Чтение онлайн

«Как же мне так чертовски подфартило? — подумал Зак. — Я буду любить ее всю жизнь и даже больше».

Он обошел стол и взял ее за руку, ничуть не скрывая своей гордости.

— Добро пожаловать, дорогая. Позволь представить тебе членов Правящего Совета «Тайного общества» США.

Он быстро назвал имена. Все сухо кивали. Раздалось несколько невнятных приветствий. Большинство членов еще не обрели дар речи.

Рейн послала им ту самую ослепительно фальшивую улыбку.

— Счастлива со всеми познакомиться, — заверила она совершенно нейтральным тоном.

Зак умудрился, хоть и с превеликим трудом, подавить усмешку. К счастью, никто из Совета, кажется, не уразумел факт, что их только что отшили.

— Как многие из вас догадываются, — продолжил речь Зак, — моя невеста — дочь того самого Джадсона Таллентира, чьи запрещенные изыскания много лет назад расследовало «Джи энд Джи». Это расследование привело к тому, что Таллентира исключили из Общества. А все записи о его работе были уничтожены.

Никто не пошевелился. Они все знали эту историю.

— Но в то время ни Совет, ни «Джи энд Джи» не знали, что целью исследования Таллентира была не формула основателя, а противоядие к ней.

Это вызвало новую волну ропота.

— Единственная причина, по которой Таллентир произвел версию формулы, заключалась в том, что ему нужно было проводить на ней эксперименты по созданию противоядия, — уточнил Зак.

На лицах присутствующих за столом отразились противоречивые эмоции: от замешательства до зарождающегося понимания. По меньшей мере трое в этом зале были экстрасенсами, обладавшими интуицией высокого уровня, которые несомненно почувствовали, к чему он клонит.

— Я уверен, что вы все понимаете величайшее стратегическое преимущество противоядия, которое оно дает нам в борьбе с «Ночной тенью», — продолжил он. — Наряду с прочим, оно ослабит влияние организации на своих агентов.

— Вклад противоядия будет просто огромен, — заметил Пол Акашида. — В настоящее время наказание за провал или измену в «Тайной тени» автоматически ведет к смертному приговору или безумию. Существование противоядия сделает возможным привлечь на свою сторону перебежчиков.

Дженис Форстер просияла:

— Мы также могли бы завербовать шпионов внутри этой организации.

В дальнем конце стола заговорил Коннер Прайс:

— Черт возьми, да просто слух о существовании противоядия уже нанесет вред высшим эшелонам «Ночной тени».

За столом разгоралась возбужденная беседа. Бэнкрофт тихо стоял, держа за спиной руки, с огоньком удовлетворения в глазах. Он подмигнул Заку. Их совместно разработанная стратегия сработала в точности, как они рассчитывали.

Уилсон Эверли закончил оживленный разговор с Акашидой и повернулся к Заку, резкие черты лица светились ожиданием:

— Так вы говорите, что Джадсон Таллентир открыл противоядие?

— Не идеальное противоядие, — уточнил Зак. — Оно было лишь раз испытано на человеке и только частично успешно. Но предварительный анализ наших экспертов показал, что Таллентир успешно преодолел несколько проблем технического характера, которые стояли на пути к настоящему средству.

Бэнкрофт добавил:

— Доктор Джеймсон сообщил мне, что работа Таллентира указывает совершенно новое направление. Он верит: существует высокая вероятность, что его люди смогут изготовить за несколько месяцев стабильное эффективное средство, чтобы нейтрализовать формулу основателя в исполнении «Ночной тени».

— Это огромный прорыв, — заявил Гуэрруро. — И у нас будет первое настоящее оружие против «Ночной тени». Но почему мы слышим об этом только сейчас? Таллентир умер много лет назад.

Зак ожидал этот вопрос.

— После смерти Таллентира секрет противоядия был утерян. В ходе недавнего расследования «Джи энд Джи» Фэллон Джонс решил заново открыть дело Джадсона Таллентира. Оказалось, что в этом деле много чего не сходилось.

Бэнкрофт выложил тщательно скроенную историю:

— Таллентир собирался передать противоядие Обществу, но погиб в автокатастрофе, прежде чем успел рассказать о своем открытии. Большинство его записей было уничтожено агентами. Формула противоядия была спасена сестрой Таллентира. Из-за той манеры, с которой обошлись с ее братом, она не пожелала иметь с нами дело. И забрала тайну с собой в могилу.

Зак взглянул на Рейн. Теперь был ее ход.

Она внимательно изучила сидящих за столом.

— Вот эта папка на столе содержит копии итогового отчета нового расследования «Джи энд Джи» деятельности моего отца. Это правда, что он был увлечен своим исследованием и удовлетворял эту страсть в запрещенных областях науки. Но «Джи энд Джи» пришла к выводу, что он никогда не стремился использовать формулу в преступных целях.

— Все, что заботило Таллентира, это наука, — добавил Зак. — Его волновало всестороннее понимание биохимии формулы основателя, которое позволило ему сделать значительную работу по получению противоядия.

— Погодите, — прервала его Дженис Форстер. — Вы же сказали, что противоядие было потеряно.

— До тех пор, пока не умерла Велла Таллентир, — сказал Зак. — Но несколько недель назад оно нашлось среди ее личных вещей, которые она оставила моей невесте.

Внимание всех вдруг обратилось к Рейн.

Рейн послала им еще одну улыбку. Эта улыбка была гораздо теплее, заметил Зак

— Я решила передать формулу противоядия «Тайному обществу», — заявила Рейн. — Я верю, что вы присмотрите за тем, чтобы ее использовали для разумных целей. Именно этого хотел мой отец.

За столом снова стали возбужденно переговариваться.

Зак немного наклонился к Рейн.

— Вот как ты переписываешь историю, малышка, — прошептал он ей на ухо.

Она засмеялась:

— Как же я люблю тебя, Закери Гейбриел Джонс.

— И я люблю тебя, Рейн Таллентир.

И он поцеловал ее на глазах у деда и всего собравшегося Совета. Раздался взрыв аплодисментов. Зак ощутил живую мощь любви, сотрясшую воздух, и знал, что Рейн почувствовала ее тоже. Им предстояло разделить эту любовь на всю оставшуюся жизнь.