Чтение онлайн

Самая старая часть княжеского дворца построена еще при махаране Удае. Сейчас тут устроен отель и городской музей, и продолжают жить члены княжеской фамилии. Там, куда пускают посетителей, можно видеть расписные покои и залы, украшенные каменной мозаикой и инкрустацией, стеклянную мозаику, резные и металлические сложной работы детали интерьера. Портреты правителей и придворных нарисованы на стенах. Все это выполнено в многоцветном, пышном стиле — как райские кущи в этом скудном краю.

Дворец построен из мрамора и гранита на высоком скалистом берегу озера, прямоугольной формы в плане. Поднимается как минимум на 30 м в высоту от земли, поверху несет куполы и восьмиугольные башни, стены его прочные, как крепостные, с арочными стрельчатыми окнами. Терраса на восточном главном фасаде его по всей длине состоит из трех рядов галерей за арочными проемами, выстроенных уступами в соответствии с уклоном скалы, на которой «сидит» дворец. Высота этой арочной стены — полные 15 м, и под арками и галереями устроены конюшни и другие хозяйственные службы. С этой террасы открывается чудесный вид на город и озеро, вплоть до холмов в отдалении. Дворец хранит особенности типичной раджпутской архитектуры домогольского периода, хотя разные его части строились в разное время.

Вход во дворец через несколько ворот, в том числе и внутренние тройные ворота Триполиа, восемь резных арок-торан, внутренние дворики. Здесь можно увидеть Чхоти Читра Шали с изображениями павлинов в мозаике (павлин — символ клана правителей кулы Сисодия). Тут расположены Манак Махал (рубиновый Дворец) с предметами и статуэтками из фарфора и стекла в отделке интерьера, Моти Махал (Жемчужный Дворец), украшенный стеклянной мозаикой, и даже Китайский дворец с изразцами голландской и китайской работы (1711—34 гг.). Вдоль берега озера Пичола через сад Гулаб Багх (Розовый Сад) можно добраться до южной оконечности озера. Тут находится охотничья беседка, около которой теперь по вечерам кормят диких кабанов, к которым у раджпутов всегда было особое отношение.

В Тронном Зале стоит мраморный трон правителя Удайпура, и махарана Санграм Сингх II (1778–1828) был последним из тех, кто проводил тут приемы — дарбары в полном соответствии с раджпутскими порядками. Рядом находится Женский Дворец, который был построен для княжеского гарема еще в 1620 г. Он хорошо защищен дополнительной стеной и надежными воротами. Внутри этого комплекса — храмы и дворцы. Здесь теперь находится Музей — залы с фресковыми росписями, где экспонируется множество миниатюр знаменитой меварской школы, изображающих сцены охоты и придворной жизни, а также наряды и ткани, ювелирные украшения: ожерелья, пояса, браслеты для рук и ног, кольца и т. д.

На озере Пичола есть остров Джаг Мандир, и на нем выстроен дворец Гул Махал начала XVII века, представляющий собой павильон-башню из желтого песчаника с куполом. Даже пол здесь мозаичный мраморный бело-черный. Здесь долгое время скрывался от гнева отца принц Хуррам, будущий Шах Джахан. И, говорят раджпуты, очень полюбил раджпутское искусство и захотел себе такие же дворцы и отделку мозаикой и инкрустациями ониксом, яшмой, агатом и т. д. Другой удивительный, беломраморный дворец посреди озера Пичола — дворец Джаг Нивас, бывшая летняя княжеская резиденция, теперь отель, построенный в 1740 г. во время правления махараны Джагат Сингха. Он стоит, как зачарованный корабль в море. Дворец типично раджпутский — с внутренними двориками и садами, фонтанами и деревьями, и княжеские покои смотрят окнами прямо в воду. На самом деле там даже два дворца — Диларам и Бари Махал, и между ними прекрасные сады, но они так органично объединены в единый комплекс, что этого никто не замечает издалека. Он расположен на естественном островке, который оставили при увеличивании озера. Около дворца в озере застыли в воде два храма-часовенки. Дж. Тод, который одним из первых среди иностранцев увидел это чудо архитектуры, писал так: «Дворец на озере… построен полностью из мрамора: колонны, купальни, водные дорожки и фонтаны, все сделано из этого материала, во многих местах выложенного мозаикой, и некоторое однообразие приятно рассеивается расцвеченными лучами солнца, проходящими сквозь стекла всех цветов радуги… Покои расписаны акварельными картинами на исторические темы, и их вполне можно назвать фресками, потому что они глубоко впитались в поверхность стены, хотя атмосферные влияния привели к тому, что более яркие оттенки частично размыли и затемнили более нежные. Стены — и здесь, и в главном дворце, обильно украшены резными каменными медальонами, на которых изображены главные исторические события семьи — от самых древних до помпезной свадьбы теперешнего правителя. Цветочные клумбы, апельсиновые и лимонные рощи, прерывающие монотонность зданий, обрамленные зарослями тамаринда и вечнозеленых деревьев; перистые листья-опахала пальмировой пальмы колышутся над темными кипарисами и тенистыми бананами. Специальные обеденные комнаты с колоннами и обширные купальни для раджпутских правителей устроены на самом берегу. Здесь они слушают песни своих бардов, и отсыпаются после полдневной дозы опиума среди прохладного ветерка с озера, доносящего нежные ароматы сотен цветущих лотосов, покрывающих воды озера, а когда пары зелья улетучатся, они открывают глаза и видят пейзаж, равный которому нельзя вообразить даже в опиумных грезах — водный простор Пичола с его изрезанными, покрытыми лесами берегами, и на самом краю горизонта виден храм Бхимпури у перевала в горах Аравалли, где совершали свои подвиги их предки. Среди этой красоты раджи и тхакуры Сисодия расслабляются вот уже в течение двух поколений, променяв звон оружия на сладостное ничегонеделание…» (79, 1, 296–297). Добавить к этому описанию нечего.

