Чтение онлайн

– Даёшь новую киноХРОНику!
– подняв кулак, продекламировал Сергей Степаныч.

– А что? Звучит!
– Дмитрий Сергеевич откинул прядь волос назад.
– Мы вернёмся туда и будем снимать ключевые моменты с интересных ракурсов, будем беседовать с людьми, и всё это снимать, снимать, снимать. Вы себе даже представить не можете, как по-другому выглядел тогда майдан! Это будет уникальное документальное кино в цифровом качестве!

– Так что, можно в командировочку готовиться?
– радостно потёр ладони оператор.

– Позже! Позже поедут все, по очереди! Надо тщательно подготовиться! Завтра телепортируюсь я и..., - шеф сделал круговое движение головой, а Танечка при этом изобразила на лице такое радушие, такую готовность ко всем командировочным испытаниям, что устоять мало кто смог бы.

– Я и Елена!
– отрезал Хрон.

– Но зачем вам там секретарь? Она в офисе нужна!
– вырвалось у Танечки.

– Офис с сегодняшнего дня будет временно закрыт.

– А камера? Дмитрий Сергеевич?
– раздосадовано развёл руками Степаныч.

– На первый раз, чтобы не привлекать внимание, я возьму портативную "Соньку". Снимем побольше планов, выложим в "Adobe", посмотрим картинку, звук, свет, поформатируем, а там уже решим, нужно ли нам там светиться с мощной камерой.

– А мы?
– забеспокоилась бухгалтер.

– На текущую неделю распорядок такой. Для всех клиентов и для вахты - мы работаем в кинопавильоне. Антип Ильич, дорогой, вы остаётесь там за старшего. Степаныч, Таня, Лёха, Славик - в вашем распоряжении. Готовьте свет и декорации для вашего фильма. Вы, Зоечка Петровна, поездите со сверками по фондам всяким, в налоговую, к смежникам. Они будут только рады, поверьте. Машину будете делить с Ильичом, я думаю, вы договоритесь. Если вопросов нет, все свободны.

– Но там же радиация!
– испуганно заметила Ленка.

– Не бойся, Лен, я возьму дозиметр, и мы будем тщательно проверять каждую местность, где будем находиться. И потом, мы же всего на пару дней, а все остальные жители там и останутся. Только представьте, что им официально объявят о трагедии спустя три дня! Миллионы людей, ничего не подозревая, будут три дня гулять по улицам и дышать радиацией. Да что там три дня? Всю жизнь будут её впитывать. Хорошо, что я тогда жил во Львове.

– А я в Киеве, - оживился Степаныч.
– Мы, когда по радио объявили, что нужно красное вино от радиации пить, купили целый ящик "Кагора" и махнули на дачу.

– Ну, пойлом изотопы не выведешь, только печень посадишь! То-то, я гляжу, у тебя, Степаныч, рука подрагивает во время съёмки, - съязвил Хрон.
– Да и реакция у тебя явно заторможенная. Радиация прошлась по всем нам крепко, я думаю. А по киевлянам, так особенно.

Офис быстро опустел, но Дмитрий Сергеевич чувствовал, что кто-то ещё не ушёл. Он открыл дверь менеджерской и увидел Хорольского, распихивающего по карманам канцтовары.

– А ты чего не уходишь?

– Я хочу назад, туда. Такого шанса может уже не быть!

Такой поворот событий совсем не радовал Хрона. У него были другие планы, и самодеятельность этого азартного мальчишки могла помешать их осуществлению. Он не выдержал такого прямого колючего взгляда, отвернулся и сделал несколько шагов к двери.

– Ты хорошо подумал?
– Внезапная мысль вдруг пришла в голову директора.

– Да, - твёрдо ответил Алексей.

– А, если с тобой что случится?

– Это моё решение! И только моё!

– Хорошо, только напиши сначала заявление об уходе!

– Зачем?

– Чтобы меня потом не обвинили, что это я тебя послал!

28-го апреля, в начале десятого, проходя мимо комнатки вахтёра, Дмитрий Сергеевич наклонился было к окошку, но его опередили:

– Девушка уже забрала ключи.

– Спасибо, - кивнул Хрон и, уходя, почувствовал на себе любопытный взгляд охранника.

– Ничего нет!
– первое что, вместо "здравствуйте", услышал руководитель компании "Gonzo", переступив порог офиса.

Хрон спокойно глянул на стену, подошёл ближе и ладонью провёл по гладкой поверхности. Стена, как стена.

– И что теперь?
– спросила Ленка, моргая влажными глазами.

– Ничего, - ответил директор, подошёл к столу и, развернувшись, с усилием снял пухлый цветной рюкзак и опустил его на стол секретаря.

– Что это вы набрали такое?

– А, пустяки. Колготки, китайская помада.

– Какие колготки?

– Ты понимаешь, в то время это был страшный дефицит. Мы бы эту губную помаду и колготки с таким подъёмом обменяли бы на советские рубли. А назад скупили бы золотые часы и кольца.

– Какие кольца? Мы же фильм собирались снимать?

– Да и кино бы поснимали. Но на этом барахле был бы реальный и быстрый подъём. Ты что? Золото за всё это время в несколько раз выросло!

И тут Ленка увидела, что никакой это не герой её романа, а простой торгаш, которому всё равно, на чём делать деньги: на съёмке модных видеоклипов, или на китайских колготках. И как-то жаль ей себя вдруг стало, и противно оттого, что муж теперь ей не поверит, подумает, что специально эту чепуху выдумала про перемещение во времени.

Прошло несколько недель. Сотрудники удивлялись неожиданному увольнению Лёшки Хорольского, объясняли, приехавшей из Тернополя тётке, что парень всегда такой странный был и склонный к неординарным поступкам. Да и заявление собственноручно написанное убеждало...

О дыре необычной чёрной постепенно стали забывать. И только пиар-менеджер Светлана Круглова всё своё свободное время искала в интернете хоть какие-то следы своего Василия. Вообще она стала вести себя как-то странно и даже вызывающе. Стала частенько при всех пререкаться с шефом. Один раз вообще повысила голос на него.

– Дмитрий Сергеевич! Разве так можно? Как можно монтировать откровенное враньё? Про успехи власти, про улучшение жизни народа? Я не могу эту ложь на каналах рекламировать!

– Кто платит, тот и заказывает музыку, дорогая!

– Но вспомните, как мы все, плечом к плечу, стояли на майдане в две тысячи четвёртом! Снег падал на голову, ветер дул по щекам, а мы скандировали: "Разом нас багато! Нас нэ подолаты!". Как мы верили в новую жизнь! Как кричали: "Ю-щен-ко! Ю-щен-ко!".

– Ну и где теперь твой Ющенко? А особенно Тимошенко?