Чтение онлайн

— Может быть, перекусим у меня?

— Отлично!

Он расплатился с официантом, и они вышли под закатные лучи солнца. Лиза взяла его под руку.

— Нужно, чтобы кто-то был с тобой рядом, Ал.

Лиза жила в пяти минутах езды от университета, на Уолмер-роуд — тенистой улице с большими старыми домами, где теперь сдавались квартиры внаем. Лиза занимала верхний этаж. Перед домом рос каштан. В гостиной был беспорядок, на белых стенах ни картин, ни эстампов.

Она поставила на стол водку, холодный ростбиф. После напряжения последней недели, от выпитого виски и водки Ала совсем разморило.

— Ах, Лиза, — вздохнул он. — Мы одни, никого вокруг… — И обнял ее за талию — ему казалось, что это он медленно ведет ее по коридору в спальню. Она смеялась, поддерживала его, когда он спотыкался.

— Ну вот, Лиза… — С многозначительной улыбкой он сел на кровать. Но тут же повалился на бок и заснул крепким сном.

На рассвете его разбудили мусорщики, опоражнивавшие бачки за домом. Лиза лежала в постели рядом с ним. Он потянулся к ней.

— Погоди, — сказала она и отправилась варить кофе.

На ней была коротенькая голубая рубашка. Ни он, ни она не произнесли больше ни слова. Она принесла кофе, поставила чашку на туалетный столик и снова легла рядом с ним.

Она изумила его — ее руки, тело, осторожные нежные ласки. У него закружилась голова.

— Лиза, что это? — прошептал он.

— Ничего, Ал, ничего.

Потом он задремал, а когда открыл глаза, она, все еще в ночной рубашке, причесывалась за туалетным столиком. Потом положила расческу и подставила лицо под луч утреннего света. Ал замер — его охватило чувство удивительного покоя и полноты бытия. Вот она снова будто раскрывает ему себя: смотри, какая я. Дарит ему неизведанное. Встрепенувшись, он протянул к ней руки — ему казалось, что до сих пор он еще и не прикоснулся к ней.

— Лиза…

— А, ты проснулся?

— Еще как проснулся!

— Не вставай, — сказала она. — Тебе ведь хочется спать и спать, весь день напролет. И прекрасно, тебе это необходимо. А я съезжу к Бритнеллу и возьму книги. Спи.

Она собрала одежду и пошла в ванную. Ал слышал, как она пустила душ, потом пошла на кухню. Откинувшись на подушку, он попытался определить для себя, что он увидел в ее лице. Разрушилось бы это его удивительное состояние, если бы он проник в тайну ее покоя? Ну конечно же, у нее должно быть какое-то особенное мироощущение, у этой девушки, которая способна вдруг одарить его глубочайшей гармонией. Наверно, было в ее жизни нечто значительное, волнующее. Что-то за всем этим стоит. Знает ли сама Лиза, какая она? Сможет ли объяснить, почему произвела на него такое сильное впечатление? Нет, конечно. А сам он может объяснить? Он ведь всегда точно знает, почему та или иная картина или книга производят определенный эффект. Информация. Извлекай всю информацию. У него выверенный инструмент — анализ. Тайн он не выносит. Все должно быть объяснено. Вот почему он ведет дневник, записывает, что думает, чувствует. Тайны противоречили его мировоззрению, всему, что он воспитал в себе.

Он проснулся — что-то звякнуло в кухне: значит, Лиза вернулась с работы, но не хочет его будить. Поднявшись, он увидел, что вся его одежда убрана в стенной шкаф. Лизины платья сдвинуты в сторону. Брюки тоже аккуратно повешены на вешалку.

Приняв душ, он быстро оделся и, сидя на краю кровати, завязывал шнурки, когда вошла Лиза с пакетом в руках. На ней было простое желтое платье, но, кажется, очень дорогое.

— Привет!

— Ты просто ангел — дала мне поспать.

