Чтение онлайн

– Это была её очередная жертва. – Он кивнул на то место, где недавно пал жертвой мимолётной ярости помощник Тефии. – Чем таких будет больше, тем скорее Осколок сделает своё дело. Он помогает ей саморазрушаться, а когда она идёт у него на поводу, то помогает ему.

– Но что случится, когда энергия самоуничтожения окончательно перейдёт из Осколка к Ней? – Иапету всё ещё не верилось в их успех.

– Он станет простым камнем. А Она воспылает всей яростью гаснущей звезды. Если моё чутьё и расчёты инженеров верны, взрыв будет сопровождаться самым жестоким геноцидом, который видела Вселенная с момента своего рождения.

– А потом?

– Потом она погаснет навсегда.

– Успокоится и станет править, – пояснила Тефия.

– Чем? Где гарантии, что под геноцид не попадём и мы? – Иапет был не единственным скептиком. Кей тоже смотрел с недоверием.

Их успокоила воительница Тейя:

– Да ради могущества нашего шедевра я готова отдать собственную жизнь, а заодно и все свои войска 16 !

– Кому ж тогда достанется мир? – Приуныл Иапет.

– Нашим детям! – Торжественно заключила Лета.

Среди титанов пронеслась очередная единая мысль. Локи никогда не оставит того, кто сильнее. Уж этот прохвост станет прислуживать так рьяно, что ни у одного тирана рука не поднимется на такого старательного угодника. Как минимум, один из детей Тартара уцелеет. А, может быть, и все они. В конце концов, предугадать мысли Великого Разрушителя нельзя. Крий недаром гордился тем, что у Гару есть опыт чувствовать привязанность к семье. Они – её семья.

Покои выглядели непривычно. Во Дворце Аида все комнаты, в том числе хозяйская, просты, с малым количеством функциональной мебели, без украшений. А сейчас, когда Гару вошла в дверь, которую простой человек назвал бы “воротами”, её глазам открылась просторная комната. Здесь было всё, как в классическом Дворце у людей. Кровать с балдахином, золотая ванная, диваны, люстры и гобелены в стиле ампир. Глаза цеплялись за мелкие детали вроде бронзовых коронованных львов и единорогов, вставших на дыбы. Три или четыре сотни лет назад это что-то значило. Гару закрыла глаза и увидела герб. Воспоминания о Великобритании вызвали на её лице улыбку. Оголив клыки, она опустилась на высокую, даже для её роста, кровать. Прислонила жезл к стене у изголовья. Маленькие рыжие искры внутри Осколка погасли. Камень снова был туманно-прозрачным. Из бездонно-чёрных её глаза стали светло-коричневыми. Всего нескольких оттенков света не хватало для прежних золотых зрачков. Гару увидела на стене зеркало. Она встала перед ним и смогла увидеть себя. Чернота. Она напрягла мышцы. Сосредоточилась над изменением формы. Гаргульям это давалось легко. Они принимали облик людей. Поэтому их часто путали с ангелами. И правда: сияют, как солнце, имеют величественный размах прекрасных крыльев, странствуют по земле. Часто помогают людям. Ещё чаще – пантеону. Но, в отличие от ангелов, гаргульи материальны, вооружены и имеют хищные пасти и когти. К тому же, помимо чистого света, они наполовину состоят из материальной воды, что позволяет им общаться с другими существами и менять форму: быть и золотом, и камнем, и плотью.

Демоны тоже умеют меняться. Поэтому они любимые слуги Тартара на земле. Легко сходятся с людьми, а также принимают облики пострашнее, чтобы пугать их. И прекрасные, чтобы обольщать.

Гару окончательно убедилась в том, что она ни то, ни другое. Её демоническое тело отказывалось меняться. После получаса упорных попыток она всё ещё была собой. И это ужасно её расстроило. Настолько, что в Осколке сверкнула молния. А лев с единорогом тут же забылись. Гару упала на кровать и не проспала двенадцать часов подряд. Ей было, о чём подумать.

– Мне пора вернуться.

Гермес перекинул свой посох из одной руки в другую и уверенно зашагал к выходу.

– Расскажешь всем? – Спросил у его спины Аид.

– Придётся, – не оборачиваясь ответил бог-вестник.

– Что именно?

По лицу самого быстрого бога скользнула ухмылка.

– Лишь то, что не приведёт к войне, – посеяв в сердце подземного бога сомнения, он исчез.

Аид вздохнул и повернулся к своему трону. На ступенях под ним сидел морально разбитый Калеб. Его лицо выражало некую надежду, хотя и непонятно, на что. Как будто молча спрашивал Аида, как им вернуть Гару домой. Как будто Аид мог спуститься в Тартар и забрать её. Пожалуй, душу девушки он мог бы отнять у титанов. Но обретшее плоть существо стало принимать самостоятельные решения. По крайней мере, Аид надеялся на это. Им обоим сейчас ничего больше не оставалось, кроме как ждать двух вещей. Реакции богов на рассказ Гермеса и возвращения Гару. Развяжет ли Зевс войну, было также не понятно, как и то, в каком виде в следующий раз предстанет перед ними девушка.

Стук в дверь. Гару открывает, перед ней смущённое лицо Леты. Она пришла по собственной инициативе, но видно, что ей страшно. Похоже, в этих краях даже правители уже сменили отношение к Гару. Её больше не называют Владыкой, её так воспринимают.

– Уделишь мне немного времени? – Произнесла Лета в глубоком реверансе.

