Чтение онлайн

Пока я раздумываю, он продолжает. Уже со злостью. Видно, мое молчание не нравится.

— Почему ты не взяла мои бабки тогда, а теперь спокойно берешь? Чужие?

— Потому что я их заработала, — говорю я самое очевидное. Правду. Я их реально заработала. Честно. Мне себя не в чем упрекнуть. В отличие от него.

— Хороший заработок, — кивает он, — много пришлось… Трудиться?

Мне эта заминка уже понятна. Ну не дура же, окончательная. И в пустой голове появляется первая эмоция. Злость, само собой. Я уже не помню, насколько мне было хорошо буквально полчаса назад, насколько хорошо было всю эту ночь. Спокойно и правильно мне было. Как никогда раньше. Острой нотой сожаление, что больше такого не будет. Словно дали невозможную вкусноту попробовать, а потом силой забрали. Простреливает и забивается другим.

Забываю о его хриплом шепоте, обезоруживающем. Таком, что веришь. Реально веришь, что что-то чувствует. Что не просто так у него ко мне. Когда просто так, не делают того, что он делал. Не смотрят так, не говорят так мучительно, словно жилы выматывают из тела. У меня небольшой опыт во всем этом. Но даже я понимаю, что не просто так.

И вот теперь, осознавая его слова, я ощущаю невозможную боль. В первую очередь, от того, насколько сильный контраст, насколько глубоко падение. Так что нет, первая эмоция — не злость. Первая — боль.

А потом уже — злость.

Я встаю, аккуратно складываю деньги в сумочку. Показательно, не торопясь. И, прямо смотря в глаза своему, уже бывшему, любовнику, отвечаю:

— Два часа. Пришлось… Постараться.

— Малех…

Он внезапно резко подрывается и идет в мою сторону. Голый. И я машинально двигаюсь к двери. Потому что понимаю: поймает — и не уйду.

— Не надо ко мне подходить, — говорю тихо и напряженно, — или заплатить хочешь?

Он останавливается так резко, словно я ему по яйцам заехала. А что, это отличная идея! Если б я была уверена, что попаду и выберусь после этого целой, точно бы так сделала. В глазах чернущих что-то страшное творится. Такое, словно ему… Больно? Ему? Больно?

Тварь! Это мне больно! Мне! Это я тебя к себе пустила после всего! Это я поверила! Это я… А ты, гад, посмел так… Посмел!

Я смотрю в его глаза и добиваю. Нарочно. Каблуком наступаю. Чтоб хрустнуло. У него. У меня.

— Так вот, с тебя не возьму! Считай, благотворительность была!

Резко надеваю сумочку на плечо, застегиваю молнию на толстовке и бегу к выходу.

Ни видеть, ни слышать его не могу и не хочу!!!

Тварь, сволочь, гад!

Он хватает меня уже у двери, что-то рычит злобно, полностью создавая ощущение зверя за спиной, и я, не разворачиваясь, просто бью его рукой назад, отмахиваюсь. И, судя по задушенному хрипу и тому, что меня отпустили, удачно, очень удачно.

Смотреть, куда я так хорошо попала, нет ни времени, ни желания, поэтому я просто пользуюсь моментом и сваливаю прочь.

Пробегаю мимо администратора гостиницы, на улицу, сразу за поворот. Прислоняюсь к стене, пытаюсь отдышаться.

Нихрена себе, вернулся Миша в город. И я прям сразу это почувствовала. Моментально оказалась на улице, босая и без трусов. Круто!

Тварь! Какая тварь! Да как он вообще про такое подумал, скот!

Злость выкристаллизовывается, разливается по телу, требует выхода. Меня даже потряхивает от ненависти. Я выглядываю из-за угла, боясь, что дядя Миша рванет за мной, в чем был. То есть, ни в чем.

