Чтение онлайн

Так и сделали — выспались, даже Соня не стала подскакивать рано-рано, собрались и поехали к бабушке и дедушке. Подарки Марина доставила им заранее, потому что иначе какая же конспирация? Вечером посидели все вместе, легли спать не поздно, а утром Соня радостным воплем разбудила всех — потому что нашла под ёлкой заветные коробки. Она очень обрадовалась планшету, а в красивой бумаге была кукла — тот самый мальчик-маг из балета, которого захотели тогда все девочки, и Соня радостно скакала с ним в обнимку и рассказывала, как познакомит его с принцессой.

Правда, дальше пришлось быстро собираться и сначала отправляться домой, там переодеваться, брать заготовленные праздничные наряды и подарки, и извещать господина Шуази, что готовы проследовать в Лимей. Им тут же открыли портал, и можно было шагнуть… вперёд.

И выйти в холле Лимея, и там уже поджидали и принц, и всё его многочисленное семейство. Точно ведь, всех собрали — и детей, и внуков.

— Приветствуем вас, госпожа Марина и госпожа Софи, — важно произнёс принц. — И поздравляем со свершившимся Рождеством!

Остальные тоже присоединились к поздравлениям, Одетт прибежала обниматься и с Соней, и с Мариной, другие дети улыбались и здоровались, а взрослые предлагали помощь в донесении чехлов с платьями до комнат.

— Ждём вас в гостиной, — с этими словами принц передал Марину и Соню в руки пары горничных.

Те проводили их в комнату, помогли переодеться в торжественное, уложить волосы и нанести всяческие последние штрихи. Марина подумала, что сама провозилась бы намного дольше, и не факт, что итог был бы таким же.

— Скажите, а нет ли случайно корзинки? — почему-то Марине не понравилась идея двигаться дальше с пакетом подарков.

Конечно же, корзинка нашлась. Туда были сложены всяческие свёрточки, и можно было идти.

Соню тут же взяли в оборот дети, и с разрешения взрослых повели… куда?

— Идёмте, госпожа Марина, — принц предложил её руку. — Вам с Софи совершенно необходимо побывать в этом месте.

Место оказалось в исторической части замка — застеклённое мелкими стёклышками окно, старинная мебель, наборный паркет, а в центре — ёлка. Тоже не самая большая, но — живая, не искусственная, Марина присмотрелась — в какой-то кадке. Видимо, специально выращивают и приносят в замок на праздник.

Ёлку украсили теми самыми старинными игрушками, о которых ей рассказывал принц — она увидела и деревянные, и фарфоровые, и стеклянные. Множество мелких магических огоньков освещали ветки. А под ёлкой лежала красивая коробка, перевязанная бантом, а на карточке было написано — «Для Софи».

— Мы свои уже утром разобрали, — сообщила Одетт. — А этот тебя дожидается! Не иначе, Дух Рождества узнал у дедушки, что ты придёшь с мамой к нам в гости!

Да, здесь подарки детям приносит не Дед Мороз, а Дух Рождества. И под ёлкой не фигурки того же деда и Снегурочки, а вертеп, и тоже какой-то старинный, судя по тому, как выглядят герои. Марина спросила разрешения и сфотографировала ёлку и вертеп — пока Соня с помощью Одетт, Лионеля и Луи потрошила коробку, а Анри стоял рядом со снисходительным выражением лица — мол, что с них взять, маленькие ещё, даже в школу не ходят. В коробке лежала ещё одна кукла — судя по всему, из той же сказочной серии.

— О, супер, тебе попалась фея! — обрадовалась Одетт.

Ей тоже достался персонаж из сказки — и из новой коллекционной серии кукол, как поняла Марина, а мальчикам — кому-то паровозы, а кому-то машины, а Анри даже телефон — вот повезло-то! А дядюшке Жилю досталась жаба, и он так обрадовался той жабе, что посадил её в карман и везде носит с собой.

