Пышка для миллиардера

ЛАНА

Год назад

Блин, кажется я перебрала с шампанским… Нафига я вообще пришла на это дурацкое празднование?

В животе опасно урчит, и мне приходится выйти на балкон, чтобы подышать свежим воздухом.

Обычно я не пью больше одного бокала за вечер. Но сегодня мне очень хотелось заглушить мысли в голове хоть чем-то.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Какой стыд! Меня вот-вот начнет выворачивать на балконе местного богатенького мажора. Если меня вырвет прямо здесь… будет полная катастрофа. Может лучше ванную поискать?

– Что ты здесь делаешь?
– я поворачиваю голову и только теперь замечаю, что на балконе я, оказывается, не одна.

– Подышать вышла, - резко отвечаю я. Меньше всего мне сейчас хочется оправдываться непонятно перед кем.

Однако я все же поворачиваю голову в сторону таинственного голоса, потому что от созерцания размытых огней города внизу у меня начинает сильнее кружиться голова.

Я с удивлением понимаю, что моя нежданная компания - это Матвей Гусаров. Ну еще бы, только мне могло так повезти. Именно его брату принадлежала огромная квартира, в которой мы все собрались.

Я видела Матвея лишь однажды, на каком-то светском мероприятии. Мы не общались, но это не мешало мне издалека любоваться им.

– Тебе плохо что ли?

– Я тебе мешаю?

– Нет.

– Тогда почему ты до меня докопался?
– я знаю, что веду себя как дурочка, но в моем затуманенном алкоголем мозгу это не имеет значения.

– Да не докапываюсь я до тебя. Просто хотел узнать, все ли нормально.

– Я просто с шампанским переусердствовала, понятно? Со мной такое редко бывает.

– И что за повод был сегодня?
– спрашивает Матвей недовольным голосом.

А может, Матвей просто по жизни недовольный? Я же не знаю, как он ведет себя обычно.

Но вопрос он задал хороший.

– Хотела мысли в голове заглушить, - признаюсь я, потому что в данный момент мне абсолютно все равно, что и кому я говорю.

– И что это за мысли такие, которые надо глушить?
– не отстает от меня Матвей.

Господи, ну и навязчивый тип!

– Я хочу ребенка, - признаюсь я.
– Я старею, а толпы женихов, желающих на мне жениться, на горизонте что-то не видно. Может, кто-нибудь и согласился бы жениться на мне из-за денег. Если много зарабатываешь, то и не знаешь точно, ради чего к тебе подкатывает парень… Понимаешь? Мне кажется, ни одни мои отношения не строились на искренней симпатии. Всем было что-то нужно от меня…

Матвей хрипло смеется, и у меня по коже ползут мурашки от этого звука.

– Сколько тебе лет?
– спрашивает он.

– Тридцать три. Еще немного, и поезд уйдет насовсем. А если я захочу двух или трех детей? Нет, будь моя воля, я бы ограничилась одним, но быть единственным ребенком в семье… как-то грустно.

Это я знаю лучше многих.

– И от кого ты собираешься рожать, если мужика у тебя нет?
– спрашивает Матвей в замешательстве.

– А мне и не нужно для этого иметь мужика, как ты выразился. Достаточно донора спермы. Так что, мне совсем необязательно терпеть рядом с собой абы кого, ради ребенка. Мне просто нужен биоматериал.

– Хочешь ребенка из пробирки?
– Матвей пренебрежительно фыркает.

Я киваю слишком активно, и голова снова начинает кружиться.

– Да. Думаю, это лучший вариант.

– А тебе не приходило в голову, что когда-нибудь твой ребенок захочет узнать что-нибудь о своем отце?.

– Я буду любить его или ее достаточно сильно, чтобы компенсировать отсутствие второго родителя, - возражаю я.

Но да, Матвей прав, я думала об этом. Возможно, из-за таких мыслей сегодня я и напилась.

– У тебя есть время. Ты красивая и успешная. Ты найдешь кого-нибудь, чтобы сделать все… по-нормальному, - заявляет Матвей.

– Ты всегда такой ворчливый?

– А ты всегда такая болтливая?

– Вообще-то, нет. Думаю, я просто слишком пьяная. Мне лучше домой поехать.

– Ты хоть сама-то доедешь?
– сухо спрашивает Матвей.

– Конечно, доеду. И не надо мне тут грубить только потому, что я хочу иметь ребенка. Женщины рожают каждый день, если ты не знал.

– Прости, не хотел тебя обидеть, - говорит Матвей нерешительно.
– Мы же просто разговариваем.

– Ладно, спасибо за компанию, - говорю я, резко разворачиваясь.

– Подожди!
– приказывает Матвей, схватив меня за руку.
– Я не хотел тебя обидеть. Правда.

Я снова поворачиваюсь к нему.

– Я не обиделась. Просто бесит, что когда я поднимаю тему ребенка, меня никто не поддерживает. Все считают своим долгом читать мне нотации.

– Ты действительно так хочешь ребенка?
– он смотрит на меня так же сурово, как и за мгновение до этого.

– Да. Я всегда хотела иметь семью, - я чувствую, как на глаза наворачиваются слезы, и не пытаюсь их сдержать.

Матвей кладет руки мне на плечи.

– Ты найдешь кого-нибудь. Дай себе еще немного времени. Мне вот тридцать четыре, а я даже и не думал о детях. Или о жене, если уж на то пошло.

– Ты мужчина. Ты в любой момент можешь сделать ребенка. А я не могу. Мои часики тикают.

– Они тикают не так быстро, как тебе кажется, - огрызается Матвей.

Я уже начинаю думать, что этот человек понятия не имеет, как вести себя с женщинами. Но он не сбежал от меня, как только я начала изливать ему свою пьяную душу. А еще он очень горячий. Волосы у него темные, а глаза - серые, и это очень сексуально. Он в целом, с ног до головы, очень сексуальный.

– А ты никогда не думала о том, чтобы ну… попросить кого-то из знакомых тебе помочь?

– Нет, конечно. Никто из моих знакомых не согласился бы на такое.

– Возможно, я знаю одного, - пожимает плечами Матвей.

– Кого?

Он это сейчас серьезно?! Неужели он имеет в виду…

Мне отчаянно хочется услышать ответ Матвея, но что-то идет не по плану. Потому что, обмякнув, я падаю в обморок, и меня ловят его крепкие руки.

ЛАНА

Год спустя

– Ну что, получилось?

Я закатываю глаза, когда слышу в трубке голос Матвея. Как всегда от него не услышишь ни здравствуй, ни до свидания. В этом весь Матвей.

Весь год с момента нашей встречи, каждое воскресенье, ровно в семь вечера, с точностью чуть ли не до секунды он звонит мне с одним и тем же вопросом.

– Нет, я даже у врача не была на этой неделе, - сообщаю я ему со вздохом.