Чтение онлайн

Приподнимаясь на цыпочках, словно танцуя под неслышимую музыку, Светлана тыкала краем линейки в центр черного круга, пыталась ловить и прижимать к стене пляшущие по краям язычки и припевала:

– А оно уже не рабо-о-тает! Оно уже не рабо-о-тает!

– Пабла, давай! Давай!
– подначивал ее захмелевший Славик, а улыбавшаяся Танечка подняла руки над головой и в такт танцу стала прихлопывать в ладоши.

Неожиданно, когда пляшущие пальцы новоиспечённой балерины приблизились к самому чёрному кругу, все зрители увидели уже знакомое искривление материи, а затем и преобразование её в правильный конус, и быстрое соскальзывание внутрь стены. Остались на полу только босоножки со стоптанными затёртыми стельками.

– Такие модные пуанты даже не телепортируются, - мрачно пошутил Славик.

– Всё? Доигрались?!
– заорала в истерике Илона и застучала кулачками по столу.

– Успокойся, Илоночка! Успокойся!
– Зоя Петровна обняла девушку и стала гладить по плечам.

Перед появлением милиции со стола секретаря спешно убрали все следы распития алкоголя и воссоздали привычную деловую картинку. Пока наводили порядок, не заметили, как тихо исчез и злосчастный круг на стене.

Утром следующего дня в четверть девятого, как только Антип Петрович привычно заглянул в окошко вахтёра, тот сходу огорошил его вопросом, нетерпеливо висевшим на языке уже пару часов:

– Это правда, что из ваших окон свинья с крыльями вчера вылетела?

– Правда, - зачем-то соврал Антип Ильич, не желавший вступать в подробный диалог с охранником.
– Это надувная свинья. Реквизит. Шеф из Лондона привёз. Её использовала группа "Pink Floyd" на концерте "Animals" лет тридцать пять назад.

– А-а-а, - понимающе протянул вахтёр и снял с гвоздя ключи с биркой "405".

– Спасибо, - сказал Антип Петрович, взяв ключи, и собирался уже, было уйти, но охранник торопливо поднялся к окошку, поманил пальцем и заговорщицки произнёс:

– Этот капитан меня вчера всё расспрашивал. Что за фирма, чем занимаются, часто ли употребляют?
– С последними словами вахтёр привычным движением щёлкнул пальцами по шее.

Служитель богемы поднялся на четвёртый этаж, уверенно отворил дверь в приёмную офиса, сделал шаг и замер на пороге: на левой стене, на том же самом месте, весело играя протуберанцами, зияла округлая чёрная дыра. Антип Петрович судорожными движениями достал мобильный телефон и набрал секретаря.

– Лена! Лена! Ты когда будешь? Давай звонить этому капитану! Да! На том же месте! Ну хорошо, подожду. Только в коридоре. Давай быстрей!

Антип Петрович осторожно прикрыл дверь в офис и закурил в общем коридоре. В другие офисы заходили сотрудники, настороженно поглядывая в сторону четыреста пятого. Один пожилой мужчина, торгующий канцтоварами и потому бегло знакомый со всеми на этаже, приблизился к курильщику и тихо спросил:

– Извините, у вас что, обыск?

– Нет-нет, всё в порядке, - натянуто улыбнулся Антип Ильич.

– Про какую-то летающую свинью ещё люди говорят.

– Да вы же знаете, мы кино делаем, и у нас полно всякого реквизита. И надувной поросёнок тоже есть.

– А-а-а, - в очередной раз прозвучало в пространство многозначительно.

Когда появилась Ленка, Антип Ильич слегка успокоился и согласился с решением дождаться всех, а потом уже звонить в милицию.

– Какая милиция!? Вы что?
– сокрушался чуть позже, вздымая кверху растопыренные пальцы, Славик.
– Телепорт снова открылся! Это значит, что они реально могут вернуться! А менты могут только всё испортить!

– Но нам же велено на допрос явиться, - возражала бухгалтер.

– Зоя Петровна, вам сегодня оттуда звонили? Нет! Вот когда пригласят, тогда и будете панику устраивать! Пусть им Илона пока баки забивает!

– Я боюсь, Славик, - скривилась Зоя Петровна.

– А чего же я весь этот цирк вчерашний на камеру не заснял?
– почесал затылок Степаныч.

– Вот это вопрос!
– заметила Ленка.
– Чем тупо бухать, лучше бы штатив установили и съёмку наладили!

– Да-а, как же я недопёр?
– продолжал терзаться оператор.

Ещё через несколько минут раздался странный высокий звук, все сотрудники офиса напряжённо замерли, а из стены с плакатами прямо на пол вывалился сначала директор компании "Gonzo" Дмитрий Сергеевич Хрон, затем босая пиар-менеджер Светлана, а за ней - Лёшка.

– Я же говорил!
– радостно закричал Славик.

– Вау!
– весело запрыгала Танечка, как маленькая девочка.

– Боже мой, - Зоя Петровна испуганно поднесла ладони к лицу и прикрыла рот.

Вышедший из своего кабинета Антип Ильич, недоверчиво прищурился и первым делом подумал: "Значит, фокус-таки настоящий! Ну всё, плакали денежки на мой фильм! Теперь точно эту цирковую фигню через перфомансы станут раскручивать".

Дмитрий Сергеевич поднялся, отряхнулся, радостно оглядел сотрудников и разрядил обстановку громким возгласом:

– Что за траур!? Мы живы и мы вернулись! Где туш? Где цветы? Где шампанское?

– Дмитрий Сергеевич!
– бросилась Ленка первой к нему на шею.
– Что это было? Расскажите!

– Сейчас! Всё расскажем, всё покажем, - высвободившись из объятий секретаря и, поддерживая за локоть растрёпанную Светлану, директор обратился дальше к ней: - С тобой всё в порядке? А? Не молчи!

Светка, переступая с ноги на ногу, вдруг зашлась громкими рыданиями, закрыла лицо ладонями и упёрлась головой в грудь руководителя.

– Ну-ну, не надо. Всё позади уже, - успокаивал тот девушку.
– Сходи в туалет, приведи себя в порядок. А ещё лучше, - езжай домой, отдохни пару деньков.

Светка согласно закивала, вновь открыла лицо, оглядываясь.

– Где мои босоножки?

– Их менты забрали, - ответил Славик.

– Какие ещё менты?
– насторожился Хрон.

– Илонка вчера вызвала, когда вы исчезли. Мы её хотели остановить. Теперь она показания там даёт. И нас всех вызывать будут. И тапки Светкины менты как вещдок забрали.

– Я спрашиваю, какие менты, Лена?
– директор нахмурился.

– Вот его визитка, - сказала секретарь и протянула жёлто-голубой прямоугольник.

– Ну, я тогда пойду, - вытерла рукавом нос Светлана и понуро направилась к двери без туфель, а все заметили, что у неё порваны колготки...

Не успел директор положить трубку и перевести дыхание после неприятного диалога с капитаном милиции, как из дырки в стене вывалился на пол странного вида юноша в семейных чёрных трусах и белой майке.