Чтение онлайн

– «1984» была чисто любительской затеей, – вспоминал потом Брайан, – хотя в конце концов мы вышли на гонорар в 15 фунтов на каждого.

– Мы почти не исполняли своих песен – в основном кавер-версии хитов, которые хотела услышать публика. В то время The Rolling Stones круто пошли вверх, и мы играли их хиты, какие-то песни Yardbirds. Меня это никогда по-настоящему не устраивало. Хотелось делать собственную музыку.

Объявив группе, что учеба для него на первом месте, Брайн ушел, и вскоре «1984» распалась. Впрочем, Брайан и Тим Стаффел, который теперь учился в колледже Илинг вместе с Фредди, продолжали общаться. Тоскуя по музыке, вскоре они уже обсуждали создание новой группы. Вместе с Крисом Смитом, еще одним студентом Илинга, собрали команду, получившую название Smile. Стаффел пел и играл на бас-гитаре, Смит – на органе, гитарой заведовал Мэй, стало быть, оставалось только найти барабанщика.

По-младенчески белобрысый и голубоглазый Роджер Меддоуз-Тейлор казался слишком красивым для мужчины. Родившийся в Норфлоке и выросший в Труро, юный сердцеед Тейлор уже составил себе репутацию отличного барабанщика, играя в корнуоллской группе Johnny Quale & The Reaction. Группа заняла четвертое место на локальном конкурсе и получила некоторую известность в Корнуолле, самом южном графстве Англии. Когда лидер группы, Джонни Куэйл, решил ее покинуть, обязанности вокалиста перешли к Роджеру Тейлору. Название команды укоротили до The Reaction, и группа продолжила выступать и репетировать собственный материал – преимущественно в жанре соул. Все изменилось, когда они впервые услышали Джими Хендрикса. Той осенью Роджер отправился в Лондон, изучать стоматологию. Он поселился в районе Шепердс-Буш, в квартире, снимаемой вскладчину еще с тремя студентами, среди которых был школьный товарищ Тейлора, Лес Браун. На год старше Роджера, Лес учился в Имперском колледже вместе с Брайаном. Мечта стать рок-звездой уже вполне овладела начинающим стоматологом, и, хотя обязательства связывали его с The Reaction (он еще сыграет с ними несколько раз летом 1968-го, на каникулах), Тейлору срочно требовалась новая группа. Кстати, несмотря на репутацию донжуана, Роджер был скромным и располагающим к себе парнем, душой компании. Итак, однажды Лес заметил в своем Имперском колледже бумажку на доске объявлений, в которой говорилось, что «группа ищет барабанщика, играющего в стиле Джинжера Бейкера или Митча Митчелла». Этим Брайан и Тим давали понять, что они «в теме» – группа Бейкера The Graham Bond Organisation в том сезоне была на пике моды. Музыканты из группы участвовали в студийных записях The Who, позже – Cream. Митч Митчелл барабанил у Джимми Хендрикса.

Брайан указал в объявлении свой номер. Роджер тут же позвонил ему. После короткого разговора Тим и Брайан уже ехали домой к Роджеру для пробной репетиции на бонгах и акустических гитарах. Барабанная установка Роджера тогда еще собирала пыль в его доме в Корнуолле. Вскоре троица уже репетировала в помещении джаз-клуба Имперского колледжа. Они играли не только кавер-версии любимых песен, Тим и Брайан приносили и свои композиции. Скорее жесткие, чем романтичные, они носили отпечаток самых разных влияний – от баллад времен правления Елизаветы до тяжелого рока. The Smile отличали драматичные ударные, напористые гитарные партии, мощный вокал и интеллигентные гармонии. Звук группы поражал многосложностью и богатством нюансов.

Так зарождался и формировался тот саунд, по которому Queen можно будет узнать с первых тактов.

– Я могу поставить вам записи Smile, которые структурно не отличаются от того, что мы делаем сегодня, – говорил Брайан в интервью в 1977-м.

