Расчёт вечности
Шрифт:
Тес, нахмурившись, смотрела на него. Она не знала – верить ему или не верить. Разум отключился. На неё обрушился такой противоречивый поток информации, что мозг просто не справлялся с ней, отказываясь анализировать. Девушка почему-то вспомнила о своём брате и о том, как присутствовала на репетициях группы. Павел пытался обучить бестолковую сестру игре на гитаре и постоянно издевался, когда у Тес ничего не получалось. Это было отличное время…
– Тес, прости меня, - прошептал Себастьян и медленно приблизился к ней. – Ты настолько прекрасна и обворожительна, что я мучаюсь мыслями, что не достоин любви такого неземного создания. Но отказаться от тебя по собственной воле я не намерен. Да, я пытался тебя убить. Я был так голоден, а твоя кровь настолько соблазнительна, что я набросился на тебя, за что ненавижу и презираю себя. Но, Тес, теперь известно наверняка, что я не смогу причинить тебе зло, какую бы жажду ни испытывал. Потерять любимого человека – самое страшное, что может случиться.
Фотограф плавно опустился на кровать и протянул руку, девушка зачарованно следила за его действиями.
– Тес, - шёпотом проговорил он и осторожно коснулся её бледного лица. – Я так благодарен судьбе, что она наградила меня тобой.
Взгляд собеседника излучал нежность и заботу.
– Не, молчи, милая, пожалуйста. Это невыносимо не знать, что творится в твоей голове.
Себастьян погладил её по волосам. Как же были прекрасны его прикосновения, его аромат, его взгляд. И как же было мучительно слышать всё то, что он сказал минуту назад.
– Тес?
– Я хочу побыть одна, - она убрала его руку, что разозлило собеседника.
– Тес, пожалуйста, - повысил он тон.
– Я хочу остаться одна.
– Нет, не хочешь, - заверил её Себастьян.
– Себастьян, пожалуйста, уйди, - она начала задыхаться.
– Тес, - простонал фотограф и оказался на ногах. – Не верить мне – твоё право. Но я докажу истину моих слов, - после чего сделался спокойным. – Тебе следует поесть. Ты очень худа и бледна. И если ты не съешь всё до последней крошки, обещаю – я затолкаю в тебя еду насильно. И не вздумай её выбрасывать, я об этом непременно узнаю, - произнёс он холодным голосом и исчез.
Тес не успела сделать каких-либо движений, как Себастьян снова возник с едой. Молча, поставил её на стол возле кровати, странно оглядел собеседницу и молниеносно удалился.
Девушка, не торопилась расправляться с обедом. Она оглядела комнату, в которой находилась. Та была небольшой, но уютной. Стены обделаны деревом, что придавало помещению особую теплоту. Из мебели были: комод недалеко от окна, тёмные шторы которого плотно завешаны; над комодом весело зеркало в бронзовой оправе; большой стенной шкаф; стулья; пара столов и кресел; несколько настольных ламп; разожжённый камин и домашний кинотеатр дополняли интерьер. Тес встала и подошла к окну, раздвинув занавеси. Её глаза ослепил солнечный свет, отражающийся от снежного покрова?! Пейзаж за окном открывался чудесным: недалеко возвышались крутые горы, с редкой растительностью на них. Вершины были накрыты снежными пушистыми шапками. А вблизи – сплошь белое беспроглядное, бесконечное покрывало. Где это они? В Швеции?
Тес развернулась, вновь окинув взглядом спальню, из которой вели две двери, и вторая, судя по всему, – в ванную комнату. Гостья проследовала туда. Ванная была огромной со всеми возможными и невозможными удобствами. Тес принялась разглядывать баночки и флаконы, которые там обнаружила: крема, гели для душа, пена для ванн и ещё куча-куча всего. Девушка проделывала всё это бессознательно, как во сне. Думать о Себастьяне было невыносимо, и о себе и своей участи тоже. Тес вспомнила его последние слова об обеде. Гостья вернулась в комнату, плюхнулась на кровать и стала в темпе заталкивать в себя еду, совершенно не получая от этого никакого удовольствия.
