ЖАНРЫ

Ранняя осень. Книга первая. Изгнанник

Колчигин Константин Владимирович

Шрифт:

– Завтра, – останавливаясь у ног Аленки, тихо произнес молодой человек.

– Андрей Николаевич, – опять заговорила девушка, опустив голову. – Мне не пристало учить вас – вы знаете все на свете. Я хотела сказать… Вам нужно как-то преодолеть это страшное недоверие к людям. Завтра мы расстанемся. Скорее всего, навсегда… Я отдала бы все на свете – лишь бы этого не произошло. Но я даже не прошу вас ни о чем. Я слишком хорошо сознаю неизбежность…

Клеверов взял девушку за руки, его пальцы коснулись тяжелого золотого браслета.

– Не снимайте его никогда, дитя мое. Это залог вашей безопасности.

– Для меня это просто ваш подарок, и я не расстанусь с ним.

Перебирая нежные пальцы Аленки, он заметил на белой матовой коже синие пятна.

– Это от ваших рук, – улыбнулась девушка. – Они словно железные.

– Наверное, я все же виноват перед вами, – задумчиво произнес Клеверов.

– Да нет, что вы! Я бесконечно признательна вам за предоставленную мне возможность увидеть реальный мир, так ясно осознать свое существование в нем. В моей памяти навечно сохранится это недолгое прикосновение к чему-то величественному и прекрасному.

– Сможете ли вы теперь жить среди людей, чей интеллектуальный уровень на много ступеней ниже?

– Я попробую… Знаете что, Андрей Николаевич? Поцелуйте меня… Чтобы было, о чем вспомнить.

Она положила руки на плечи своего спутника и соскользнула с седла.

– И вам не страшно? – улыбнулся Клеверов.

Аленка покачала головой. Тогда он обнял девушку так, что у нее перехватило дыхание и замерло сердце.

Минутой после, когда они вновь стали слышать пение птиц и шелест листвы, Аленка слегка откинула голову, внимательно и серьезно глядя на молодого человека.

– Я верю, Андрей Николаевич: когда-нибудь потом, наверное, даже очень скоро, все будет хорошо. Если только вы захотите… – она вдруг легко рассмеялась. – Как вы умеете! Нельзя же так обращаться с неопытной девушкой – у меня даже в глазах потемнело!

Аленка попыталась отстраниться, но ничего из этого не получилось. Тогда она положила голову на плечо молодого человека и, глядя на освещенные вечерним солнцем золотые деревья, тихо произнесла:

– Кончилось лето…

– Кончилось? А было ли оно?

– Вы – сумасшедший работник и ничего не желаете видеть вокруг. Странно, что меня разглядели. Случайно, наверное…

Взгляд девушки упал на темней силуэт человеческой фигуры под ближайшей сосной. Это была Князева.

– Вам что-нибудь нужно, Елена Александровна? – спросила Аленка, еще сильнее прижимаясь к Клеверову.

– Пришел корабль Березина, – сухо сказала Елена. – Вас ждут.

– Как скоро… – мягко освобождаясь от рук молодого человека, вздохнула Аленка. – И почему он пришел так рано?

III

На песчаном пляже собралась целая толпа индейцев, которые с немым изумлением разглядывали большой пятимачтовый корабль, стоявший в трех кабельтовых от берега, почти на середине реки. С борта не спешили спускать шлюпку, и Клеверов велел индейцам готовить пирогу. Вскоре подошли князь и Аленка.

– Что-то не припомню в вашем торговом флоте военного корабля, – пристально глядя на Березина, сказал Клеверов.

– Недавнее приобретение, – спокойно ответил Николай Николаевич. – Вы проводите нас?

– Зачем?

– Я не доверяю индейцам, и потом… Аленушка просит…

Два рослых индейца столкнули пирогу в воду и стали уверенно грести двухлопастными веслами. Аленка задумчиво глядела в изумрудную воду, время от времени бросая на Клеверова тревожные взгляды, но не решаясь заговорить – слишком тот выглядел мрачным.

– Я благодарен вам, дорогой граф, за гостеприимство и за передачу письма, – говорил между тем Березин. – Все это…

– Вы были с Крейгом на месторождении железной руды? – вдруг спросил Клеверов, в упор глядя на собеседника.

– Был… Давно, – небрежно ответил Николай Николаевич.

– Вы знаете, что там есть помимо железа?

– Знаю, граф, но это не моего ума дело.

Аленка в удивлении подняла голову, прислушиваясь к странному диалогу. Между тем пирога подошла к высокому борту, в открытых пушечных портах которого тускло светились медные жерла орудий. Сверху бросили штормтрап. Березин поднялся первым. Следом, с помощью Клеверова, Аленка, уже переодетая в длинное изящное платье голубого шелка.

Клеверов обвел взглядом палубу и понял, что его смутная догадка подтвердилась – с юта сбежал маркиз де Морье.

– Какая приятная встреча, дорогой граф! – с издевательской улыбкой сказал он и кивнул своим людям.

Тотчас кто-то из экипажа бросил тяжелое ядро в пирогу индейцев. Хрупкая посудина сразу же наполнилась водой и пошла ко дну. Послышались крики о помощи несчастных гребцов…

– Вы не желаете поприветствовать меня, граф?

Кругом толпились дюжие молодцы маркиза, облаченные в разноцветное тряпье. Взгляд Клеверова упал на Аленку, с ужасом смотревшую на него.

– Это цена доверия, дитя мое, – с ледяной улыбкой произнес он.

Девушка хотела что-то сказать, но ничего не получилось – горло перехватило.

– Вы проиграли, граф, – заверил Березин. – И я обманул вас, несмотря на всю вашу проницательность. Я не держу на вас зла – вы часто оказывали мне весьма ценные услуги. Но мне жить в этом мире, и я вынужден платить за это право вашей жизнью и золотыми россыпями краснокожих. На таких условиях маркиз де Морье оставит в покое меня и мои корабли, более того, отдав ему дочь, я попаду под покровительство самого влиятельного человека Нового Света.

– Что же вы намерена со мной делать, маркиз? – насмешливо спросил Клеверов.

– Вы умрете в ближайшие полчаса, граф. И смерть будет страшной, – поднимаясь по лестнице, сказал де Морье.

– Что мне делать, Андрей Николаевич? – с тоской спросила Аленка, начиная сознавать весь ужас происходящего.

– У нас мало времени, девочка, – спокойно ответил Клеверов. – Сейчас эти парни примутся за меня. Перед вами выбор – остаться со мной – но я не обещаю вам ни любви, ни счастья – либо стать любовницей маркиза…

Поделиться с друзьями: