пять будет. Эрик! — вздохнул командующий и окрикнул кого-то в соседней комнате. — Принеси вина и хороший окорок! Ты-то, небось, привык в пути всякую дрянь жрать и пить из лужи.

— Всякое бывало, но после Гирланда я предпочитаю «Чёрный лес», — ответил Таринор, закидывая ногу на ногу.

— Губа не дура! Но уверяю, местные делают отличнейшее вино. А ещё тут пивоварня есть, полмили за городом. Мне тамошний хозяин денег должен, обязательно наведаемся, пускай пивом отдаёт. Слушай, а ты давно бывал в Красном доме, что в купеческом квартале Гирланда? Хозяйку Амелией звать, она ещё своих девочек называет цветочными именами. Роза, Фиалка, Маргаритка…

— Ещё как! — мечтательно протянул Таринор. — Этой зимой я частенько наведывался на ту поляну, порой набирал целый букет.

— Кстати о цветах. Помнишь темнокожую красотку, что держит лавку с пахучей водой неподалёку от того «цветника»? Как же её звали… Чёрная Роза!

— Ещё как, дружище, — подмигнул наёмник.

— Дьявол! Всё бы отдал, чтобы снова увидеть её. Как же порой не хватает этих стройных ножек!

— Помнится, в последний раз тебе пришлось убегать от её братьев. В мире есть куда более безопасные способы провести ночь с красоткой.

— Но какой тогда в этом интерес? — засмеялся Бьорн и обратился к рыжему юноше. — Ох, Игнат, воистину мир тесен! Удивительно, что тебе повезло встретить старого пройдоху Таринора, одного из лучших людей Энгаты, ну, после меня, разумеется.

Бьорн вдруг помрачнел.

— Но потрепаться о прошлом ещё успеем. Так что случилось с Бертом? Что с трактиром? Рассказывай.

— Чёрт побери… — Бьорн почесал затылок. — Ваша история звучит как одна из тех, что рассказывают у костра деревенские дети, чтобы пощекотать себе нервы. Услышь я такое от одного из своих людей, решил бы, что он бредит в лихорадке и немедленно отправил его в лечебницу.

— Когда ж я врал? — буркнул рыжеволосый юноша.

— Тебе я верю, да и Таринор о таком врать бы не стал, но лучше, если вы все будете держать язык за зубами. Трактиры горят, такое бывает, никто не удивится. Но россказни о демонах могут привлечь внимание инквизиции, а это вам, поверьте, ни к чему. Что же до ночлега, отведу вас к себе, живу я здесь неподалёку. Дом небольшой, но место найдётся всем. Но если вздумаете прогуляться, будьте осторожны. Ты, Игнат, не вздумай показывать те же фокусы, что в трактире Берта, здесь тебе лучше внимания не привлекать. Рейнары уже давно не держат придворных магов, стало быть, и народ волшебников недолюбливает. Со временем подыщем тебе место подмастерьем у какого-нибудь алхимика или учёного. Для обученного грамоте работёнка найдётся всегда. Теперь что касается вас с Драмом…

— Насчёт нас не беспокойся, — ответил Таринор. — Сам знаешь, я условиями не избалован, могу и на полу улечься. Переведу дух, отправлюсь к лорду. Найдётся, где смыть дорожную пыль?

— Велю нанести воды в кадку. Я бы отправил вас троих в общественные купальни, да только вот Драм.

— Разве в Дракентале нет эльфов? — спросил наёмник.

— Разумеется, есть. Где ж их нет? Вот только не забывай, что твой бледнокожий друг не совсем эльф. Не мне рассказывать, как к нему будут здесь относиться.