Чтение онлайн

— И ты не пытался отсюда выбраться? — не знаю, с чего это я решила перейти на "ты", но мой собеседник не возражал.

— Зачем? Этот мир был продолжением той самой игры, в которой я находил отдушину от житейских проблем. А здесь их не было — тех пустяковых бытовых драм, которые так основательно портят жизнь. Я не задумывался над тем, как добывать средства для существования. У меня появились друзья, которые даже не интересовались, откуда я взялся. Они с удовольствием выслушивали мои истории, но продолжали жить сытой жизнью обывателей, совсем как у меня на родине. Я мечтал о мире и согласии с Темной Стороной, а они ждали прихода нового бога, с которым все изменится само собой. Мне стало скучно и противно. Я попробовал испытать силу колец — тогда мне казалось, что магические игрушки могут исправить если не все, то хоть что-то. Но смог сделать лишь несколько абсолютно бесполезных побрякушек. И тогда я решил победить дракона. Моя душа требовала подвигов, а что может быть более героическим и романтичным одновременно, как не победа над драконом? — губы этого величественного старца скривились в горькой улыбке, полной нескрываемой насмешки. Понять бы, над чем он насмехался — над своими юношескими надеждами или безрассудным героизмом человека, попавшего в ловушку собственной выдумки?

— И ты с ним сразился? — неожиданно осмелевший Айлери оторвался от задумчивого созерцания нежно розовой жидкости в своем бокале.

— Конечно. Да вы и сами видите результат поединка. Победить дракона оказалось легко, да ты и сама это поймешь. А вот потом… Все, что я делал, все больше подрывало мою веру. В людей, в силу мечты и необходимость сказки.

— А то, что ты сделал с Мертвыми Пустошами…

— Тогда мне казалось, что я поступаю правильно. Люди, жившие на этих землях, были потомственными ворами и разбойниках. А что бы ты сама сделала, если бы среди зверски замученных путников узнала изуродованные тела своих друзей? — он требовательно взглянул мне в глаза, и я не нашла, что ответить. — Но самое страшное не это. Сначала я перестал любить людей, а потом меня стали покидать мечты. Одна за другой. А вместе с ними меня незаметно покидала сила Радужной Сферы. А вместо нее поселилась пустота. А ее заполнил дракон. Тот самый, которого я, как мне казалось когда-то, победил. И теперь на бесконечные "дай", которые неслись со всех сторон, я мог поделиться только им. Теперь каждый "истинно верующий" ненадолго сам мог стать "божьим наказанием".

— А потом?

— Потом я стал искать себе замену. Я стал Ректором Академии. Если уж искать, то среди одаренной молодежи. Кто же еще хранит в своем сердце искру мечты? Но, раз за разом их попытки заканчивались неудачей. Тогда же появились падальщики — как правило, ими становились самые бездарные, но весьма прагматичные молодые люди. Дело в том, что силу мага, погибающего в бесплодной попытке стать хозяином Радужной Сферы, можно забрать себе.

— Значит, эти странные люди в черных капюшонах, которые проводили здесь ритуал вызова…

— Не было никакого ритуала, — жестко оборвал меня старик.

— Но, эти нити, которые притащили меня из самолета…

— Повторяю, не было никакого ритуала вызова. Они просто поглощали силу, оставшуюся после гибели леди Мэйтель. Чужие мечты сжигают людей, не готовых их принять. А я так надеялся, что с ней все будет иначе, — понурившись, он смотрел в просвет пещеры бесцветным взглядом. Внезапно оживившись, старик взмахнул белоснежной бородой в сторону Айлери, внимательно слушающего его откровения: — А знаешь, я ведь некоторое время считал, что из тебя выйдет неплохой бог — творческие натуры дольше всех способны нести свет надежды. Но потом я испугался — ты слишком наивен, чтобы выдержать все это. Простите, я отвлекся. В общем, после гибели леди Мэйтель сработало проклятие твоего… друга. Его сила сконцентрировалась вокруг тебя, и падальщики просто не смогли получить полагающуюся награду. Что случилось потом, тебе известно лучше меня — ты стала хозяйкой Радужной Сферы и силы леди Мэйтель в придачу.

Он замолчал, тоскливо глядя в темнеющее небо, виднеющееся в проеме. Айлери с ужасом смотрел на своего бывшего наставника. Кажется, я понимаю его чувства — не каждому под силу легко воспринять известие, что его учитель — бог.

