Чтение онлайн

Утром в субботу Саша поехал в Петергофский прибой. Там застал и отца, и мать. За завтраком рассказал им, что хочет навестить Бесика.

— Зачем он тебе? — спросил отец.

— Дело к нему.

— Он занимается преступным бизнесом. У тебя не должно быть никаких дел с ним.

— В детстве мы дружили, и ты был не против этого.

— В то время кругом были бандиты. Выбирать не приходилось.

— Ты тоже? — усмехнулся Саша.

— Я не ангел, но никогда не занимался подобным. Тогда Бесик был ребенком, а теперь он сам продает дурь. Не марайся рядом с ним.

— Позволь мне самому решать.

Отец напрягся и грозно посмотрел на сына. Людмила Игоревна примиряюще погладила мужа по руке.

— Бесик — добрый мальчик. Спроси его про двух щенков, которых он забрал, — попросила она сына.

Саша отправился к нему в полдень. Его участок располагался через два дома и был огорожен внушительным забором, схожим с тюремным, разве что без колючей проволоки, но с камерами по всему периметру. На входе Сашу обыскали хмурые парни, хотя он был в шортах, футболке и сланцах, так что спрятать оружие просто не мог.

Дом Бесика строили как дворец: двухэтажное здание с белыми колоннами, портиками, лепниной и даже статуями. Но потом по бокам приделали две круглые башни, что придало строению вид крепости. От ворот к дому шли две мощенные плиткой дорожки, разделенные клумбами и фонтаном с русалкой. Возле лестницы имелась широкая площадка, обсаженная кустами туи, подстриженными в виде шаров и пирамид.

Саша помнил, что раньше фонтана не было, а рядом с домом росли высокие ели. Их вырубили, вероятно, в целях безопасности, чтобы место хорошо просматривалось.

На террасе показался Бесик. Он потягивался и щурился на солнышке, видно, что только что проснулся. Саша помахал ему рукой. Бесик спустился по лестнице и похлопал его по плечам:

— Не ожидал, старина. Рад видеть. Пойдем в сад. Там позавтракаем.

Саше есть не хотел, но не стал отказываться. Бесик свернул на дорожку, окаймляющую дом. Он тоже был одет в шорты и футболку, но, если на Саше одежда болталась на сухопарых конечностях, то на Бесике она впивалась в накачанное тело, демонстрируя отлично развитый плечевой пояс, округлые бицепсы и мощные ягодичные мышцы.

Просторная беседка располагалась в яблоневом саду, как и раньше. Только деревья сильно постарели. Стволы бороздили глубокие морщины, корявые ветви покрывали серебристые лишайники. В детстве Саша с Бесиком облазали здесь все деревья, за что не единожды получали нагоняй от его отца. Он в свободное от бандитской работы время увлекался садоводством и любил делать прививки яблоням, совмещая различные сорта, а то и подсаживая к ним черенки вишни или сливы. Часто привой засыхал, в чем отец Бесика винил мальчишек.

Теперь сад имел заброшенный вид, но яблони продолжали плодоносить. Они были обсыпаны юной завязью плодов. Ожидался яблочный год, какие случались раз в два, а то и в три-четыре года. Кругом будет стоять умопомрачительный, ни с чем не сравнимый яблочный аромат. Он пропитает и город. У каждого в доме и на работе найдутся россыпи яблок, своих или с радостью отданных родственниками, знакомыми или коллегами. Столько плодов самому не съесть.

В беседке суетились две девушки: одна брюнетка, а другая блондинка. Рядом с ними шныряли два щенка неопределенной породы. Один белый с черным ухом, а другой черный с белыми пятнами на голове и боках. Вид у них был здоровый и упитанный. Так маме и нужно передать.

Бесик прыжком перемахнул три ступеньки, хлопнул девушек по хорошеньким попкам, упакованным в короткие платьица, и с улыбкой уселся на диванчик. Они тут же примостились рядом, с двух сторон. Он указал Саше на кресло напротив.

— Дора и Нора, — представил Бейсик подружек, поворачивая голову сначала к брюнетке, а потом к блондинке.

— Очень приятно. Саша.

— Мой школьный друг. Угощайся. Девчонки!

— Спасибо. Я сам, — сказал Саша, жестом отказываясь от пытавшихся обслужить его девушек.

Они, мешая друг другу, открывали кастрюльки и доставали оттуда горячие закуски. Саша налил себе апельсинового сока из кувшина и положил на тарелку тонкий тост с мягким сыром, посыпанным зеленью. Но Дора всё-таки всучила ему тарелку с двумя поджаренными сосисками и замысловатым гарниром.

— Вкусно, — сказал он, попробовав угощение. — Это вы готовили? — спросил он у девушек.

— Хм. Они лишь задницей вилять умеют. И еще кой-чего… — Бесик выругался, на что девушки не обратили внимание. — Сколько мы с тобой не виделись? — спросил он у Саши.

— Около десяти лет.

— Почему решил позвонить?

Бесик прищурился, взгляд его стал колючим.

— Да ничего особенного. Отец все мечтает, что я его дело продолжу. Долго с ним не общался из-за этого. Недавно помирились. Вот и решил зайти. Как тебе рулить бизнесом отца?

— Трудно. Хуже всего, что никому верить нельзя.

— Это точно, — сказал Саша, немного смутившись от своей шпионской миссии.

— Чем ты сейчас занимаешься?

— Я психиатр. Работаю в больнице.

— В какой?

— Возле Александро-Невской лавры.

— Слушай, там ведь у вас освидетельствование проводят. Один наш кореш туда загремел.

— Я в женском отделении. Там у них отдельная контора и база данных своя. Потом, вряд ли у него получится врачей провести.

— Почему? Трудно, что ли, психа изобразить?

— Очень трудно. Симулирование требует колоссального напряжения. Обследование длится три-четыре недели. Это не двухчасовой спектакль играть. Человек в психозе может биться головой об стенку непрерывно, а здоровый симулянт устанет. Ну и мои коллеги из судебно-психиатрической экспертизы — настоящие профессионалы. Они насквозь людей видят, как психиатрический рентген.

— И что, никак не посодействовать?

— Никак.

— Ладно, потом обсудим.

— Нравится вам работать психиатром? — спросила Нора.

— Мне интересно.

— Это опасно? На вас нападали психи? — спросила Дора.

— Нет. Но по статистике каждый врач хотя бы раз попадает в такую ситуацию. Обычно все остаются живы. Для людей с определенной психиатрической патологией свойственна непредсказуемость действий, но у нас слаженный коллектив. На каждую ситуацию есть инструкции. Наша профессия считается вредной, зато отпуск большой и на пенсию выходишь раньше, — улыбнулся Саша.