– Конечно, – растерялась Гару и указала титаниде на диван. – Проходи, садись.

Лета так и осталась стоять возле дивана. Гару пришлось сесть в кресло напротив, чтобы её гостья смогла устроиться. Лета поочередно сжимала свои пальцы и не смотрела на хозяйку комнаты. Гару же с удивлением наблюдала за ней. Великая титанида перед её ликом казалась напуганной девочкой. Так иногда нервничала Афродита, если гаргулья вступала с ней в философские споры. (Всем известно, что гаргульи – мудрейшие существа Олимпа. Но одна сфера жизни им не подвластна – чувства и эмоции. Афродита и Гару были закадычными подругами, что вызывало наибольший интерес у всего олимпийского сообщества – наблюдать общение гуру в любви и крылатой воительницы, не способной от природы испытывать какие-либо чувства). Лета, пожалуй, была и самой красивой жительницей Тартара. Красотой и молодостью она ещё больше напомнила Гару Афродиту. Давняя тоска по названной сестре хлынула в сердце демонического существа. В её чёрных глазах мелькнула улыбка. Клыкастый рот, тем не менее, оставался неподвижным.

– Прости за беспокойство, – наконец, решилась заговорить Лета.

– Никакого беспокойства. Мне как раз нужен кто-нибудь. Одна я теряюсь в собственных мыслях.

– Выходит, я пришла вовремя?

– Теперь я вижу, что да. Но ты, очевидно, пришла с каким-то делом? – Напомнила Гару.

– Да. Я.., – Лета смутилась, как будто причина обращения к Владыке вдруг показалась ей недостаточно значительной. – Я хотела поговорить с тобой. Наедине. Без Тейи и Тефии. И тем более без Крийя.

– Почему?

– Они увлечены своими планами. Слишком погружены в работу, так сказать. Я полностью разделяю их стремления, не подумай! – Гару отрицательно покачала головой, мол, ничего плохого про Лету ей и в голову не приходило. – Но, помимо того, что я владею Тартаром наравне с ними, я ещё и мать.

Гару не выдержала. Её человеческий опыт вырвался наружу, заставив её лицо чудесным образом перемениться. Понимающая улыбка и добрый взгляд Владыки произвели на Лету такой же эффект, что и сладко мурлыкающая на руках спящего хозяина кошка, внезапно решившая, что она запущенная ракета с обратным отсчётом на значении “ПУСК!”.

– Что ж, давай поговорим о Гермесе. Чего ты от меня ждёшь?

– Милосердия, Владыка! Прошу тебя, являй свою великую мудрость всякий раз, когда он будет служить тебе. Такого верного слуги тебе не найти.

– Знаю.

– Как бы не обуревал тебя гнев, прошу, смири его всякий раз, когда Локи встанет у тебя на пути. Он единственный неизменно пойдёт с тобой до конца. Но не обижай его по дороге.

– Послушай меня, Лета. Пока что я не вижу повода злиться на кого-либо. – Заговорила Гару. – Сначала я ненавидела вас за то, что вы со мной сделали. Но, кажется, теперь, очень медленно, я начинаю чувствовать, что мне хорошо в этом теле. Я снова часть трёх миров. Часть истории. Телесна и свободна. Это захватывает. Честно говоря, я и забыла, каково это – быть живой. Так что я, пожалуй, и против титанов ничего не имею. А Герм… Локи… твой сын всегда оказывал мне неоценимые услуги, хотя и не должен был. Когда я стала смертной, мы общались даже чаще, чем когда я была гаргульей. Он разыскивал нашу дочь, когда она пропала…

Владыка осеклась, вспомнив то время. Став смертной и выйдя замуж, она и не подозревала, что сможет стать ещё и матерью. А уж как удивилась олимпийская семья, когда их с Калебом дочь, повзрослев, стала проявлять признаки божественности! Незаурядная память, физическая сила, способность летать на сотканных из света крыльях, подаренных Аполлоном – их дочь Полина из обычного земного ребёнка стала гаргульей. Сама себя она всю жизнь считала гибридом и не могла спокойно ужиться ни в мире людей, ни на Олимпе. Поэтому отправилась искать своё предназначение к далёким звёздам. Там и оборвался след. Гермес искал её, но последний его доклад был неутешительным. С тех пор Полина официально считалась погибшей. Но в глубине души Гару верила, что, на какой бы планете ни осталась её дочь, там тоже есть загробный мир, где Полина смогла-таки найти покой и стать счастливой. Блаженная ностальгическая улыбка медленно покинула лицо Владыки. Обдумав, она продолжила последнюю сказанную ею фразу:

– Локи знал, что я ДОЛЖНА была через это пройти? Он помогал мне с расчётом на будущее?

– Что ты хочешь сказать?! – Воскликнула Лета. Она разгадала мысли Владыки и теперь старалась оттянуть время, чтобы придумать ответ.

– Крий упоминал, что моя смертная жизнь не менее важна, чем бытность гаргульей. Дабы я прочувствовала все три мира. Когда вы поняли, что я способна создавать жизнь из неживой материи, вы попросили Локи приглядывать за нашей семьёй. Вы уже тогда готовились.

– Тогда всем казалось, что план Крийя и Тефии обречён! Они двое строили надежды на тебя. Остальные отмахивались и просили оставить гаргулью в покое, как и вся её семья. – Глаза Леты округлились. Она вдруг поняла, что напомнила Гару о неприятностях. – Прости! Но ведь они, и правда, сделали это. Отказались от тебя только потому, что ты перестала быть им ровней!