Ранний Самойлов: Дневниковые записи и стихи: 1934 – начало 1950-х.
Шрифт:
29.11
Во-первых, я занимаюсь сейчас изучением этики, во-вторых, замышляю написать обширную теорию поэзии, но не в отношении правил стихосложения или теоретического построения стиха или прозы (здесь я не очень силен, чутье заменяет мне знание). Трактат этот будет приблизительно таков: сначала определение искусства вообще и подразделение его, затем уже о поэзии, об источниках ее, о причинах, о сущности, о значении в общественном отношении.
Кроме того, там будут затронуты вопросы значения теории поэзии, о таланте, о вдохновении, об отношении творчества к среде и эпохе, о будущем поэзии и т. д. [14]
14
Этот свой полудетский замысел ДС не забыл. См. наброски «эстетического трактата»: записи от 15.04.1943 и 23.04.1943.
06.12
А как интересно жить! Как ничтожны минуты горести, как низменны эти личные интересы!
Я обрел мир: я уверовал в свой талант. Всего удивительней, что убедил себя в этом я сам, сам убедил и сам уверовал.
Позавчера был у меня Герман. Он, оказывается, неплохо разбирается в поэзии. Он заявил, что не ожидал от меня таких стихов, а последнее стихотворение мое ему даже понравилось. Показывал я стихи и Пуцилло [15] . Он сказал, что писать я могу. Но не нравится ему «высокий штиль» и отсутствие современных мотивов. В пример он приводил Некрасова: простота и выразительность. Он прав. Нужно найти прекрасное в настоящем. Сейчас ищу я тему для монументального произведения из эпохи Гражданской войны.
15
Пуцилло Владимир Петрович (1920–1995) – одноклассник ДС по школе № 24, инженер, кандидат технических наук.
28.12
Читал стихи Гюго.
По форме замечательны: «Турнир короля Иоанна» и «Джинны». Стихотворение «Бунаберды» нравится своей поэтично-суровой торжественностью.
Вообще более ценными я считаю стихотворения, созданные поэтическим чувством Гюго, а не его публицистическим жаром.
30.12
Бесшабашный разгул, беспредельная и беззаботная Русь, ржаные просторы, просто крестьянская грусть – это поэзия Есенина.
Я не читал ни одного поэта, который бы мог так хорошо передать настроение, так сильно заставить грустить, желать, тонуть с собой.
Есенин пьян своей поэзией, он тонет в ней, он махнул рукой на мир, он мучительно отрывает куски своей души и воплощает их в звучные строфы.
Его мотивы… Упадничество… Но разве заставишь соловья петь по-другому? И в конце концов, разве уже так важно, что он поет? Нет, важно, как он поет.
И вообще, разве сам поэт находит себе слова и мысли? Нет. Их внушает ему эпоха, среда; в себе он находит только поэтическую силу, только талант певца, чтобы пропеть эти слова, мысли и чувства.
Многие поэты ошеломляют блестящей техникой, оригинальной формой. Есенин привлекает мягкой лирической простотой.
И есенинская форма как раз под стать содержанию. В ней также много гибкости, мягкости и вместе с тем неподвижности. Замечательно оригинальна рифма, хотя критики обычно считают рифму не важным атрибутом поэзии. По-моему же, рифма придает больше привлекательности стиху и является внешним показателем технических возможностей поэта.
Многие стихотворения прекрасно технически и формально исполнены. «Шаганэ» – шедевр.
Да, прекрасный поэт Есенин! Настоящий большой лирический поэт, которого можно любить, которому можно подражать, отбросив его печальные настроения.
1936
14.01
Вчерашний вечер был для меня знаменательным. Давно не испытывал я чувства такого глубокого счастья, которое испытано было мною вчера!
Но я лучше попытаюсь рассказать все по порядку, вдобавок и мне нужно разобраться во всем, что было сказано, решено, прочувствовано.
Итак…
Вчера к нам пришла Е. В. [16] и привела с собой критика Ярополка Семенова [17] . Это молодой человек (лет около тридцати), высокий, красивый с живыми глазами. Пришел он к нам впервые и сразу внушил к себе всеобщие симпатии. Судя по виду его и речам, он кажется человеком искренним, живым, увлекающимся. Я, по крайней мере, просто влюблен в него. Он первый судил меня и указал мне мое место, мое призвание и мой путь.
16
Е. В. – Евгения Васильевна Можаровская, приемная дочь В. Яна, театровед. См. ПамЗ, с. 78, 130–131.
17
Семенов Ярополк Александрович (1906–1950) – поэт, критик. В 1948 был арестован за «контрреволюционную пропаганду» и через два года расстрелян. Упоминается в мемуарной литературе о Марине Цветаевой. См. ПамЗ, с. 131–133.
Я начал читать ему стихи. Первыми прочел я песни из «Спартака» [18] . Он прослушал внимательно и сказал: «В этих песнях мне нравятся две вещи. Во-первых, честная работа. Эти песни похожи на хороший перевод, кропотливо и честно сделанный. В них не видно еще самостоятельности, но если эта честность останется у тебя и впредь, то ты сможешь много сделать. Во-вторых, мне понравилась сама подача Рима. Обычно он изображается в напыщенно-торжественных строках, а тут видно действительное нутро его».
18
«Спартак» – драма в стихах по мотивам одноименного романа В. Яна.
Я принялся читать дальше. Прочел «Жакерию» [19] . Она тоже вызвала благосклонный отзыв.
После эпики я принялся за лирику. Прочитав «Блуждания», я взглянул на него. Лицо его было сурово. «Знаешь что, а это хуже, гораздо хуже. Стихотворение это звучит протестом против всех блестящих формальных достижений. Я согласен, что современная поэзия тенденциозна, но не следует игнорировать хорошего. Эти мысли твои вложены в рамки традиционного классического стиха. Ты сбился с пути. Вот, например, твои анапесты идут к Надсону [20] . Если ты пойдешь слепо – ты пропал».
19
«Жакерия» – ранняя поэма ДС о крестьянском восстании во Франции (XIV в.); см. также комментарии к 1941 году.
20
Надсон Семен Яковлевич (1862–1887) – популярный в конце XIX века поэт.
Ну разве не прав он? Я обещался ему сойти с дорожки и протаптывать ее сам.
Мы долго говорили еще потом. Я не могу описать всего того, что сказал он. Я приведу только отрывки, которые запомнились мне, которые я поставил себе как вехи к достижению своей цели.
«У тебя несомненно глубокий дар, но если ты хочешь чего-нибудь добиться, то должен честно и упорно работать. Ты будешь велик только тогда, когда потомство сможет сказать: он был образованнейшим человеком своей эпохи».
«Поэт должен быть так же недоверчив к себе, как и самоуверен».
«У тебя, мне кажется, большая воля. Хорошо, что ты веришь в себя».
«Принимай во внимание все мнения, но знай себе цену».
Папа спросил: «Ну что, можно ли пить за будущего поэта?» И он ответил: «Да».
Так значит – я поэт!!! Хо-хо! ПОЭТ!
Расстались мы лучшими друзьями. Вот человек, который дал мне мой катехизис.
Талант мой он охарактеризовал так: «У тебя талант не как у Есенина. У того он бил ключом. В тебе он скрыт. Его талант – самородок. Твой талант – золотой песок. Много труда и времени нужно, чтобы извлечь из него золото. Ты не будешь как Есенин, ты будешь как Гёте».