Чтение онлайн

"Сегодня можно будет в обед сделать и большой бутерброд с маслом из сегодняшнего и вчерашнего пайков", - подумал Игорь, поставил всё на свою тумбочку и быстро застелил кровать. Затем он умылся под раковиной, позавтракал и начал бриться. Бреясь, Игорь заметил в зеркальце бритвы, что у него покрасневшие глаза. "Не спишь по ночам, урод. Чего ты о ней думаешь? У неё, наверно, хорошая семья. Девочка, вон какая, принцесса маленькая. Как ангелочек. Чего ты, зоновская образина, мозги себе по ночам е...? Общайся с приличным человеком, раз тебе судьба это позволяет. И будь доволен, скот. Расслабился, урод, расчувствовался... Ну и кретин же. Зэк паршивый. Радуйся, что с тобой нормальный человек хоть общается", - ругал он себя, пока брился.

Побрившись, он взял из пачки в тумбочке сигарету и спички и пошёл покурить. В умывальнике уже курил один молодой зэк в больничном халате, которого Игорь до этого дня не видел. "Вчера, наверно, положили", - подумал Игорь, прикуривая сигарету.

– А ты хоть немного поправился, - сказал молодой зэк Игорю, - Я помню тебя, после твоей голодовки... Тебя тогда к нам в отряд списали. Ты недолго тогда у нас пробыл.
–

– А-а-а... Это на промке, в радиоцехе?
– сказал Игорь, - Я там никого и не запомнил, потому что мало там и пробыл. Тебя тоже не помню.
–

– Да я тебя тоже дня два-три только и видел, а потом ты списался, - сказал молодой зэк, - Я тогда тоже из ШИЗО вышел...

Тебя не запомнить нельзя было. Ходячий скелет был... Мы, когда тебя в холодильнике держали, махорки тебе посылали... У нас у самих тогда почти голяк был. Сигарет не было. Лишь немного махорки.
–

– О-о-о! Так это вы тогда мне её переслали? Спасибо за ту махорку, - сказал Игорь, глядя в лицо зэка, блатного по масти. Лицо его было приятным, и взгляд его был спокойным и не выражал намёка на какую-либо хитрость, - Я тогда по-новой курить начал... Голод хоть немножко "курятиной" заедал... Меня Игорь зовут, - и он протянул парню свою руку.

– Алик, - сказал парень, пожав руку Игоря.

– Слушай, Алик, у меня чаю на замутку есть... Если хочешь, можем чифирнуть, - сказал Игорь, - Хоть чем-то отблагодарю тебя за ту махорочку... Только у меня тубик... Если брезгуешь, я тебе дам чай, сам с кем-нибудь чифирнёшь.
–

– Да брось ты, у нас в "семейке" тоже один тубик, - сказал Алик, - Если кровью не кашляешь, - давай чифирнём.
–

– Кто кровью кашляет, того в зоновской больничке не держат, - заметил Игорь, - Тех сразу на областную отправляют.
–

– У меня конфеты есть. Принести?
– предложил Алик.

– Да у меня тоже есть... Магазинные карамельки, - уточнил Игорь.

– У меня такие же, - сказал Алик.

– Тогда какая разница?
– Игорь бросил окурок в грязную пластиковую урну в углу, - Ну что? Пошли?
–

– Пойдём.
–

Они пошли в палату к Игорю и заварили чай. Этот кусочек плиточного чая Игорь обнаружил у себя в тумбочке вчера вечером. Его положил туда Чёрный, когда уходил из больнички в зону. Игорь в то время работал у Светланы Ивановны в кабинете. Алик заметил в тумбочке у Игоря книги.

– Что читаешь?- спросил он.

– Да... Это самоучитель английского... И ещё одна книга по социологии, - сказал Игорь, зная по прежнему опыту, что ни одного зэка такие книги не интересовали.

– А что у тебя по социологии?
– спросил Алик.

Игорь внимательнее взглянул на Алика и, видя, что он серьёзно ждёт ответа, сказал, - "Происхождение семьи, частной собственности и государства".
–

– А-а-а... Энгельса, - сказал Алик, и Игорь понял, что Алик, возможно, также как и он интересовался книгами на социальные темы.