В шкафу висело бесчисленное количество одежды её размера, а внизу покоились коробки с обувью – неужели всё это для неё? Комод тоже был забит до отказа нижним бельём, разного рода шёлковыми ночными сорочками и пижамами. Тес прошагала в душ. Следовало хоть что-то делать, чтобы избавиться от мыслей о Себастьяне, что удавалось с большим трудом. Перед глазами постоянно вставал его совершенный, прекрасный образ, а ещё – осознание того, что он субвит, питающийся человеческой кровью и способный превращаться в волка.
Высушив волосы полотенцем и не потрудившись воспользоваться феном, Тес в пижаме забралась в постель и закуталась в одеяло. Её душа была настолько истерзана сомнениями и моральными муками, что не оставалось никаких сил рассуждать о чём-либо. Однако Тес была рада увидеть Себастьяна в полном здравии... Наверно действие снотворного, которое ей вколол Алфан, ещё не прошло, и гостья быстро заснула.
Когда она очнулась, властвовала глубокая ночь. Комнату освещал камин. В помещении витал аромат Себастьяна. Подноса с остатками еды – всё-таки Тес не смогла всё осилить – не было, а на его месте стоял чайник, из которого струился пар. Девушка поднялась и налила себе полную чашку чая, с наслаждением пригубив его. Тепло разлилось по телу и от этого сделалось чуть лучше. Тес поднялась и на цыпочках, не выпуская чашку из рук, проследовала к окну, за которым была беспроглядная тьма.
– Тес, - прошептал ей на ухо Себастьян и нежно поцеловал в шею. Он подхватил чашку, которую выронила девушка, не пролив ни капли. Гостья повернулась и тут же очутилась в горячих объятьях фотографа – кружки в его руках уже не было. Тес задрожала, положив руки на грудь субвита. Он жадно вдохнул её аромат.
– Как же я скучал по тебе, - выдохнул он ей в лицо и потянулся к ее губам. Она быстро отвернулась и стала уверенно отталкивать его от себя.
– Тес, пожалуйста. Я не вынесу этого, - страстно проговорил Себастьян. – Ты для меня – всё, Тес.
– Нет, Себастьян, отпусти меня.
Он сделал уверенный шаг назад. Тес пошатнулась, без слов, пристально глядя на Себастьяна. В свете пламени его кожа приобрела красивый тон, а глаза и волосы отдавали блеском. На возлюбленном была тёмная рубашка и такого же цвета брюки. Он с нескрываемым нетерпением смотрел на девушку. Она занервничала.
– Ты отвергаешь, меня, Тес, - в голосе слышалось недовольство. – Твои чувства ко мне остыли? А были ли они вообще?
– Ты же можешь их видеть, - раздражилась собеседница от услышанных слов.
– Нет, любящий субвит их не видит. Это Кристиан просветил, что ты наконец влюбилась в меня. Но, может, он ошибся?
Тес была просто в бешенстве от того, что сейчас слышала. Она ничего не ответила, подошла к кровати и улеглась, завернувшись в одеяло.
– Почему ты так со мной? – негромко спросил Себастьян.
– И ты ещё спрашиваешь?
Она вдруг разрыдалась, более не в силах сдерживать свои эмоции, перевернувшись на живот и уткнувшись в подушки.
– До тебя совершенно невозможно было достучаться, Себастьян – никогда. Твоя замкнутость убивала. Почему я должна была всё узнать от Алфана? И он убедил меня в том, что ты не способен любить, а твоё мнимое проявление чувств – лишь работа, профессиональное дело. Всё ради того, чтобы забрать мою кровь. Алфан тоже не слишком-то верил в её ядовитость. Вам же всем нужно только это…
Тес не заметила, когда Себастьян оказался подле неё. Он стал успокаивающе гладить рыдавшую.
– Пожалуйста, оставь меня, - взмолилась она.
– О, детка, - он положил голову ей на спину и обнял сзади. От этого сделалось только хуже – девушку затрясло сильней. – Прости меня. Дело не в тебе. Я такой по натуре. Но обещаю впредь делиться с тобой и печалью, и радостью.
Возлюбленный осторожно убрал волосы со спины Тес и поцеловал в плечо, затем его губы стали продвигаться всё выше и выше. Гостья ощущала их жар через тонкую ткань.