Чтение онлайн

— Оно, — выдохнула я, ткнув пальцем в первое попавшееся — золотистое, с глубоким декольте и пышной юбкой.— Это вам нужно примерить, мадам, — продавщица, которую звали мадемуазель Клер, смотрела на меня с плохо скрываемым превосходством. — Не все платья одинаково хорошо сидят на... разных фигурах.

Я уловила намек. Она смотрела на мои бедра, которые явно не вписывались в стандарты моделей, и сомневалась, что хоть что-то здесь налезет на такую, как я.— Несите, — отрезала я. — Разберемся.

Первое платье не налезло. Второе налезло, но трещало по швам. Третье было велико в груди. Четвертое мало в бедрах. Я уже начала злиться, а продавщица улыбалась все шире, предвкушая мой позор.— Знаете что, — сказала я, вылезая из очередного шедевра портновского искусства, — может, у вас есть что-то... другое?

Мадемуазель Клер поджала губы.— Мадам, наш магазин ориентирован на…— На кого? — раздался голос Джона из кресла. Он даже не поднял головы от газеты. — На кого ориентирован ваш магазин, мадемуазель?

Продавщица побледнела.— На взыскательных клиентов, господин.— Вот и обслуживайте взыскательно, — он перевернул страницу. — Моей спутнице нужно платье. Лучшее. И если я увижу, что вы продолжаете смотреть на нее с таким выражением лица, я куплю этот магазин и уволю вас лично. У меня хорошая память на лица.

Я замерла. Продавщица замерла тоже. В зале повисла тишина.— Прошу прощения, господин, — выдавила она наконец. — Я сейчас принесу другие модели.Когда она упорхнула, я подошла к Джону и наклонилась к самому его уху.

— Ты только что купил мне платье, пригрозил уволить продавщицу и вообще ведешь себя как... — я запнулась, подбирая слово.— Как кто? — он поднял голову, и наши глаза встретились.— Как мой мужчина, — выдохнула я.

— Я просто всегда на защите правды, это моя работа. И что это за бутик? Если нет платья на нормальный размер, сшейте на заказ. Кто-то должен морить себя голодом, чтобы влезть в платье, которое стоит, как небольшой домик у моря?

— Звучит почти интимно.— Мерил…— Молчу, молчу.

Принесли новые платья. И вот тут началось волшебство.Я перемерила, наверное, штук десять. Каждое было прекраснее предыдущего. Синее, как ночное небо, красное, как закат, розовое, как утренняя заря, черное, с серебряной вышивкой, от которого у меня перехватило дыхание.

— А как делают такую вышивку? — спросила я у мадемуазель Клер, которая после угроз Джона стала само радушие. — Это же ручная работа, да?— Да, мадам. Мастерицы вышивают золотой нитью по шелку. Это занимает около трех месяцев.

— Три месяца, — я провела пальцем по узору. — Невероятно. А это что за ткань? — указывая на другое платье.— Шантильи, мадам. Лучшее кружево из столицы.

— А цвет? Как они получили этот изумрудный оттенок?Продавщица оживилась, почуяв в моих вопросах неподдельный интерес, а не каприз богатой клиентки.— Особая технология, мадам. Сначала красят в желтый, потом в синий, и только потом, в зеленый. Получается глубина, видите?

— Вижу, — я приложила ткань к щеке. — Боги, это же настоящее искусство.— Вы разбираетесь в тканях, мадам?— Нет, — я усмехнулась. — Просто когда-то мечтала стать портнихой. Шить платья для таких вот магазинов. Чтобы женщины приходили и чувствовали себя красивыми.

Я сказала это и вдруг поняла, что сказала лишнее. Джон смотрел на меня поверх газеты, и в его взгляде было что-то новое. Настоящий, теплый интерес.— Мечты иногда сбываются, — сказал он тихо. — Примерь вот это.

Он указал на платье, которое висело отдельно от остальных, изумрудно-зеленое, с глубоким вырезом на спине и простым, но элегантным лифом. Оно словно светилось изнутри.— Давай, — кивнул он. — Ты должна его примерить.

Я взяла платье и скрылась за ширмой.Когда я вышла, в зале стало тихо.Платье сидело идеально. Будто его шили по мне. Изумрудный шелк обтекал формы, подчеркивая талию, мягко ложась на бедра, ниспадая к полу легкой волной. Глубокий вырез на спине открывал лопатки, а лиф... лиф делал с моей грудью такое, что даже я сама засмотрелась.

— Ну? — я повернулась к Джону, стараясь не выдать волнения. — Как тебе?Он смотрел. Просто смотрел, забыв про газету, про продавщиц, про все на свете. В глазах горело то самое пламя, что и вчера, только теперь он даже не пытался его скрыть.

— Ты... — начал он и запнулся. Сглотнул. Начал снова: — Сносно, Мерил.— Ого, — я приложила руку к груди. — Комплимент от самого генерала? Я падаю в обморок.

— Не падай, — он поднялся, подошел ближе. Остановился в шаге, разглядывая платье. — Оно твое.— Ты серьезно?— Абсолютно. И вот это, — он указал на черное с серебром, — и вот это, синее. И вон то, бордовое.

— Джон, — я рассмеялась. — Ты собираешься открыть мой магазин?— Я собираюсь обеспечить тебя всем необходимым для работы, — отрезал он, но в его голосе слышалась улыбка. — А для работы тебе нужно несколько платьев. Разные выходы, разные образы. Нельзя на светские вечера ходить в одном и том-же.

— Несколько, — повторила я. — То есть я теперь официально твоя содержанка?— Ты мой работник, — он вздохнул. — Сколько раз повторять?

— Буду повторять, пока ты сам в это не поверишь, — я подмигнула и упорхнула переодеваться.К тому моменту, как мы вышли из магазина, я была обладательницей четырех роскошных платьев, двух пар туфель, перчаток, вееров и какой-то невероятно красивой шали, которую продавщица подсунула со словами «к такому платью обязательно нужна эта шаль, мадам».

Джон нес все пакеты. Он выглядел нелепо, генерал-полицеймейстер, дракон, грозный следователь, нагруженный ворохом коробок, как носильщик. Но я молчала. Не потому что боялась, а потому что наслаждалась зрелищем.— Куда теперь? — спросила я, когда мы вышли на улицу.

— Обедать, — он кивнул в сторону маленького ресторанчика через дорогу. — И поговорить о деле.— Опять говорить, — вздохнула я. — А когда действовать?— Скоро, — пообещал он. — Не капризничай.

Ресторан оказался тихим, уютным, с отдельными кабинетами, скрытыми тяжелыми портьерами. Мы сели в дальнем углу, заказали еду, и Джон наконец поставил пакеты на пол.— Устал? — ехидно поинтересовалась я.

— Привык таскать тяжести, — он потер плечо. — Но обычно я таскаю оружие, а не дамские тряпки.— Привыкай, — передразнила я его вчерашнюю интонацию. — Теперь ты мой личный носильщик.

— Прекращай, — в который раз повторил он. — Давай к делу.Принесли еду. Я набросилась на мясо с таким аппетитом, будто не ела вечность. Джон ел аккуратно, отпивал вино и смотрел на меня.

— Граф де Вейл, — начал он, когда я прикончила половину тарелки. — Что ты о нем знаешь?— Ничего, — я отпила вина. — Кроме того, что он богат, знатен и любит вечеринки.