Чтение онлайн

— Мне надо только одно: чтобы ты был со мной, Джейсон.

— Это я тебе внушил, Элен. Я вел себя очень глупо.

— Нет-нет. Мне нужен только ты, Джейсон.

— От меня нет никакого толку, Элен. А может быть, даже вред, — сказал он, больно раня себя каждым словом. — Ну, пойду варить кофе. Я ведь не завтракал.

На кухне он сварил кофе. «Какой приятный аромат! — подумал Джейсон. — Очень важно, что кофе по-прежнему так хорошо пахнет». Он отнес чашку жопе. Рука Элен, держащая чашку, дрожала, она тупо смотрела перед собой. Вот она — его вера в силу любви и заботы и ее вера, что ничего другого ей и не нужно, — все в этой дрожащей руке и ее тупом взгляде. И вера эта на его глазах исчезла — он увидел по ее лицу. Ему хотелось закричать: «Почему, почему этого недостаточно?!» — но он сделал над собой усилие и отвернулся от нее.

— Сними платье, — сказал он твердо. — Его надо отдать в чистку. В этом доме много чего надо вычистить. Элен, ты уедешь.

— Джейсон! Нет!

— Туда, где о тебе будут по-настоящему заботиться и по-настоящему лечить. Остальное зависит только от тебя. От тебя.

— Джейсон, ну пожалуйста…

— И ты еще споришь! — сказал он жестко. — Хватит.

Джейсон все устроил на следующий же день и увез Элен в лечебницу в шестидесяти милях от города. Теперь все зависит от нее, сказал он ей. Она горько плакала. Он будет навещать ее каждую субботу, сказал он. Расставание было мучительным. Отчего-то ему казалось, что и его самого словно не стало. Но ведь вся его жизнь была сосредоточена на Элен — вся его неприметная, тревожная жизнь, сказал он себе. Люди изо дня в день тешатся самообманом. По дороге домой на него нашло холодное отупение. Испугавшись, он включил приемник и начал внимательно слушать, словно ожидал какого-то специального сообщения. Он почти сутки не сомкнул глаз, однако когда отправился на ночное дежурство, то держался еще более надменно и холодно, чем обычно. Они с Айрой Мастардом, его приятелем, патрулировали свой участок в машине без опознавательных знаков. Шел дождь. Верзила Айра был жизнерадостный здоровяк и счастливый семьянин. Он регулярно ходил в церковь, и у него было двое детей. Джейсону давно хотелось, чтобы Элен подружилась с Мэй Мастард. Но шумная, веселая и довольно вульгарная Мэй ни разу в жизни не взяла в руки книгу.

К полуночи дождь не перестал, и Джейсон с Айрой, объезжая свой участок, мирно обсуждали сравнительные преимущества футбола и бейсбола как зрелищ. Джейсон любил футбол. Айра предпочитал более медлительный бейсбол, с его внезапными захватывающими игровыми моментами. По ветровому стеклу стекали дождевые струи, и сидевший за рулем Джейсон не спускал глаз с дороги.

— Играй ты в футбол, Джейсон, кем бы ты хотел быть в команде?

— Дай-ка подумать. Нападающим во второй линии.

— Там не отличишься.

— Зато видно все, что происходит на поле… Черт, нашли время для разговоров!

— Да что такое?

— Дождь идет, Айра.

Из-за дождя видимость была очень плохой. Они находились в конце Университетской улицы, когда радиотелефон вдруг ожил: «Перехватите старый голубой „седан“ с двумя мужчинами, движущийся в восточном направлении. Ограблен ресторан на Дандес. Оба вооружены».

— Смотри-ка, Джейсон, — старый голубой «седан»!

Машина, выскочив откуда-то сзади, обогнала их. Сквозь дождевую завесу они успели увидеть только одного из сидящих в ней. Машина неожиданно вильнула, и Джейсон попытался ее настичь — он был метрах в тридцати от нее. На перекрестке вспыхнул желтый свет. Машина впереди успела проскочить, а Джейсон, выезжая на красный свет, вынужден был сбросить скорость. Айра сказал:

— Полегче, Джейсон. Может, это просто парочка пьяных мальчишек.

