Чтение онлайн

— Чего в такую рань явился? — спросил Бородин, как будто и не спал. Он приподнялся, крепко потянулся, в плечах послышался хруст. — Штаб по тревоге поднял сегодня генерал. Помытарил крепко. Но остался доволен. Громова увез с собой в округ. Кому свадьба, кому работа. Значит, решили? И обязательно сегодня?

— Так договорились, товарищ подполковник. Вы не возражали...

— Чего мне возражать, свадьба так свадьба, это ваше личное дело. Свою я свадьбу сыграл. — Он наклонился к телефону, набрал номер. — Елена? Елена, минутку. — Округлый конец трубки скрылся в его огромной ручище, как пятак: — Понимаете, ее снова избрали председателем женсовета, с Андрюшкой на руках активничает. Если мы сейчас не доложим ей о твоей свадьбе — шум будет на весь округ. Сообщим?

— Елена Васильевна в курсе, — сказал Узлов. — Она с Катюшей разговаривала.

— Батюшки, пронюхала все-таки! — воскликнул Бородин. Его глаза заблестели, и он, убрав руку с трубки, сказал Елене: — Ты слушаешь? На свадьбу нас приглашают... сегодня... В «Голубом Дунае». Да, да, он самый, Дмитрий Павлович. Я не скрывал. Чудачка, как я могу от тебя скрыть! Мозги были заняты другими делами. Еленушка, исправлюсь. Не сердись, поцелуй Андрюшку и Павлика. Понятно, понятно. — Он положил трубку и некоторое время молча смотрел на Узлова. — Слышал, что такое жена? Учти это, запомни, пригодится потом. Ну, зови свою возлюбленную.

Узлов спросил:

— А как же полковник Громов? Значит, его не будет?

— Не волнуйся, позвоню, прикатит, еще и генерала прихватит. Зови, зови Катюшу.

— Есть! — козырнул Узлов.

Степан посмотрелся в маленькое зеркальце, проверил, все ли пуговицы застегнуты. За дверью послышался шепот, похоже было, что Узлов уговаривал Катюшу. «Девчушка стесняется, а этот бык, видимо, и не догадывается», — затревожился Бородин. Он вышел из-за стола и, открыв дверь, пригласил их в кабинет.

— Заходите, заходите. — Он взял под руку Катюшу, провел к столу. — Садитесь, товарищ Зайцева. Я вас слушаю. — И упрекнул себя: «Уж слишком я официально, служебное. Вытер платком шею, покосился на Узлова: чего этот-то стесняется.

Узлов молчал. Молчала и Катюша. Ее лицо то краснело, то бледнело. Опущенные по швам руки, казалось, искали опоры.

— Вы все же присядьте, — сказал Бородин.

Но она не села. Губы ее чуть дрожали, большие темные глаза выражали крайнюю растерянность.

— Мы женимся, — сказала она и, присев на стул, отвернулась. — Просим вас, товарищ подполковник, прийти к нам на свадьбу... с Еленой Васильевной. — Плечи ее затряслись, и она, вскочив, мигом скрылась за дверью.

Узлов бросился к выходу. Бородин остановил его. Ему жалко стало девушку, и он упрекнул Узлова:

— Сам не мог сказать. Онемел, что ли? — И тут же остыл, улыбаясь, сказал: — Ну иди, иди, приглашение принято. Успокой ты ее, ради бога...

Он начал рассматривать служебные бумаги. С волнением прочитал рапорты сержанта Добрыйдень и ефрейтора Цыганка с просьбой послать их в военное училище ракетных войск. «Молодцы ребята, пусть учатся, может, после учебы вернутся в часть». Дошел до приказа командующего войсками округа о снижении в воинском звании на одну ступень Малко. Громов успел написать резолюцию: «Объявить всему офицерскому составу, вызвать Малко, вручить лейтенантские погоны». Сам Громов уехал на пять дней, сказав Бородину; «Решай все вопросы, придется тебе тянуть мою лямку до назначения нового командира». «Лямка» не пугает Бородина. «Это можно, даже полезно». Но ему хотелось, чтобы сам Громов объявил приказ командующего о Малко.

