Расколотое правление
Шрифт:
Ну, черт. Не могу сказать, что не хочу его, потому что сейчас это полная ложь. Игры пьянящие и неотразимые, и есть что-то в нем, в его марке хаоса, что меня привлекает.
Я провожу большим пальцем по бородатому ремешку платья.
— Думаю, он слишком зол, чтобы забыть о том, что случилось.
Они обмениваются сочувственным взглядом и пожимают плечами. Айла открывает рот, но знакомый голос останавливает ее.
— Покажите мне, что у вас есть, девочки. Я готов быть вашим человеком в шумихе.
Что бы она ни собиралась сказать, я никогда этого не узнаю. Колтон прогуливается по бутику. Так хочется скрыться от его постоянного присутствия.
— Что ты здесь делаешь? — Роуэн подозрительно смотрит на него. — Тебя Рэн прислал?
— Нет. — Он плюхнулся на обитые бархатом сиденья, расставленные возле гримерных, раскинув руки по спинке. — Я пришел на шоу.
Айла ласково закатывает глаза.
— Леви убьет тебя в один прекрасный день, и единственное сочувствие, которое ты получишь от меня, когда он тебя зарежет, это — я же тебе говорила.
Он ухмыляется, прижимая руку к сердцу.
— Детка! Ты смертельно ранила меня. — Он пожимает плечами. — Это не первый раз, когда он меня ранит. Что такое немного поножовщины между друзьями? Так мы показываем свою любовь.
— Вы, ребята, сумасшедшие, — бормочу я.
Роуэн хмыкает.
— Чертовски сумасшедшие. Я собираюсь примерить это.
Айла просматривает вешалку в другом конце комнаты, оставляя меня наедине с ним.
— Надеюсь, в твоей маленькой умной головке не было никаких идей. — Предупреждает он мягким, мягким тоном. — Ждешь подходящего момента, чтобы выскользнуть отсюда. Я бы знал, как тебя найти. Просто имей это в виду.
От того, как подозрительно он меня изучает, у меня сжимается живот. Может быть, он все еще не доверяет, чтобы я была одна рядом с его друзьями.
После того, как я пробралась на яхту прошлой ночью и помогла с трансляцией, я подумала, что мы уже кое-что поняли. Похоже, я ошибалась. По крайней мере, сейчас. Его настроение так часто меняется туда-сюда, от игривого до флирта, от соблазнительного до жестокого, как будто он не знает, где он находится по отношению ко мне в каждый данный момент. Я никогда не знаю, на какой точке он остановится, поэтому не знаю, почему какая-то часть меня хочет ослабить свою бдительность рядом с ним.
— Зачем мне бежать, если ты нужен мне, чтобы охранять моего брата? — Складываю руки, поднимая подбородок. — Я никуда не уйду.
Колтон сужает глаза, поглаживая свой подбородок. Через некоторое время он хмыкает и отводит взгляд.
— О, черт возьми, да, Ро. Вот это. — Зовет он, когда она выходит, чтобы посмотреть на платье в трехстворчатых зеркалах. — Это точно. Ты сведешь большого парня с ума, если наденешь это.
— Думаешь? — Она скользит руками по бедрам, проверяя себя в зеркале.
— Абсолютно, детка, — подхватывает Айла. — Ты так хорошо выглядишь в этом цвете.
Я скриплю зубами. Его телефон забыт на сиденье. Пока он отвлекается на то, чтобы подбодрить Роуэн с помощью Айлы, я выхватываю его. Он прав.
Ухмылка появляется на моих губах, когда иду в примерочную, чтобы примерить платья. Мне нравится золотое, которое я примеряю первым. Оно низко спускается сзади, и золото подчеркивает теплые тона моей смуглой кожи, создавая эффект сияния. В нем я чувствую себя богиней Nyx. Улыбаясь, я провожу кончиками пальцев по татуировке ночного божества на моей груди.
Эта татуировка напоминает мне о моей бабушке. Именно она поощряла все мои интересы. Когда в детстве я была одержима мифологией и умоляла ее позволить мне стать богиней, когда я вырасту, она потрепала меня по носу и сказала, что уже видит маленькую богиню, бегающую по ее дому. Мой рот искривился от воспоминаний.
Взяв телефон Колтона, я делаю несколько снимков и отправляю один брату. В ответ он присылает сообщение с огненными эмодзи и спрашивает, по какому случаю. Я говорю ему, что это по случаю моей новой карьеры в качестве сахарного ребенка, потому что быть взрослым — это дорого и не то.
Дверь открывается, пока я ухмыляюсь его невеселому ответу. Разве я не закрыла ее? Я замираю, глядя на Колтона в зеркало. Он прислонился к двери, приподняв одну бровь.
— Все еще берешь вещи, которые тебе не принадлежат. — Он кивает подбородком в сторону телефона.
Я поворачиваюсь к нему лицом, покачивая бедром.
— Думаю, ты специально оставил его, чтобы я взяла. — Я бросаю ему телефон, и он ловит его. — Только хотела проверить Сэмми. Не оставляй его на виду, если я не могу его взять.
Уголок его рта подергивается. Он отходит от двери медленным шагом, и искра коварства в глазах возбуждает жар между моих ног.
— Зачем ты пришел? — Вздыхаю я.
— Для этого.
Его взгляд — это чувственная ласка, скользящая по моему телу. Мои соски твердеют, и я сжимаю бедра вместе, когда он сокращает расстояние между нами.
— Сними это, — тихо приказывает он.
Колтон просовывает палец под ремешок и спускает его с моего плеча. Затем он делает это с другой стороны. Я нащупываю потайную молнию, и он открывает ее.
Когда платье спадает, я остаюсь голой. Я не доверяю ни одному из трусов, которые он положил в сумку, с того самого случая с вибратором в кампусе, и ни одно из этих платьев не сочетается с бюстгальтером.
— Черт, — бормочет он неровно.
В его глазах блестит безудержное желание. Наши взгляды встречаются в отражении, затем он обходит меня, проводя беспорядочные дорожки по моей коже. Он останавливается рядом со мной.
Мои глаза закрываются, и я облизываю губы. Я не ожидала такой реакции на то, как он провел пальцами по моей татуировке и подавляю вздох, взгляд распахивается. Он смотрит на меня в зеркало, затем переключает свое внимание на мою татуировку, снова прикасаясь к ней.
— Следующее, — произносит он.
Мне требуется мгновение, чтобы понять, что он имеет в виду, что я должна примерить следующее платье. Дрожащими руками я хватаю зеленое. Он помогает мне застегнуть молнию, касаясь моих эрогенных зон, которые не должны заставлять клитор пульсировать, но каждая легкая ласка заставляет меня надеяться на большее, а разум убегает от меня с фантазиями о том, что он сделает дальше.
Мы продолжаем в том же духе, запертые в чарующей тишине и напряжении, нарастающем между нами. Он помогает мне примерять платья, затем приказывает снимать их и раздеваться для него снова и снова.