Чтение онлайн

— Возможно, меня это не так сильно волнует, как ты думаешь, но это даже не имеет значения. Я собираюсь снова поступить так, как хотят мои родители.

— Значит, ты не эгоистичная сука, а бесхребетная, жалкая трусиха. Какая перемена.

Я ощетинилась от его тона и оскалилась.

— Может быть. Но какое это имеет значение? Какое вообще это имеет значение, Зак? Ты должен быть счастлив. Я вынуждена жить так, как хотят другие. Я так и останусь несчастной.

Он вплотную приблизился ко мне, его глаза горели.

— Только не так. Только я буду решать, насколько несчастной ты будешь.

Я резко вдохнула. Слова были резкими, но какая-то болезненная часть меня цеплялась за прозвучавшую в них собственническую нотку, как будто в его глазах я была какой-то особенной. Я покачала головой, не желая даже думать об этом.

В фойе послышались шаги, и я быстро отошла от него, оставив его там.

Я чувствовала, как он провожает меня взглядом, пока я не скрылась из виду.

— Вот так. Соси этот член. Глубже.

Его голос и хрюканье были отчётливы на фоне низких частот музыки, играющей из динамиков, а огни ВИП-зоны казались мне слишком яркими в пьяном угаре. У меня заболела челюсть, а желудок скрутило, когда я попыталась подумать о чём-нибудь... о чём угодно, что могло бы отвлечь меня от того, что я делала, но в голове было совершенно пусто, заставляя меня переживать весь ужас происходящего.

— Да. Так хорошо. Я хочу кончить на твои юные сиськи. Ты хочешь, чтобы я кончил на твои сиськи?

Я не ответила, просто продолжила брать его член в рот. Чем скорее это закончится, тем лучше.

Он не позволил мне этого сделать. Он схватил меня за подбородок и заставил посмотреть на него.

— Я задал тебе вопрос, Блэр. Ты хочешь, чтобы я кончил на твои сиськи?

Нет, я не хочу, чтобы ты, блядь, кончал мне на сиськи. Я хочу, чтобы ты катился к чёрту, гребаный педофил.

Я перебирала в уме все способы изуродовать его член, не в силах смотреть этому монстру в глаза.

— Да, — выдавила я из себя, чувствуя, как во мне что-то умирает. — Кончи мне на сиськи.

Он застонал.

— Чёрт, да. — Он без предупреждения засунул свой член мне в рот, и я подавилась, а на глаза навернулись слёзы. Я не могла дышать!

— Твой рот так хорош. Ты так хороша в этом, милая. — Он схватил меня за волосы и несколько раз сжал их в кулаке. Никто не мог это остановить. Он мог делать со мной всё, что хотел, и так долго, как хотел. Мои колени начали болеть от твёрдого пола.

Я хотела вернуться домой.

Это было ради моей семьи.

Это было ради Мелоди.

Я хочу вернуться домой.

— Чёрт, вот оно. Я кончаю.

Я закрыла глаза, собираясь с силами, когда он вытащил член у меня изо рта. Я почувствовала себя самой грязной на свете, когда он кончил мне на грудь, заглушая своим ворчанием звук моего тяжёлого дыхания. Мир вращался, становясь всё темнее, темнее, темнее и пустее...

Я вскрикнула и проснулась, изо всех сил вцепившись в простыни. Шелковистая ткань пижамы была похожа на наждачную бумагу на моей разгорячённой коже, слишком плотно облегая меня.

Я сбросила с себя простыни и села, потянувшись к лампе, чтобы разогнать кромешную тьму в комнате. Меня затошнило, и я согнулась, хватая ртом воздух.

Мне нужен был воздух. Мне нужно было дышать.

Я вскочила с кровати и босиком спустилась вниз, глубоко вдохнув свежий воздух, когда вышла на улицу. Я запрокинула голову, ухватившись за перила террасы, и закрыла глаза, когда перед моим мысленным взором снова пронеслась та первая ночь с Уильямом.

Папа велел мне встретиться с Уильямом в одном из его любимых клубов и сказал, что я должна сделать всё, чтобы его удовлетворить. Это было сделано для того, чтобы помочь отцу получить разрешение на строительство одной из многоэтажек, которые в настоящее время строятся в пригороде. Я пила и курила травку, чтобы отвлечься от этого, и это помогло мне забыть обо всём, в ярком свете, ярких красках и громкой музыке.

Но в моих кошмарах мне никогда не было «всё равно». В моих кошмарах я чувствовала, как каждая тошнотворная секунда, каждый запах, звук и вкус становятся всё более невыносимыми.

Я с трудом открыла глаза и сделала ещё один глубокий вдох. Ветер обдувал мою вспотевшую кожу.

Всё в порядке. Со мной всё будет в порядке. То, что происходило с Уильямом, было временным явлением. Как только папа получит от него то, что ему нужно, всё закончится.

Но в этом-то и дело, не так ли?

Это не закончится, потому что папе всегда будут нужны новые разрешения. Пока его бизнес процветает, он будет продолжать строить и расширяться. И если бы Уильям исчез с горизонта, его место занял бы кто-то другой.

Гнев, который я подавляла всё это время, быстро вспыхнул во мне, и на долю секунды мне захотелось, чтобы папина империя рухнула. Ему было наплевать на меня, он просто хотел, чтобы я делала всё необходимое для расширения бизнеса, и в этот момент я его возненавидела. Я хотела наказать его за то, что он использовал меня, за то, что он заставил меня пережить нечто ужасное. Я хотела, чтобы ему было так же больно, как и мне.

Поднялся ветер, и я потёрла руки, чтобы согреться. Мне очень хотелось вернуться в свою комнату, включить камеру и выпустить на волю все мрачные мысли, кружившиеся в моей голове, и я собиралась так и поступить.

Но когда я повернулась, чтобы вернуться в дом, в тишине ночи послышались отдалённые крики.

У меня внутри всё сжалось. Они доносились из помещения для персонала.

Я бросилась туда, мой пульс участился, когда крики стали более отчётливыми.

Они принадлежали Заку.

Я чуть не поскользнулась на полу, когда завернула за угол его комнаты и увидела Эмили, которая неслась туда с противоположной стороны. Увидев меня, она остановилась, её прозрачная ночная рубашка развевалась вокруг босых ног. Крики прекратились.

— Что происходит? — Спросила я.

Она переступила с ноги на ногу, глядя в сторону.

— Ничего. — На её лице не было ни удивления, ни замешательства, что могло означать только одно.

— Похоже, ему больно, так что не говори мне, что это ерунда. Ты, очевидно, что-то знаешь.

Она сглотнула, затем встретилась со мной взглядом.

— Том... ему снятся кошмары. Я подумала, что это несерьёзно, когда услышала это в первый раз, но это происходит уже в третий раз, поэтому я пришла узнать, могу ли я чем-то помочь.