Он отложил этот приказ до другого раза, открыл ящик стола; там лежали лейтенантские погоны и подколотая к ним записка: «Степан Павлович! Это надо сделать в первую очередь, мы и так затянули в суете боевых пусков. Громов».

— Надо так надо, — произнес Бородин.

Он поднялся и, думая о Малко, заходил по кабинету. «У одного свадьба, у другого... позор. Вот и разберись сам, почему такое происходит? Вспомнил слова Рыбалко о снежном человеке. — Чего его ловить, этого снежного человека? К сожалению, Алексеич, есть и среди нас снежные люди. И откуда такие берутся?.. А жаль его, до боли сердечной жаль. Вовремя бы открыть ему глаза: куда ты, сукин сын, прешь, башку потеряешь! Смотришь, избежал бы позора. Ведь он, этот Малко, мог быть хорошим офицеров. Ах, Малко, Малко, как же я буду объявлять тебе приказ! Нет, подожду до завтра».

— После свадьбы, — вслух произнес он. — Нет, после свадьбы не пойдет, настроение будет не то. Для такого дела надо быть злым или безразличным. Н-да, ничего себе работенка, удружил Серега, — продолжал рассуждать, все глядя на приказ как на что-то такое, обо что можно поранить руки. Он отодвинул его локтем. — Пусть начальник штаба объявит, — решил Бородин и потянулся к телефону.

В это время постучали в дверь. Вошел Малко.

— Товарищ подполковник, по вашему вызову старший лейтенант Малко прибыл!

— Я не вызывал...

— Мне начальник штаба приказал явиться к вам...

— Ага, начальник? Ну и ну! — покрутил головой Бородин, чуть даже не засмеялся оттого, что начальник штаба так ловко перехитрил его. — Раз так, значит, вызывал... Вот приказ получен, ознакомьтесь, — сказал Бородин и удивился, что так сразу объявил, без предварительных слов: сказал, как будто и не мучился перед тем.

— Это ошибка! — закричал Малко. — Ошибка. Пуски произвел хорошо. Ошибка...

— Нет, это не ошибка.

— Как? — Перед глазами Малко закружились окна, стол, стены, Бородин, так быстро, так стремительно, что он еле устоял на ногах. — Обжаловать могу?

— Можете, пишите по команде.

— Хорошо. Разрешите идти?

Бородин открыл ящик стола, достал оттуда погоны, положил на стол, взглядом показал на них и вышел из кабинета.

Малко опустился на стул. «Аннета», — прошептал он и понял, что самое страшное для него начнется не сейчас, когда он снимет свои погоны и приладит к рубашке вот эти, что лежат на столе, и когда будет докладывать Бородину: «Товарищ подполковник, лейтенант Малко ваше приказание выполнил», а тогда, когда явится домой. Он долго дрожащими и потными руками расстегивал рубашку, долго снимал погоны и прилаживал новые. Вошел Бородин. Малко доложил точно так, как и думал, только на слове «лейтенант» запнулся.

— Разрешите идти?

Бородин ответил не сразу. Он стоял напротив бледный и мял папиросу, мял до тех пор, пока не раздавил. Швырнув ее в урну, сказал:

— Куда вы пойдете?

— Не знаю.

— Жена дома?

— Не знаю.

— Не знаете... Может, вас откомандировать в другую часть?

— А это возможно?

— Постараемся, в ту часть, где вас не знают. Согласны?

Малко отрицательно покачал головой.

— Почему?

— Нет... Где падают, там и поднимаются. Разрешите идти?

— Идите.

Бородин еще долго стоял, никак не мог оторвать своего взгляда от двери, за которой скрылся Малко. Потер руки, они были мокрые, вспотевшие.

— И так бывает, товарищ замполит. — прошептал Степан, все еще глядя на дверь.

...За воротами навстречу шел Цыганок. Малко хотел свернуть в сторону, но Костя лихо дал строевой шаг, еще не подходя, крикнул:

— Здравия желаю, товарищ старший лейтенант! — И, приблизившись, взглянул на погоны, искренне воскликнул: — Товарищ старший лейтенант, вы одну звездочку потеряли!