Другое озеро Удайпура — Шатех Сагар — искусственное, оно отрыто в 1678 г. и окружено мраморной набережной и балюстрадой в 1889 г. Весь этот район — любимое место отдыха местных жителей.

Узкие улочки старого города, где поближе ко дворцу селилась в хавели знать, а далее торговые ряды, лавки и дома мирных горожан — сохраняют до сих пор дух старинной жизни. Удайпур славится своими традиционными ремеслами, среди которых производство и окраска тканей стоят на первом месте. Памятное «кладбище» правителей Удайпура, на котором особенно выделяются кенотафии Санграм Сингха II (1734) и Амар Сингх, внука Удая (1621), расположено в местечке Ахар в 3 км от города, знаменитом еще и тем, что здесь ведутся очень эффективные археологические раскопки, результаты которых можно видеть в Музее.

Название условное, так как рисовали эти картины не сами раджпуты. И даже не все раджпуты, а только раджпутские князья и правители, имели к ним отношение. Именно они были заказчиками и спонсорами, меценатами и нанимателями тех часто безвестных талантливых художников, которые оставили нам в своих произведениях целый мир индийской жизни XVI–XVIII вв. в раджпутских княжествах. Наряду с термином «раджпутская миниатюра» употребляется название «раджастханская миниатюра». Но первое выглядит более точным, так как дает точную отсылку на социальный слой и место происхождения этого вида искусства — раджпутские княжества Раджпутаны, Центральной Индии и пригималайских горных районов; в этих последних сложилась особая школа горной (пахари) раджпутской миниатюры. Не менее знаменитая и родственная раджпутской, в некотором роде ее предшественница, — Могольская миниатюра, которая в Индии развивалась с нею одновременно и параллельно.

Художники того времени работали в основном при дворах правителей. Раджпутской миниатюры сохранилось и, видимо, изначально было, значительно больше, чем Могольской. Теперь это искусство чрезвычайно популярно и известно во всем мире, но впервые западный художественный мир был удивлен по-настоящему, когда Ананда Кумарасвами опубликовал в 1916 г. свое большое издание «Rajput painting».

Хотя исследователи определяют начало XVI в. как начало развития раджпутской миниатюры, не надо забывать, что это искусство стало наследником и продолжателем богатой художественной традиции всего региона. В Индии с незапамятных времен существовала традиция — расписывать красками стены храмов и жилых строений и раскрашивать скульптурные изображения божеств. Известно, что уже Камасутра в III–IV вв. советовала украшать стены жилищ живописью для удовольствия и радости проживающих и любующихся. Храмовое искусство — как индуистское, так и джайнское, и в древности буддистское, дало прекрасные образцы фресковой живописи. Достаточно вспомнить фресковую живопись в храмах Аджанты, чтобы понять, насколько высоко стояло искусство живописи уже в древности.

В Индии даже и сегодня по поводу религиозных праздников и для проведения обрядов все дома украшаются специальными ритуальными росписями и орнаментами. Подобная живопись всегда имела магико-охранительное значение, но украшение жилищ яркими настенными картинами стало в раджпутских землях всеобщей эстетической потребностью, и художники стали писать картины «для красоты» и удовольствия, на вольные и символически-традиционные сюжеты. И самые простые деревенские дома, и хавели состоятельных людей в Раджастхане и в наши дни расписаны по штукатурке красивыми и яркими сюжетными композициями или орнаментальными мотивами, так было и в средние века. В Раджастхане было широко распространено и до сих пор существует искусство изготовления расписных и набоечных декоративных тканей для отделки внутренних помещений, в том числе и для жилищ, и для храмов, и даже для уличного театра (задники). Вариант подобной декоративной ткани — специальный плат для заворачивания книг и ценных подарков — «румал», которыми особенно славится горное княжество Чамба. Удивительного художественного совершенства достигли мастера, работавшие в русле джайнского искусства, — их храмы и строения были богато украшены фресками, а уже в середине XV в. появились джайнские книги на бумаге с иллюстрациями, весьма подходящими под видовое определение «живописная миниатюра».

