Чтение онлайн

– Здравствуй.

– Здравствуй.

Снова молчание. Иногда есть моменты, когда отсутствие слов способно сказать гораздо больше.

Мужчина гладил девушку по голове, ероша коротко стриженые волосы. Она тихо улыбалась, не отводя глаз от его лица.

– Честное слово, чувствую себя пятнадцатилетним мальчишкой.

– Седые волосы вас выдают, сударь…

Он расхохотался.

– А все-таки, ты язва. Кто говорил мне буквально два дня назад, что возраст значения не имеет?

Она теснее прижалась к нему, прикрыла глаза и севшим голосом пробормотала:

– Я говорила о том, что в постели нет ничего, кроме страсти. Прожитые годы, статус, прошлое и настоящее – такие мелочи. Есть только мужчина и женщина. А у этой вечности не может быть возраста. Да поцелуй же ты меня, в конце концов! Что ты стоишь, как статуя!

Прохожие шли мимо, огибая невидимый островок, на котором отгородилась от мира пара влюбленных, слившихся в долгом поцелуе. Мир перестал существовать для них, стертый касанием горячих губ. Время остановилось, сбитое тем непонятным свойством души, которое способно превратить бесконечный водопад секунд в тягучую медовую сладость, где минута не равна шестидесяти коротким отрезкам.

– Это что-то невероятное… Двадцатилетняя девчонка заставляет меня сходить с ума. И мне это нравится!

– Принимаются любые возражения. Но свидание ведь от этого не отменяются. Кстати, спасибо за розы. Они великолепны.

Еще один поцелуй. Короче, но гораздо более страстный. И еще один. И еще… Секунды, подстегнутые невидимым дирижером, сменили ритм и рванули в диком темпе, наверстывая упущенное и стремясь попасть в такт с бешено бьющимся пульсом.

– Давай перестанем смущать Николая Васильевича, – девушка поправила сбившийся беретик и отступила в сторону. – Тем более, мне было обещан весь день в полное распоряжение. Мы гуляем! Кстати, а почему ты настаивал на встрече именно возле этого памятника? Лучше уж у Пушкина. Александр Сергеевич был знатным специалистом по части амурных дел. Не то что этот мастер страшных сказок.

– Сейчас я тебе кое-что покажу. Это знают все окрестные студенты. Ты не боишься высоты?

– Не жаловалась. Даже думала когда-то, что стану мойщиком окон.

– Боюсь, тебе не разрешат. Производственный травматизм, знаешь ли. Коллеги на тебя засматриваться будут и падать часто с верхотуры.

Оба они весело рассмеялись, а потом мужчина потащил девушку через всю площадь к угрюмой четырнадцатиэтажке.

… Сверху площадь выглядела маленькой и суетливой, как разворошенный муравейник. Толкались, спеша по своим делам горожане, кутались в платки замерзшие торговки, орала дурным голосом сигнализации задетая каким-то прохожим машина…

– Ну, и где твой сюрприз?

– Посмотри на памятник с этой точки. Он тебе ничего не напоминает?

Девушка прищурилась, потом отрицательно покачала головой.

– Нет… А хотя… Ой, какая прелесть! – И звонко рассмеялась, вспугнув парочку голубей, умостившихся неподалеку.

Скульптор был наверняка человеком не без чувства юмора и сделал памятник таким образом, что ссутулившийся Гоголь, закутанный в плащ, сверху напоминал гигантский кукиш, обращенный головой-пальцем в центр площади.

– Мы это лет двадцать пять назад выяснили, когда в институте бегали сюда пиво пить.

– Вот ты экстремал… А что, ближе к земле пиво не такое вкусное?

– Не такое. И поцелуи на крыше куда как слаще.

– Ой…

Губы ищут губы, страсть сплетается со страстью – и снова пространство-кристалл прячет в себе двоих, оторвавшихся от сумасшедшего мира во имя личного безумия.

Рука ее внезапно разжалась, и белые розы полетели с последнего этажа, теряя лепестки. Оторвавшись от губ мужчины, девушка с сожалением посмотрела вниз.

– Извини, я их уронила…

– Ничего страшного. Падшими они выглядят тоже неплохо.

– А тебя просто тянет к падшему…

Мужчина усмехнулся. Мобильник в кармане его пальто разразился отчаянной трелью. Девушка поморщилась.

– Только не говори мне, что тебя потеряли на работе.

Мужчина перевел взгляд на экран и с сожалением вздохнул.

– А я ж предупреждал, чтоб меня не дергали сегодня. – Он немного помолчал, потом посмотрел в глаза своей спутнице, усмехнулся и выключил телефон. – Все, я исчез. Украл у жизни этот день. Пропал для всех. Кроме тебя.

– Спасибо тебе за это. Поехали вниз?

"Здравствуйте. Сейчас я не могу подойти к телефону. Оставьте свое сообщение на автоответчик, и я обязательно перезвоню. Спасибо".

"Здоров, чемпион по пряткам. Это Толян. У тебя, надеюсь, все хорошо, у нас тоже. Всех клиентов я отвел на завтра, сегодня день свободный. Так что, отдыхай, болей, или что у тебя там стряслось. Если срочно что надо, звони сразу мне, у нас что-то с телефоном в приемной, принимает звонки через раз. Аривидерчи!"

В лифте он нажал на кнопку "стоп" и притянул девушку к себе.

– Ты – моя самая невероятная история. Ты вернула мне больше, чем влюбленность. Ты подарила мне еще одну молодость. Я не знаю, как все сложится потом, но сейчас я счастлив до неприличия.

– Так это же замечательно…

Каждый поцелуй – мгновение, в котором скрыта своя история. Обнимая девушку, мужчина вновь и вновь прокручивает в голове сюжеты-вспышки, из которых образовался этот стремительный роман. И вспышки складываются в огромную сияющую звезду, впитавшую в себя и неуверенность первых перекрестных взглядов, и огонь страсти, и торжество победителя, и гармонию со всем миром, когда лучи утреннего солнца скользят по кровати, где, обнявшись, лежат в полудреме еще не так давно совсем незнакомые друг другу люди…

– Я не могу поверить, что это происходит со мной.

– Почему? Все просто замечательно, любимый. Есть ты и я, а все остальное не так уж важно. Возможно, мы когда-нибудь расстанемся. Но это "когда-нибудь" так далеко и непонятно…

– Ты говоришь как взрослая женщина.

– Я говорю как любящая женщина.

Выйдя на улицу, они одновременно посмотрели на памятник Гоголю, потом переглянулись и расхохотались.

– Ну что, идем на набережную?

– Как скажет моя королева.

"Здравствуйте. Сейчас я не могу подойти к телефону… "

"Шеф, это Володя. У нас проблемы. Приперлось руководство из центра. Чего их принесло?! Ходят по конторе, спрашивают, где ты. Мы отмазываем тебя, как можем. Толик их обрабатывает. Позвони обязательно".

На набережную опускались ранние сумерки. Мужчина и девушка сидели в пустом кафе и сквозь стекло смотрели, как местные пацаны закидывают удочки в темную воду.

– Повезло ребятам, что вода еще не замерзла, – сказала девушка, рассеянно стряхивая пепел на пол.