— Вид у тебя гораздо лучше, — сказала она, раскрывая пакет. — А вот тебе и книги для брата. — Она весело улыбнулась. — В компенсацию непредвиденных расходов. По правде говоря, времени на них я убила порядочно. В моем книжном магазине не нашлось ни одной книжки Шора. Пришлось посылать на склад. И вот, пожалуйста, профессор.

— Ну спасибо, — смущенно сказал он. — Не нужно было тебе этим заниматься. — И все еще растерянно усмехнулся: — Черт побери, теперь ведь еще надо добыть автограф. Вот морока!

— Надо отыскать этого Шора в телефонной книге, и всего-то, — сказала Лиза.

— Ты права. Ну что ж, пожалуй, мне пора отправляться домой.

— Что за спешка? Кого-то ждешь?

— Да нет, не жду.

— Я думала, ты со мной пообедаешь.

— Лиза… Это я должен бы пригласить тебя обедать.

— Еще пригласишь, — улыбнулась Лиза. Она, конечно же, поняла, что у него нет денег!

Пока Лиза занималась обедом, Ал отыскал в телефонной книжке Юджина Шора. Лиза сказала, что знает этот район — там неподалеку живет ее подруга. Отсюда минут пятнадцать езды.

Неужели она и вправду такая — сама доброта? Ал, тихо улыбаясь, наблюдал, как Лиза хлопочет с обедом. Лиза спросила, где он живет, и он рассказал, что ему очень хорошо у миссис Бёрнсайд, к тому же у нее всегда можно перехватить денег. Теперь ему, конечно, придется работать полный день. Он снова заговорил о своей мечте — поскорее закончить книгу о Мейлере и скопить деньги на поездку в Европу. Нахмурив брови, словно его планы близко ее касались, Лиза спросила, почему бы ему, собственно, не бросить такси и не посвятить все свое время работе над книгой, чтобы поскорее закончить ее?

— Увы, мадам, надо ведь на что-то жить, — сказал он. — И платить за квартиру.

— А-а… Ну да, понятно.

Но ведь всегда можно найти, где переночевать и поставить машинку. Почему бы ему не воспользоваться, например, ее квартирой? Она сказала это как бы мимоходом.

Он подумал, что она шутит, потому что как раз с этими словами она перешла в столовую и начала раскладывать на столе красивые итальянские соломенные салфетки-подставки. Прежде чем сесть за стол, он позвонил Шору. Какая-то женщина сказала ему, что она миссис Шор, а муж обедает в городе и должен вернуться около половины десятого.

Когда, усаживаясь за стол, Ал сообщил об этом Лизе, ему показалось, что она пропустила его слова мимо ушей, однако двадцать минут спустя, наливая ему кофе, она сказала:

— Может быть, положимся на случай и подъедем туда к его приходу?

Он с радостью согласился. Значит, они не расстанутся. Ему так хотелось снова оказаться возле нее в красном автомобильчике и ощутить этот ее удивительный покой.

Они доехали за десять минут; в этот час, когда уличные фонари просвечивали сквозь листву высоких деревьев, а в небе поднималась яркая луна, казалось, что ты посреди города вдруг попал на зеленый остров-парк. И тишина тут стояла такая же, как в парке. Городской шум остался по ту сторону оврага. Лиза поставила машину возле пешеходного мостика, и они медленно пошли по улице мимо широких газонов, которые при свете фонарей казались еще зеленее, чем днем.

— Вот тут. Кажется, это его дом, — сказал Ал. Большой, внушительный, весь увитый глицинией дом. — Хмм… Попахивает деньгами. Я просто слышу, как стригут купоны. Нет, не может он быть просто писателем. Черта с два он тогда бы тут жил!

По улице к ним приближался плотно сбитый господин — он шел выпрямившись, устремив взгляд прямо перед собой, — как идет человек, который хочет казаться трезвым и почтенным. Хотя нет-нет да и качнется в сторону или вдруг схватится за шляпу. Миновав Ала и Лизу, он продолжал все так же успешно справляться со своей задачей и лишь едва заметно пошатнулся, свернув к дому Шора. Остановившись у двери, он стал шарить в кармане.