Книги того времени рождались сложно, и технологический процесс был долгим. В специальных мастерских множество людей — каллиграфы, художники-иллюстраторы и их помощники, готовившие бумагу для рисования, позолотчики и переплетчики были заняты в процессе. Книги были очень дорогими, и поэтому составляли важный предмет роскоши, которым владельцы гордились. Книги — предмет военной добычи, причем один из важнейших. Но надо отдать должное, люди того времени в высших слоях индийского общества любили книги и умели ими наслаждаться. Это относится к Моголам, к могольской знати, к ученым людям и мусульманским теологам, это относится и к индийским интеллигентным людям, брахманам и джайнам, в первую очередь, и к раджпутам. В домашнем обиходе раджпутов книги на самые разные темы были широко распространены. Раджпутские дамы читали полезные для общего развития и для ведения домашнего хозяйства книги. Мужчины любили книги по воинским занятиям, «про оружие» и «про женщин». И те и другие стремились заполучить рисованные книги и альбомы, иллюстрирующие легенды из пуран и истории жизни индийских богов, Кришны и Вишну особенно, и иллюстрации к лирическим поэмам, которые были у всех на слуху.

Индийские традиционные книги обычно писались на листьях талипотовой пальмы и очень редко содержали иллюстрации, потому что на пальмовом листе рисовать трудно. С появлением в достаточных количествах бумаги, т. е. с начала XV в. стали появляться и новые по технологии книги. Известно «издание» Бхагавата Пураны от 1540 г., богато иллюстрированное в технике миниатюры. Знаменитая джайнская книга «Кальпасутра» издания 1411 г., сохранившаяся до сих пор, иллюстрирована живописными картинками. Особенно быстро процесс пошел с появлением Моголов — они принесли с собой из Средней Азии культуру изготовления иллюстрированных книг, которой они научились у Персии. Картины, которые сопровождали рукописный список книги, изготовлялись в технике, которую мы теперь называем «живописная миниатюра», так, чтобы формат картины соответствовал формату рукописных листов книги, и строго соответствовали сюжету книги, то есть были иллюстрациями. Они вклеивались в своеобразные паспарту из нескольких слоев бумаги, и вокруг них художник рисовал красивый узорный бордюр, обрамляющий картину. Или картины составляли целую серию сюжетов на одну тему — своеобразный рисованный альбом из отдельных листов, почти без текста, или с небольшими письменными пояснениями на полях картины. Раджпутские миниатюры чаще всего относились к типу «серия картин» на определенный сюжет. Эти картины и иллюстрации нас интересуют в данный момент.

Картины писали в основном на бумаге. Бумага могла быть импортная и местного производства. Индийская бумага производилась на основе бамбуковых, джутовых, шелковых волокон и текстильной ветоши. Толщина и текстура бумаги, конечно, бывала разной. Видимо, иногда картины писали на кусках хлопковой ткани, но они плохо сохраняются.

Краски использовались натуральные. Исследователи особо выделяют минеральные готовые к употреблению краски и такие, которые требуют некоторой химической обработки при изготовлении. Готовые к рисованию натуральные — мел белого цвета, сурик красный, охра для получения оттенков желтого, окислы и сульфаты меди зеленого, ультрамарин и ляпис-лазурь синего цвета. Их нужно было просто хорошо растереть и растворить. Специально приготовленные натуральные краски — цинковые и свинцовые белила, угольный черный, индиго синий, красные — киноварь и кармин, аурипигмент и др. Зеленую краску получали, растирая в пыль малахит, бирюзу и другие минералы на основе сульфатов и карбонатов меди и вымачивая этот порошок в каких-то растворах. Уголь для рисования получали выжиганием дерева, масла, органических остатков. Киноварь — красная ртутная сернокислая соль, иногда встречается в готовом виде как минерал, и может быть приготовлена из ртути из ртути и серы. Кармин, красный органический краситель, добывается из кошенили (особых насекомых). Свинцовые белила получали вымачиванием кусочков свинца в уксусной кислоте. При нагревании свинцовых белил получали красную свинцовую краску. Желтый органический краситель получали выпариванием мочи быков, которых кормили манговыми листьями — это особый индийский способ получения прочной желтой краски, и краска так и называется «индийский желтый». Минерал аурипигмент — сульфат мышьяка, давал неорганическую желтую краску. Синяя краска получалась из растения индиго. Краски также смешивались для получения необходимого нового цвета или тона. Золото и серебро широко использовались в раджпутской миниатюре как самостоятельные краски и для добавления в цветные краски — для придания особого сверкания и блеска.