И хорошо бы. Пусть его, урода, в полицию загребут. А что? За нарушение общественного порядка. Нечасто у нас по городу голые татуированные мужики бегают. Погода как-то не располагает. Хоть бы он яйца отморозил, тварь!

Но улица пуста. На стоянке несколько такси, машины гостей и среди них очень круто выделяется черный лексус Миши.

Я смотрю какое-то время, переминаясь босыми ногами на асфальте и размышляя. Перебарывая себя. Уговаривая не тупить. Не делать глупостей.

И проигрывая по всем позициям.

Злость играет главную скрипку. Желание отомстить. То, что я ему там куда-то попала, вообще не искупает моего состояния!

Поэтому буквально в следующее мгновение я бегу к такси. Водитель, судя по всему, повидал всякое, и мой внешний вид его вообще нисколько не заботит.

Я говорю адрес, проверяю по телефону, открыт ли магазин. Магазин открыт, и через, двадцать минут я уже возвращаюсь обратно, моля Бога, чтоб дядя Миша сидел в номере и надувался коньяком, заглушая стресс.

Машина его на месте. Я выхожу, предварительно договорившись с водителем подождать, и подбегаю к лексусу.

Смотрю какое-то время, оцениваю. Действовать надо быстро, камеры по всему периметру парковки не оставляют шанса на длительное мероприятие. Но я успею. Белая, особо стойкая, флуоресцентная краска очень красиво смотрится на черном глянце машины. Я в считанные мгновения художественно и со вкусом изрисовываю всю поверхность лексуса, уделяя особое внимание посланиям. Личным. С указанием подробной дороги, куда дяде Мише нужно будет сходить.

К тому моменту, когда из дверей гостиницы выбегает охранник, я уже практически заканчиваю. Последний штрих только: средний палец в объектив внимательно наблюдающей за моими художествами камере наблюдения, громкий посыл:

— Отсоси, тварь!

Интересно, пишет звук, или нет? Но ничего, я это же на машине написала. И еще много чего.

А потом в такси, и домой.

По пути водитель молчит, явно недовольный тем, что я его втянула в разборки, но я успокаивающе хлопаю его по плечу, перед тем, как выйти:

— Не ссы, дядя! Там видно на камеру, что я тебя принуждала!

А потом долго смеюсь над выражением его лица. Он уже давно уехал, а я все еще остановиться не могу. Никак. Слезы по щекам текут, голоса уже нет, а я чуть ли не в истерике катаюсь перед подъездом. И, черт, надо бы уже тормозить, потому что соседки точно из окон повыпадают, но все не могу. Так и захожу домой в полусогнутом.

И нарываюсь на Польку. Будто мне мало своих забот! Прекрасное завершение шикарного дня! Хотя, стоп! День-то только начался!

— Лена… — начинает она, но потом замолкает, разглядывая меня и постепенно белея.

Я сначала даже не понимаю, в чем дело, только через какое-то время осознаю, что видок у меня тот еще. Всклокоченная, с дикими глазами, босая. Это ладно, сестра еще не в курсе, что на мне трусов нет!

И надо бы бегом в ванную, чтоб ей в голову не пришла шикарная идея проверить комплектность оставшейся одежды.

— Все нормально, — торопливо перебиваю я, делая шажочек в сторону двери в ванную, — я это… В гостях была. Вот.

И еще шажочек. Вот уже и ручка, ага…

— Стоять!

Уф. Вот, когда надо, сестра умеет командовать так, что прям тянет подчиниться. Я замираю.

— Зайди в комнату.

— Да я бы помыться…

— Успеешь.

Прохожу в комнату и вижу прекрасное: открытую шкатулку с заначкой.

Ну, понятно. Полька полезла класть бабки и обнаружила недостачу. Я стою, переминаясь босыми голыми ногами на чистом полу, и думаю, где же я так нагрешила-то? Чтоб в один, просто в один день! И дядя Миша с его закидонами, и Полька с ее контролем. И, может, пора уже это все дерьмо прекращать?