Чтение онлайн

— Я не боюсь этого неудачника. Если он может только публиковать порнуху, то я только за.

Я с негодованием сжала телефон в руке. Я не могла понять, как она может быть такой безразличной. Она действительно ничего не понимала.

Через минуту я закончила разговор и решила, что больше ничего не могу сделать. Я не могла помешать Заку делать всё, что он хотел, но я предупредила её, так что мне оставалось только надеяться, что она в конце концов прислушается к моему предупреждению. Потому что в противном случае... Я даже думать не хотела о том, что Зак мог для неё задумать.

БЛЭР

Через два дня я приехала в студию на очередную съёмку рекламы купальников. Я заехала на парковку, и внутри у меня всё дрожало, как и в прошлый раз. Однако на этот раз мои опасения оправдались, потому что у входа был припаркован «Рейндж Ровер».

У меня скрутило живот, и я сделала глубокий вдох. Значит, на этот раз я его увижу.

Я сказала себе, что справлюсь, и направилась в гримёрку, но на полпути он появился передо мной, и у меня сердце в пятки ушло.

Нет. Я была совсем не готова увидеть его, хотя и думала, что готова.

— Блэр, как же я рад тебя видеть. — Он широко улыбнулся, обнажив белоснежные зубы, которые стоили ему тысячи долларов и неестественно блестели. Он наклонился и поцеловал меня в щёку, задев кожу усами. — Ты всегда так рано приходишь.

Я приказала своим мышцам расслабиться и улыбнулась, задержав дыхание от сильного запаха его одеколона.

— Доброе утро, мистер Дайсон.

Он провёл руками по своему тёмно-синему отглаженному пиджаку, словно разглаживая какую-то невидимую морщинку.

— Мистер. Дайсон? Зачем так официально? — Он наклонился ко мне. — Я много раз просил тебя называть меня Уиллом, милая, — прошептал он мне на ухо.

Я закрыла глаза, чувствуя, как к горлу подкатывает желчь. Уильям, или Уилл, был чиновником в местной администрации и деловым партнёром отца. Он помог отцу получить разрешение на строительство, что сделало его очень важным человеком в папиной бизнес-империи.

Кроме того, он был одержим мной.

Только позже я узнала, что он решил спонсировать бренд купальников, потому что слышал, что я имею к нему отношение. Это давало ему возможность разглядывать меня, не стесняясь, и каждый раз, когда мне приходилось позировать перед ним в купальнике, я чувствовала, как во мне что-то увядает. Папа счёл это удобным и сказал, чтобы я его развлекала.

— Новая причёска? Мне нравится. — Он провёл пальцами по моей пряди, и я с трудом сдержалась, чтобы не оттолкнуть его руку.

— Спасибо, Уильям. Мне пора идти. Я не хочу заставлять визажиста ждать.

Он положил руку мне на плечо.

— Не могу дождаться, когда увижу, что ты наденешь сегодня. Ты так здорово справляешься. — Он провёл большим пальцем по моей коже, и я сжала руку в кулак, чтобы не ударить его.

— Угу. Увидимся позже.

— Позже, милая.

Я шла вперёд размеренными шагами, всё время чувствуя на себе его пристальный взгляд. В конце концов, я захлопнула за собой дверь раздевалки и прислонилась к ней с закрытыми глазами.

Я никогда не делала ничего, чтобы привлечь его, но, с другой стороны, мне и не нужно было этого делать. Он уже был одержим мной, и это началось в мае прошлого года, за месяц до того, как мне исполнилось восемнадцать. Тогда ему было пятьдесят. Папа познакомил меня с ним и сказал, чтобы я ни в коем случае не давала ему повода для недовольства. Он был для него слишком ценным активом. С тех пор я постоянно получала от него кокетливые комментарии и улыбки и не могла жаловаться, когда он «случайно» проводил рукой слишком близко к моей груди или ягодицам, потому что этого от меня и ждали. Всё ради семьи.

А потом было всё остальное.

Я вздрогнула, отогнала воспоминания и сосредоточилась только на текущей задаче. Из-за его присутствия мне будет гораздо сложнее справиться со съёмками, но я справлюсь. Я справлялась и с худшим. По сравнению со всем этим это будет проще простого.

Съёмки казались бесконечными. Я всё время притворялась, что Уильям не наблюдает за мной через всю комнату, пока я меняю позы в шезлонге. Под его взглядом я снова чувствовала себя совершенно обнажённой. Я уже придумывала, как бы избежать встречи с ним после окончания съёмок, но он даже не дал мне возможности пойти в гримёрку другой дорогой и сразу подошёл ко мне. Его ботинки заскрипели по песку вокруг меня.

— Не хочешь выпить со мной кофе?

У меня скрутило живот. Я схватила халат у одного из ассистентов и за три секунды туго завязала его на талии.

— Извини. Я сейчас занята.

Он нахмурился, и от него тут же повеяло холодом.

— Как жаль, Блэр. Я бы с удовольствием провёл с тобой немного времени. Мы давно не виделись.

И если бы я могла что-то изменить, этого бы больше никогда не случилось.

Но я не могла ничего изменить.

Хотя сейчас я могла бы справиться с гневом отца, когда он узнал бы, что я отвергла Уильяма. Это дало бы мне немного времени, прежде чем я больше не смогла бы откладывать неизбежное.

— Я знаю, но ты же понимаешь, как здесь бывает многолюдно. Все эти фотосессии и прочее. — Я громко вздохнула и картинно помахала рукой перед лицом, изображая легкомысленную особу. — Мне пора идти. Пока, Уильям.

Я не стала дожидаться его ответа и ушла, не заботясь о том, насколько грубо я с ним обошлась и как сильно он ненавидит, когда люди отмахиваются от него, как и мой отец. Пока папа не сказал мне, что я обязательно должна встретиться с Уильямом, я старалась держаться от него подальше.

К тому времени, как я переоделась и вышла на парковку, его машины уже не было.

Было уже за полночь, когда я вернулась домой, измученная до предела. Все тревоги, которые одолевали меня с тех пор, как я увидела Уильяма, дали о себе знать, но я знала, что не смогу уснуть. Меня будут преследовать плохие мысли, поэтому сначала мне нужно было их заглушить.

Я надела чёрный купальник с высоким воротом и вышла к бассейну, не потрудившись взять с собой полотенце. Луну скрывали облака, поэтому единственным источником света в тёмном саду были маленькие огоньки на дне бассейна. Я остановилась у края бассейна и уставилась на них, вспоминая вспышки камер и всё, что за этим последовало. Моя следующая рекламная съёмка была запланирована через три дня, и я не хотела туда идти.

Съёмки рекламы были лишь одним из многих занятий, которые мне не нравились. Долгие изнурительные часы в нашем домашнем спортзале по указанию мамы, чтобы оставаться в форме? Я ненавидела это. Ходить на разные мероприятия и налаживать связи, когда я едва могла выносить этих людей? Я ненавидела это. Всегда подавлять свои эмоции, потому что я не могла позволить себе срываться на людях? Я ненавидела это. Я была такой, какой меня хотело видеть общество. Обществу нужны были красивые оболочки. Им нужен был гламур. Это была местная валюта. И я так сильно хотела соответствовать тому образу, который они о нас сложили, что это глубоко укоренилось во мне.