Волшебная химия музыки Queen уже зарождалась, подпитываемая разноплановыми и блистательными талантами. Брайан, самый тихий и вежливый, был высок, худ и угловат. На сцене он неистово потрясал бедрами, затянутыми в бархатные брюки, а его длинные локоны спадали на лицо, от чего девчонки просто млели. Тим, энергичный и плотный, предпочитал драную джинсу и не стремился особо наряжаться. Тех же принципов держался и весельчак Крис, единственный участник группы, профессионально обучавшийся музыке с частным преподавателем. Голубоглазый красавчик Роджер двусмысленно заявлял, что он барабанщик не только по профессии, но и по самой своей природе. Группу переполняли энтузиазм и энергия, на репетициях царила веселая и позитивная атмосфера. Эти дни музыканты потом вспоминали как одни из самых счастливых и беззаботных в их жизни.

В октябре 1968 года Брайан получил степень бакалавра в Имперском колледже. По традиции дипломы вручала Ее Величество Королева-Мать в самом престижном зале Лондона, Роял Альберт-холле. Отлично успевающий в учебе, Брайан планировал продолжить учебу в колледже. В его планах значилась докторская диссертация, посвященная движению межгалактической пыли, а в перспективе он собирался стать астрономом. Впрочем, был и другой мотив – пока Брайан продолжал учиться в Имперском колледже, он и его друзья могли без ограничений пользоваться местной репетиционной базой. Тим Стаффел и Крис Смит продолжали учиться в Илинге, а вот Роджер вылетел из медицинского колледжа, не закончив и половину курса. Всего через два дня после того как Брайн получил степень, Smile играли перед Pink Floyd в знакомых стенах Имперского колледжа – это первый достоверно задокументированный концерт группы. Их заметили, и вскоре Smile получили предложения разогревать T. Rex, Yes и Family. В феврале 1969-го коллеги попросили Криса Смита покинуть группу (он утверждает, что решил уйти сам) по причине непреодолимых музыкальных разногласий. Через несколько дней после ухода Смита Smile впервые выступали в Роял Альберт-холле на благотворительном концерте. Шоу, весь доход от которого шел в пользу фондов, помогающим одиноким матерям, задумал и организовал легендарный диджей ВВС, Джон Пил. Smile значились в программе вместе с Джо Кокером и Free. Брайан и Роджер едва ли могли тогда предполагать, что не пройдет и пары десятков лет, как они будут играть в одной группе с вокалистом Free Полом Роджерсом (который за эти годы успеет возглавить такие группы, как Bad Company, The Firm и Law), издадут диск «The Cosmos Rocks» (первую студийную запись Queen за пятнадцать лет), один концертный альбом и два концертных DVD.

В самом начале 1969 года Тим привел на репетицию Smile своего приятеля по колледжу, Фредди Булсара. Между молодыми людьми сразу же вспыхнула взаимная симпатия. Теперь Фредди уже не сомневался, что нашел себе занятие по душе, и совершенно совпадал в этом с Роджером и Брайаном, которые были покорены яркостью Фредди, его умом, энтузиазмом и острыми как бритва шуточками.

– Думаю, я за всю жизнь не встречал таких восторженных и увлекающихся людей, как Фредди, – вспоминал друг Роджера Лас Браун. – Если ему что-то нравилось, он прямо взвивался. Помню, он силой затащил меня к себе, чтобы поставить понравившуюся ему пластинку, причем это был какой-то соул! В то время никто не признавался, что слушает соул, – крутым считался только рок.

Ставший частым гостем на концертах Smile, Фредди мало-помалу набирался смелости и стал давать своим приятелям мелкие советы по поводу стиля в одежде, потом начал комментировать их концерты и, наконец, в какой-то момент принялся объяснять им, как следует сидеть, стоять, ходить и говорить.

– Он подавал свои советы в такой тактичной форме, что обидеться или отказаться было невозможно, – вспоминал Брайан. – Тогда мы и не подозревали, что у Фредди отличный голос. Мы воспринимали его как еще одного рок-музыканта, с легким уклоном в театр.