– Читал?
– поинтересовался Игорь.

– У меня старшая сестра училась на гуманитарном факультете, - ответил Алик, - Она меня и "просвещала" всегда "на воле". Но меня это мало интересует. Слишком скучно для меня.
–

Они немного помолчали, а потом Алик вновь заговорил.

– Слушай, Игорь, она мне последний раз, на свиданке, тоже книжку по социологии подсунула. Я её сюда взял... Думал почитаю от нечего делать... Сегодня открыл, почитал пару слов и опять закрыл... Хочешь я тебе её подарю? Я всё равно её читать не буду.
–

– Неси, если не жалко, - сказал Игорь, - А я пока чай тусану.
–

Алик ушёл и вернулся с книжкой в бумажном переплёте.

– Держи, - сказал он, подавая книгу Игорю.

– И ты держи, - сказал Игорь, протягивая Алику кружку с чаем. И, взяв у него из руки книгу, сказал, - Спасибо.
–

Книгу Игорь положил на одеяло в изголовье кровати, и они с Аликом попили чайку, разговаривая, как говорят, о том - о сём. Алик жил в семейке пацанов, - блатных, с понятиями. Из разговора Игорь понял, что Алик немного знает о нём. "Зэковская разведка везде работает", - подумал тогда Игорь. С Аликом было приятно разговаривать, потому что он не растопыривал пальцы веером, как некоторые, которых Игорь мысленно называл уродами. Потом они ещё раз покурили в умывальнике туалета и Алик, сказал, что у него стала побаливать нога, из-за которой его и положили на больничку, и пошёл в свою палату полежать.

В своей палате Игорь посмотрел на обложку книги. В.В.Денисов. "Социология насилия или критика современных буржуазных концепций", было написано на ней. "Что ж, вечером и почитаю", - подумал он, и положил книгу в тумбочку. Пришли вольная медсестра с зэком-санитаром, с таблетками и уколами. Игорю положили на тумбочку его таблетки и медсестра, маленького роста женщина, лет сорока, сделала ему два укола в ягодицу, для чего Игорь, стоя у своей кровати, лишь чуть-чуть оголил ягодицу сбоку. После этого Игорь лёг на кровать, поверх одеяла, и незаметно уснул.

Проснувшись, он почувствовал себя уже выспавшимся. А сразу же после обеда, в дверях их палаты появился зэк-санитар и сказал Игорю, - Пойдём, я тебя щас выпущу, а то мне потом некогда будет взад и вперёд ходить.
–

– Пошли, - сказал Игорь. Когда за ним закрылась дверь стационара, он остановился в маленьком вестибюле и постоял там с минуту. "Всё, - сказал он сам себе, - Закрывай все свои эмоции... Ты - лишь зэк. Мерзкая скотина. Но будь культурным и вежливым". И он почувствовал, что мышцы его лица стали как бы атрофированными, и его лицо стало маской, а взгляд его стал просто смотрящими глазами. "Ну, вот... Теперь нормально, - сказал он себе в мыслях, - Таким я и должен быть... Пусть работают теперь только мозги. Остальное всё должно быть непробиваемым".

Он постучался в дверь, и, услышав "Да-да, войдите!", открыл дверь в кабинет Светланы Ивановны.

– Здравствуйте, Светлана Ивановна, - сказал он, войдя в кабинет, увидев, что она стоит к нему лицом, опершись, полусидя на рабочий стол у окна.

– Здравствуйте, Игорь, - ответила Светлана Ивановна, как всегда улыбаясь, - А я уже жду вас.
–

В кабинете было что-то новое, но Игорь ёщё не понял что именно, потому, что стоял и смотрел на прекрасное улыбающееся ему женское лицо. Маска его лица оставалась при этом маской. Но с мыслями нельзя было ничего поделать. Они работали независимо. Их нельзя было заставить думать, "так, или иначе". Они были не рабскими. Они были свободными. "Она просто само обаяние", - как бы говорили они Игорю.