Чтение онлайн

— Во всяком случае ему известно, что вы с горничной исчезли. Полиция жестоко обращается с беглыми рабами, поэтому я решил пока держать в секрете ваше местопребывание.

— Но… месье Кроули сообщили о том, что мой ребенок похищен? — настойчиво продолжала она.

Ли Хинь немного помолчал, как-то странно разглядывая ее, или это ей показалось?

— Он знает об этом, — сказал он наконец. — Я послал одного из своих служащих в Черный ручей, но он до сих пор не вернулся.

Она почувствовала, как у нее внутри разливается теплая волна благодарности.

— Вы на самом деле очень добрый человек, месье!

"Иван приедет, обязательно приедет, — думала она, — закрыв глаза. — Он приедет и заберет ее отсюда, и они вместе найдут Орелию". Она снова заснула.

Она стала больше есть, и с каждым днем ей становилось все лучше. От Эстер Клео узнала, что в течение недели она, Клео, ее горничная и другие слуги, а также довольно крепкие мужчины, которых Эстер называла "охранниками", были единственными обитателями особняка на ручье Святого Иоанна, там, где он впадает в озеро.

— Казино работает только по субботам и воскресеньям, — объяснила ей девушка. — Мики — еще и владелец большого казино в городе, которое открыто двадцать четыре часа в сутки. Он со своим слугой-телохранителем проводят почти всю неделю в городе, так говорят его люди.

Когда Клео почувствовала себя лучше, Эстер проводила ее в сад, протянувшийся от ручья до начала болота за большим домом, там в стоячей затхлой воде росла кипарисовая рощица, ее густая листва отбрасывала вокруг постоянную тень, а на их корнях, похожих на торчавшие из воды коленки, удобно расположились водяные змеи, черепахи и крупные птицы, которые питались насекомыми и крошечными, живущими в болоте морскими обитателями.

Это, конечно, не было похоже на ее болотистый остров Наварро, но там было так же тихо и также пустынно, как и у нее дома. Ей были хорошо знакомы все его дикие обитатели, и она чувствовала себя гораздо лучше в доме месье Ли из-за близости болота. Когда она смотрела на особняк месье Ли со стороны, то он ей казался таким же импозантным, как и те большие дома, которые она видела по обеим берегам Миссисипи.

— Я никогда не мечтала, что буду жить в таком просторном доме, — призналась она Эстер.

— У вас должен быть дом не хуже, мадам, — заверила ее горничная.

В нескольких шагах от них роль садовника выполняли охранники, двое крупных, широкоплечих мужчин, которые повсюду следовали за ними на почтительной дистанции, когда они выходили из дому. Они, вероятно, были обязаны защитить их от любопытных глаз всякого, кто смог бы сообщить о их местопребывании в полицию. Заслышав шум кареты или стук копыт одинокого всадника, они тут же торопливо загоняли Клео и Эстер в дом, заставляя их быстро подняться по лестнице в комнату Клео.

Она не видела месье Ли уже несколько дней, но он вдруг неожиданно появился в своем особняке в полдень в середине недели. Эстер сообщила о его приезде, и через несколько минут к ней пришел слуга, сообщив, что он ждет ее в своем кабинете, расположенном рядом с залом для игр.

Клео, спустившись по большой и широкой лестнице, постучала в дверь. На нижнем этаже царила мертвая тишина, так как зал для игр и столовая были закрыты.

— Войдите, — услышала она его голос и вошла. Клео увидела, что месье Ли сидит за массивным полированным письменным столом.

— Садитесь, мадам, — сказал Ли Хинь по-французски, указывая ей на стул перед собой. — Ну, вы себя лучше чувствуете? К вам вернулись силы?

— Да, месье.

— Вы выглядите значительно лучше. У вас — походка королевы.

Инстинктивно Клео задрала подбородок.

— Моя бабушка была принцессой.

— Какой она была расы?

— Она была из племени хумас. Наш народ — один из тех, которые живут на болотах. Кайюны называют нас "дикарями", но у моей бабушки была и французская кровь. Мой дедушка был китайцем, рыбаком. Он ушел с парусного судна и поселился на болоте, где занимался ловлей креветок и устриц.

— Вот почему я испытывал к вам такое влечение, — воскликнул Ли Хинь. — Это обстоятельство и ваша красота, мадам. Вы похожи на красивый цветок, который жаль срывать.

Она покраснела из-за такого экстравагантного комплимента, но он был произнесен тоном человека, знающим толк в красоте.

— Кто были ваши родители?

— Моя мать была дочерью рыбака, а отец был наполовину француз, наполовину португалец — бывший баратарианец.

— А, в банде Лафитта?

— Да, месье.

— В вас удачно сочетается множество рас, мадам. Вот почему ваша красота так трогает, она похожа на лотос, который боготворит наш народ.

Она смотрела на его глаза, точно такой же формы, как и у ее дедушки, в них отражалась такая же внутренняя сила, как и у него. То, что она увидела в них, заставило ее сердце встрепенуться.

— Да. Я не нашел вашего ребенка, но, мне кажется, я знаю, кто несет ответственность за его похищение.

Клео набрала полные легкие воздуха, но голос ей не подчинялся и вместо звуков послышался лишь ее выдох.

— Мейзи, — наконец произнесла она. — И Берта?

— Они не планировали похищения. Не думаю, что им известно, где находится ребенок. Я установил за Мейзи слежку. Мои люди постоянно преследуют ее по пятам. Эту женщину в черном видели здесь только один раз в тот памятный день. Мейзи не поддерживает с ней никаких контактов, как и с тем, у кого в настоящее время находится ваш ребенок, но я думаю, ей известно, кто готовил это преступление. Его замыслил отец вашего ребенка.

Клео изумленно уставилась на него.

— Иван? Не может быть, месье! — резко и яростно возразила она. — Вы ошибаетесь.

Он не стал ей перечить, а сидел молча, с состраданием глядя на нее.

Вдруг она ощутила холодок в своем сердце, почувствовав, как постепенно стынет у нее кровь. Острые болезненные воспоминания вдруг нахлынули на нее. Иван, крепко обнимающий ее в экстазе любви, приятный запах его тела, колдовское прикосновение его рук…

— Нет! — крикнула она. — Месье, этого не может быть! Это его ребенок, ребенок его любви! Он ее просто обожает! Для чего ему…

— Не знаю, для чего, и я еще не обнаружил, где ее держат, но мне кажется, что это он все организовал, чтобы ее забрали у вас.

— Нет! Нет! — не уступала она. — Этого не может быть!

— Заподозрить его в этом убедила меня Эстер…

Она была потрясена его словами.

— А Эстер в это верит?

— Она была одна в пекарне, когда я туда пришел, чтобы посмотреть на тех женщин, с которыми вы жили, и разобраться в ваших разногласиях с ними. В это время женщина-пекарь сидела в тюрьме, а Мейзи отправилась туда, чтобы попытаться добиться ее освобождения. Она оставила пекарню на попечение Эстер. Хозяйка пекарни после вашего исчезновения неосмотрительно болтала обо всем со своей служанкой, считая, что Эстер не понимает английского, и она поделилась со мной своими подозрениями. К счастью, мне удалось убедить ее, что вы в ней сильно нуждаетесь. Она пришла ко мне и принесла ваши вещи. Это она ухаживала за вами, когда вы были больны.