Когда летом 1969-го Фредди закончил Илинг, у него не было постоянной работы, как и желания найти такую. Он и Роджер Тейлор (сокративший к тому времени вторую часть своей фамилии, Меддоуз) завели небольшой бизнес – им принадлежал стенд в трехэтажном торговом центре в Кенсингтоне. В пассаже, где располагалась лавка, продавали картины, антиквариат и необычные старые вещи, а продавцами работали весьма примечательные личности – безработные музыканты, артисты и художники. Среди их постоянных клиентов попадались такие звезды, как Майкл Кейн, Джули Кристи и Норман Уиздом. Для начала наши герои выставили на продажу работы Фредди – в основном, изображения Джими Хендрикса и картины других ребят из Илинга. Торговля шла неплохо. Продать удалось даже курсовую работу Фредди – доклад, посвященный Хендриксу. Сегодня за него выложили бы тысячи фунтов, но тогда денег хватало едва-едва. Оба заядлые любители наряжаться, Роджер и Фредди решили перейти на продажу модных аксессуаров. Вскоре на их стенде появилось все, что требуется настоящим фанатам моды, – от экзотических вуалей и кинжалов до шинелей и меховых боа. По большей части это был выловленный на распродажах ветхий и вульгарный мусор, выставленный по бесстыдно задранным ценам. Так, купив за пятьдесят фунтов целый контейнер побитых молью шерстяных пальто на барахолке у вокзала Баттерси, они продавали их по восемь фунтов каждое.

«Мы с Роджером везде ходили вместе, кривлялись и паясничали, как могли, и вскоре все уже считали нас парочкой голубых», – писал Фредди своей подруге Селин Дейли тогда.

– Роджеру и Фредди нравилось ходить, нарядившись в пух и прах, а Фредди еще мог вдруг начать говорить очень манерно – у него страшно смешно это получалось. Но тогда никто не подозревал, что он на самом деле гей, он никогда не проявлял свою сексуальность.

Постепенно Фредди стал незаменимым участников Smile.

В апреле 1969 года группа играла в лондонском клубе Revolution, и на их концерт пришел глава европейского подразделения могущественного музыкального лейбла Mercury Records, Лу Райзнер. Тогда Лу уже подписал контракт с Дэвидом Боуи по продвижению его музыки в США, а чуть позже прославится как продюсер двух первых сольников Рода Стюарта. Его знают как продюсера оркестровой версии рок-оперы The Who Tommy и опуса Рика Уэйкмана Journey To The Centre Of The Earth. Уроженец Чикаго, сам в прошлом певец, Райзнер предложил Smile контракт на выпуск одного сингла в США, который группа незамедлительно подписала. Затем наступило затишье до июня – на это время лейбл назначил запись сингла, оплатив музыкантам время в знаменитых студиях Trident.

Очень неплохо для начала. Trident Studios находились в одном из переулков квартала, в самом сердце лондонского Вест-Энда, и принадлежали Норману Шеффилду, в прошлом – участнику группы The Hunters, и его брату Барри. Братья-звукоинженеры оснастили студию по последнему слову техники и создали в ней непринужденную творческую атмосферу, притягивающую многих талантливых музыкантов. В не менее известной студии EMI на Эбби-роуд звукоинженеры в то время все еще ходили на работу в белых халатах, там царила холодная и официальная атмосфера. Помимо прочего, в Trident стоял легендарный бехштайновский рояль, который Рик Уэйкман уже прославил в десятках записанных им композиций. Именно на этом инструменте Пол Маккартни сыграл свою партию в «Hey Jude».

Первым настоящим хитом, вышедшим из ультрасовременных (на тот момент) студий Trident, стал альбом Manfredd Mann My Name Is Jack, ворвавшийся в хит-парады в марте предыдущего года. В дальнейшем тут создавались такие легендарные пластинки, как «Transformer» Лу Рида, который продюсировал Дэвид Боуи, записавший тут же свой собственный шедевр «The Rise And Fall Of Ziggy Stardust». Рик Уэйкман в те годы практически жил в студии – его можно услышать на таких ключевых записях Боуи, как «Changes» и «Life On Mars». Trident существует по сей день, и на ней по-прежнему записываются талантливые и успешные музыканты, включая Джеймса Тейлора и Гарри Нилсона. Впрочем, легендой в поп-музыке студия стала уже в 1968-м, когда The Beatles арендовали ее для записи «Hey Jude» – семиминутной баллады, которая стала самой длинной песней, когда-либо возглавлявшей британский хит-парад. Некоторые песни для таких пластинок The Beatles, как White Album и Abbey Road, тоже записывались здесь.