Пышка в (с)Аду, или Кажется, Темный Властелин попал
Шрифт:
Мужчина смерил ее взглядом, чуть дольше положенного задержавшись на бретельке сарафана, а потом выдал:
– Из чего это приготовлено?
***
Интересные ассоциации вызывала у него эта фея. Герберт сам не понял, как подошел. Просто сарафан просвечивался, и его потянуло рассмотреть поближе. А когда подошел, неожиданно для себя завис. От нее исходил какой-то тонкий аромат, перекрывавший запах еды (кстати, весьма вкусный тоже). Он бы даже сказал, что фея пахнет солнцем, хотя какое в Аду нахрен солнце? Хах. Просто нонсенс.
И тут она оторвалась от своего котла и подняла на него взгляд. Пришлось быстро сворачивать идиотские мысли, и да, он смотрел ей только в глаза, когда задавал вопрос.
Герберт ожидал чего угодно, смущения, оправданий, признаний в темном колдовстве. Только не того, что она начнет ему во всех подробностях рассказывать, про то, как семена, а также окаменевшие корнеплоды и коренья, могут храниться в почве со времен мезозоя.
Он закатил глаза, повел челюстью и вскинул руку:
– Хорошо, я понял.
Фея неожиданно улыбнулась, и он завис снова, потом опомнился и протянул ей миску.
– Еще. Я не распробовал.
***
Странно так действовала на него эта фейская стряпня.
После нее даже не хотелось прибить дракона, который опять что-то чавкал из ведра. Птички, облюбовавшие его поломанное кресло, раздражали, но не настолько, чтобы реагировать. А в сторону грядок Герберт даже не взглянул. По опыту знал: если на проблему не обращать внимания, рано или поздно она сама собой рассосется. Ну или фее в конце концов надоест заниматься ерундой.
А готовить – пусть готовит, у нее получалось неплохо.
С этой мыслью он поднялся к себе, с удовольствием потянулся, прохрустев всеми суставами. Глянул на ноги, подумывая, снимать сапоги или нет. Потом все-таки снял и улегся спать.
Утром, встав как обычно, Темный Властелин не сразу понял, что не так . Только потом, выглянув в окно, осознал.
На грядках теперь в полный рост колосились заросли, и среди этих зарослей виднелся розовый сарафан. Но это еще было не все! Там, где вчера его бездельники-подручные усиленно разводили грязь, теперь из земли торчали цветы, а вверху над всем этим безобразием виднелся кусочек голубого неба.
В его Аду?! Он готов был лопнуть.
Эта женщина опять все испортила!
Он выругался на чем свет стоит, прыгнул в сапоги и опрометью сбежал вниз.
А внизу… Герберт вообще перестал узнавать свой родной Ад!
Цветы теперь торчали повсюду. Травка, — он выругался сквозь зубы. Травка, чтоб он сдох! Совсем как у Анарда! Не хватало только овечек запустить. Но здесь вместо овечек на травке дрых дракон, а рядом копошились птички. Он резко развернулся, чтобы не видеть этого тошного зрелища, и просто застыл, чувствуя, что его сейчас разорвет от ярости.
Ему на кончик меча села бабочка. Такая желтенькая с черными пятнышками.
Какие бабочки в Аду?!
Темный Властелин тряхнул мечом, но чертова бабочка даже не подумала улететь. Тогда он решительно направился к зарослям, которые уже переползли с грядок и стали захватывать новые территории. Где-то среди зарослей он в последний раз видел розовый сарафан.
И да, она была там!
Стояла в своем розовом сарафане в центре овальной полянки. В руке большой розовый цветок, а вокруг бабочки. Герберт оскалился нехорошей усмешкой и, подошел к ней почти вплотную, сжимая в руке огненный меч.
– Послушай, фея.
Она улыбнулась, поднеся к носу цветок, и проговорила:
– Меня зовут Виктория.
Внезапно подул ветерок, принес запах солнца и лета. Ветерок в Аду ? — пронеслось в голове у Темного Властелина. Но идентифицировать эту мысль он не успел. Потому что его опять слегка повело, а взгляд сполз к линии декольте.
Однако он вовремя опомнился. Шагнул к фее еще ближе и навис, собираясь сказать, что впредь не допустит подобного безобразия.
Но тут на полянке объявился кое-кто третий.
– О! – раздался удивленный возглас.
Светлый братец.
Герберт глухо зарычал и обернулся.
– Здравствуй, брат.
– Здравствуй, — братец Анард с нескрываемым удовольствием оглядывался вокруг себя, потом наконец соизволил посмотреть на него. – Это все она, да? Она? Я прав?
И бросил быстрый взгляд на фею. Темный Властелин внезапно почувствовал, что у него пригорает в груди от желания дать Анарду в морду. А Светлый братец шагнул к фее с улыбкой истинного обольстителя:
– Леди Виктория, вы прекрасны.
А потом повернулся к нему и выдал вполголоса:
– Благодарю, что прикрыл. Я забираю ее.
И снова к фее:
– Дорогая леди, позвольте вашу ручку…
– Она. Останется! – рявкнул Герберт и двинулся на братца с огненным мечом. – Свалил отсюда!
Анард отскочил.
– Ты чего?! Мы же договорились!
– Убрался, а то попорчу личико.
– Ты! – Анард сжал кулаки.
– Двигай, — мотнул головой Темный Властелин. – И чтоб я тебя здесь больше не видел.
– Ну и, пожалуйста! – Анард тряхнул волосами. – Сам пожалеешь.
Светлый братец наконец убрался.
А Герберт повернулся к фее.
***
Оооо. Вика не могла отвести от него глаз.
Та-а-акой мужественный с этим огненным мечом…
Но тут он повернулся к ней лицом, и Вика тут же отвела взгляд и уткнулась носом в розовый бутон. А он подошел к ней вплотную, смерил ее взглядом и произнес:
– Я жду завтрак.
***
Оракул был прав, фея действительно оказалась ценной. Анард даже стал замечать в ней некоторые признаки привлекательности.
Сейчас ему пришлось уйти, но Анард не собирался уступать ее Герберту.
У него созрел неплохой план.
Глава 7
Уже три дня между ними царило своеобразное перемирие. Темный Властелин не забижал птичек и прочую нечисть и регулярно являлся на завтрак, обед и ужин. Заговаривать с ней не пытался, но смотрел так, что моментами, поймав на себе его взгляд, Вика начинала смущаться и краснеть.
Потом шикала на себя: «Персикова, очнись, он просто проголодался и хочет добавки». Правда, иногда ей все-таки казалось, что этот хмурый беловолосый красавец думает не только о еде, а у него в глазах мелькает еще что-то . Но первая она бы эту тему не стала поднимать никогда.