Дальше детей и взрослых позвали на праздничный обед, а потом Анриетта пригласила на детский праздник — в большой бальной зале. К празднику прибыли ещё гости с детьми, и некоторых Марина знала. Саважи с младшими внуками, Кариньяны — некромантское семейство, у его главы есть какие-то дела с принцем и Вьевиллем, и много детей, де ла Мотты с двумя близнецами — правнуками-трёхлетками, и кто-то ещё. Анриетта радостно приветствовала всех и зазывала детей в зал. И как-то очень легко организовывала эту толпу малышни — они радостно бегали, прыгали, в чём-то соревновались и во что-то играли.

И как раз пока дети играли в какую-то подвижную игру вокруг ёлки, к Марине подошёл принц Франсуа.

— Госпожа Кручинина, — сказал он чопорно, — я был неправ в отношении вас и прошу принять мои извинения.

Вот так, оказывается. Что ж, она не злопамятная.

— Принимаю, ваше высочество.

— Благодарю вас, — она ощутила, как он выдохнул.

Думал, не простит? Будет кусаться? Да ну его.

Пока дети были заняты в большой зале, гости из числа взрослых продолжали прибывать. А после праздника, когда всем юным гостям раздали очередные подарки, кого-то из детей повели порталом домой родители или няни, кто-то оставался — но таких оказалось немного. И все оставшиеся были примерно возраста Анри, Одетт и Сони.

— Госпожа Марина, мы пойдём играть в железную дорогу, — сообщила Одетт.

— За детьми присмотрят, — улыбнулся ей появившийся принц. — А я пока приглашаю вас танцевать.

Как давно это было… вальсы, бальные залы, старинные платья, то есть, конечно же, специально сшитые по старинным выкройкам. Вообще Марина привезла все эти платья сюда, три большие коробки, магическая консервация, раз в год всё это перебирается и проветривается и упаковывается снова. Соня любит рассматривать эти платья и очень сожалеет, что сейчас их никто не носит, и что ей самой они пока велики.

Сейчас же принц вёл Марину по паркету, музыканты играли вальс… и это были необыкновенно сладостные для неё звуки. Вот они закрылись в пару… и полетели.

Ноги мгновенно вспомнили всё, что полагается… бывших танцоров не бывает, нет. Правда, принц тоже не сказать, чтобы сегодня с тренировки, но — он двигался и вёл её уверенно и легко.

Если честно, в танцевальное время о таких партнёрах только мечтать и приходилось — потому что всех умелых они с Татьяной воспитывали и учили сами. Тут же… водятся они тут, да и всё. Куда ни погляди.

Скажем, герцог Саваж с супругой отлично танцуют. Господин Кариньян с супругой отличной танцуют. Летящих вокруг ёлки пар становилось больше, но принц уверенной рукой обруливал их всех.

Надо же, принц Франсуа тоже вышел на паркет с Агнесс, и Рыжий Вьевилль с Катрин. Анриетта, надо полагать, носится где-то с детьми. А самый младший, Жиль, стоит у ёлки и… что? Фотографирует жабу. У жабы шевелятся лапы и голова — очевидно, на шарнирах. На фоне той самой ёлки — большой, под высоченный потолок, с магическими огоньками, красными с золотом шарами и алыми бантами.

А потом мелодия ускорилась, и сразу же стало не до других людей — только их пара, и никого больше. Марина даже испугалась на мгновение, что закружится голова и она не устоит на ногах, практики-то давно не было, но — поймала кураж и волну, и улыбалась принцу, а принц — внимание — улыбался ей. Не как шеф или функция. Как живой заинтересованный мужчина.

И танцевать с ним оказалось ничуть не хуже, чем работать или заниматься с детьми.

А когда стихла, растаяла в воздухе последняя нота, принц с улыбкой поклонился и, не выпуская Марининой руки, повлёк её куда-то из бальной залы через ближайший выход. Они прошли мимо ёлки ещё в одном пафосном помещении, и выскользнули на балкон — прямо как были, в парадном и нарядном. Правда, здесь зима всё равно что и не зима, а принц мгновенно окружил Марину защитным полем — и впрямь, так не холодно.