И Джейсон затормозил. Однако, когда загорелся зеленый свет, он выжал педаль газа почти до предела. Дождь был такой сильный, что Джейсон еле различал впереди красные хвостовые фонари, движущиеся почти у самой осевой линии, словно человек за рулем хотел обеспечить себе побольше места для маневров. Джейсон нагнал его справа. На секунду его окно поравнялось с передним окном голубой машины. Джейсон включил плафон, опустил стекло и требовательно махнул рукой. Человек в голубой машине тоже опустил стекло. Джейсон крикнул:

— Полиция! Поставьте машину у обочины!

Но его захлестнули струи дождя. Быть может, из-за дождя не было видно, что они полицейские. Водитель голубой машины стремительно поднял стекло. Высунув руку, Джейсон заорал:

— Остановитесь. Полиция! Полиция!

Он забыл, что за завесой дождя в его машине без опознавательных знаков трудно узнать патрульную. Голубой «седан» рванул вперед. Джейсон зло выругался.

— Не переживай, Джейсон, — сказал Айра. — Мы их нагоним у следующего светофора.

У светофора они их действительно нагнали — опять справа. Джейсон опустил стекло.

— Полиция! — крикнул он.

Молодой человек опустил стекло, сложил ладони рупором и, ухмыляясь, выкрикнул что-то невнятное. Только матерное слово прозвучало совершенно ясно, за ним последовал насмешливый жест. К следующему перекрестку обе машины подъехали на зеленый свет. На середине перекрестка старый «седан» внезапно остановился, Джейсон проскочил вперед на следующую улицу, машина позади развернулась в восточном направлении, и ему почудилось, что и из нее донесся хохот.

— Это они, — сказал он Айре. — Можно не сомневаться.

И Айра ответил:

— Ага. И либо они большие ловкачи, либо полоумные. А то нажрались наркотиков.

Джейсон включил задний ход и вылетел назад на перекресток. Машина, мчавшаяся сквозь дождь им навстречу, отчаянно засигналила, рванула в сторону и обдала их водой из лужи.

— Погоди, еще одна! — сказал Айра.

Наконец путь был свободен, но, когда Джейсон повернул, красные огни хвостовых фонарей были уже в двух кварталах впереди и превратились в смутные пятнышки.

— Сукин сын, нахал желторотый, — сказал Джейсон.

Он весь трепетал от возбуждения, чувствуя, что вот-вот обретет желанную разрядку. Даже не притормозив, он бросил машину на красный свет прямо под радиатор накатившего автобуса и резко вывернул руль, так что перепуганный Айра почти упал на него. С головы у Айры слетела фуражка.

— Черт! — ахнул он. — Джейсон, у меня жена, дети.

Нагоняя красные огни, они промчались мимо Гарденс, пересекли широкую Джарвис-стрит на зеленый свет и оказались в районе старых, обветшалых домов, где ютилась беднота. Огни внезапно исчезли.

— Свернули вон туда, — сказал Айра.

— Нет, они свернули за угол, — возразил Джейсон.

— Под этим проклятущим дождем ничего не разберешь, — сказал Айра. — Может, они просто встали между теми машинами.

— Нет, свернули на Беркли, — заявил Джейсон и не снизил скорости, хотя это позволило бы Айре получше рассмотреть машины, стоящие вдоль тротуаров. Беркли была старинной узкой замызганной улочкой, почти не освещенной и пустынной. В дальнем ее конце они увидели красный огонек, медленно поворачивающий за дом.

— Это они, Айра! — крикнул Джейсон.

Выпрыгнув из машины, Джейсон на ходу выхватил пистолет. Айра положил руку на пистолет, но не вытащил его из кобуры. Дождь мешал им оглядеться как следует. Нигде ни огонька. Пустырь — широкий, засыпанный шлаком пустырь — весь в колеях, полных воды, а за ним низкое длинное строение. Айра навел на него фонарик. Осветилась старая ржавая вывеска «Гараж». Двери были закрыты. Слева по всему пустырю до повалившегося некрашеного забора почти впритык стояли машины. За сеткой дождя в углу у забора виднелась машина с распахнутой дверцей. Старая голубая машина. Из нее вылезли двое. Захлопнулась дверца, заслоненная от Джейсона корпусом машины. Тот, кто вылез из нее, обошел вокруг и встал рядом со вторым. Они были без шляп и замерли в луче фонарика, под серебряными струями, растерянно мигая. Потом неуверенно пошли вперед и остановились шагах в восьми за двумя железными бочками. Одна из бочек валялась на боку.