— Я смертельно устал, — тихо проговорил старик, — последнее столетие я мечтал лишь о том, что, наконец, придет достойный хозяин Сферы, и я смогу, наконец, вернуться к себе. Возможно лишь на мгновение перед смертью, но это совсем не важно.

— И для этого необходимо драться?

— Не бойся. Я уже говорил тебе — убить дракона совсем не сложно. Только сначала тебе надо наступить на камень, — он покосился на настырное препятствие, снова возникшее у меня перед ногами. Удивительно, как за все это время я умудрилась не разу ни споткнуться об этот проклятый камень, словно нарочно преследующий меня.

— Зачем? — странное ощущение, губы шевелились с трудом, будто после наркоза.

— Чтобы убить дракона… — понимающий взгляд заставлял чувствовать себя притворщицей.

— Надо самому стать драконом, — невольно закончила я.

— Ты все понимаешь, девочка, — неожиданно легким движением он умудрился не только покинуть кресло, но и оказаться у проема. Еще мгновение — и огромная темная тень, разорвав собой сумрачное небо, исторгла из глотки торжествующий рев, смешанный с пламенем.

Мне и вправду надо сразиться с этим монстром? А почему я до сих пор не боюсь? Что-то непонятное случилось с моими реакциями. Вот так на полуслове оборвать беседу, чтобы убить собеседника? Все это было настолько абсурдно, что чувства отказывались реагировать. Что он сказал — хочет вернуться к себе?

Дальнейшие мои действия мало напоминали осмысленные. Дракон сделал еще один круг, на мгновение заслонив своей тенью сгущающуюся синеву стремительно темнеющего неба. Подойти к зеркалу оказалось удивительно легко. С той стороны не было обычного отражения, но я уже и так знала, что не увижу его. Словно пытаясь проломить его, с той стороны на меня смотрел Алекс.

— Если ты позволишь ему пройти сквозь стекло, он никогда тебя не отпустит, — в голосе старухи прозвучало беспокойство.

Он не сможет сюда попасть. Теперь-то я знаю свои возможности.

Я положила ладонь на холодное стекло, прижавшись к его пальцам. Я не могу попрощаться с ним иначе.

Айлери, совершенно не замечая ничего кроме великолепного чудовища, замер на самом краю пропасти. По-моему, фей и не почувствовал, как я сняла с его пояса кошелек.

Отойдя в дальний угол пещеры, я разбежалась и прыгнула в пустоту, пытаясь вцепиться в пролетающего дракона. Какой черт толкнул меня на этот безумный поступок, я до сих пор не могу понять. Тем более, в этом сказочном мире вроде бы и не было никаких чертей. А если бы я промахнулась? Безусловно, волшебная сфера не раз показывала свою готовность защитить меня от опасности, но как бы она проявилась на этот раз? Я представила, как окруженная радужным сиянием, скачу, будто мячик, от земли в небеса и обратно. Занятная перспектива. Главное, чтобы эта картинка так и осталась в моем воображении.

Удивительно, но я не промахнулась. Мертвой хваткой вцепившись в чешуйчатую лапу, я с ужасом представляла, как буду выполнять задуманное. Хотя, конечно, мне невиданно везет — если бы я приземлилась на другую часть пролетающего монстра, мои шансы вообще был бы равны нулю.

— Что ты творишь? — услышав гневный крик привидения, я чуть не разжала пальцы. — Ты так и не наступила на драконий камень! Покататься захотела, сумасшедшая?

Покататься? Не думаю, что в качестве транспортного средства такая махина пользовалась бы большой популярностью. Хотя, летают же некоторые на горгульях! Вопль старухи заставил меня вспомнить о своих планах. Если я ошиблась…

Я еще раз вызвала воспоминание, которое и толкнуло меня на поступок, весьма попахивающий безумием. Господин Ректор, пренебрежительно взглянув на добытые мною артефакты, застыл при виде неприметного колечка, назначение которого мы с Айлери так и не поняли. А его взгляд… Даже в той, далеко не благоприятной для меня ситуации, я поразилась тоске, появившейся во взгляде этого седобородого старца.

С трудом отлепившись от чешуи, в которую я вцепилась мертвой хваткой, я охватила мощную лапу руками и ногами. Теперь я точно не отверчусь от катастрофического сходства со своим знаком по китайскому гороскопу — обезьяна, она обезьяна и есть. Вот так же сидит моя родственница где-то в далекой Африке, охватив лапами огромный ствол баобаба. Хотя, спрашивается, что делать макаке на баобабе? Заставить шевелиться онемевшие от напряжения