«Распил» на троих: Барк — Ллойд-Джордж — Красин и золотой запас России
Шрифт:
А в Лондоне, в отличие от Парижа, продолжалось сражение за русское золото. Практически одновременно, не дожидаясь ответа из Токио о возможности организации следующей перевозки, главный кассир Банка Англии Дж. Г. Нэйрн извещает Замена, что переговоры «с японским правительством о перевозке второй партии груза на 10 млн фунтов стерлингов золотом из Владивостока успешно продвигаются», а посему необходимо, «чтобы золото было упаковано и находилось в готовности к перевозке для того, чтобы не было задержки в его транспортировке из Петрограда во Владивосток, когда будут окончательно завершены все необходимые приготовления». Российский чиновник незамедлительно «берет под козырек» и уже на следующий день подобострастно докладывает в Банк Англии, что он уже и так проинформировал Петроград о необходимости готовить новую партию драгоценного металла к отправке за границу [571] .
571
Bank of England Archive. C 5/189, AC 588, AL 3066/4. Russia — Agreement. Р. 147 (28 апреля 1916 г.), 152 (секретная депеша № 1483 от 29 апреля 1916 г.).
Похоже, в Министерстве финансов России уже смирились с мыслью, что с золотыми резервами придется расстаться. И вся деятельность министра была направлена на то, чтобы как-то более аргументированно обосновать в общественном мнении подобный подход. «Мы должны вступить в ряд дефицитных годов, приблизительно по миллиарду в год, — вещал Барк, выступая 26 декабря 1915 г. / 8 января 1916 г. на заседании Совета министров. — Надо выяснить дальнейшую финансовую политику. Если Россия бедна — то надо всячески вводить экономию и дефицит свести на нет. Есть другая политика. Если Россия — страна богатая, то надо всячески поднять народное благосостояние и не бояться производительных затрат. Если пойти по первому пути, то надо вводить налоги и отказаться от частного железнодорожного строительства и т. д. Путем налогов мы все равно свести бюджет в состоянии не будем». Но при этом он выступил против введения подоходного налога, «который способен подорвать прилив иностранных капиталов к нам» [572] .
572
Барк П. Л. Воспоминания последнего министра финансов Российской империи. Т. 2. С. 467–469.
Конечно, сегодня трудно судить, о приливе каких иностранных инвестиций в страну во время войны могла идти речь, но для меня очевидно, что министр всячески насаждал и в своем окружении, и в публике мысль, будто без зарубежных кредитов не обойтись, а для их получения все средства хороши.
Крейсер «Ниссин». [Из открытых источников]
Тем временем на счет Банка Англии японцы перевели в завершение расчетов все суммы за русское золото, полученное от англичан, — 6 января 1916 г. поступили 2 000 245 фунтов стерлингов, а 7 февраля — следующие 3585 фунтов 16 шиллингов и 6 пенсов. Но в Токио отлично понимали: это не окончание попыток британцев выкачать новые партии золота из России. А значит, надо быть готовыми. И уже 22 апреля заместитель морского министра в директиве на имя командующих 1-й и 3-й эскадрами военно-морских районов (ВМР) Йокосука и Майдзуру распорядился о причислении в состав 4-го боевого отряда крейсеров 1-го класса «Касуга» и «Ниссин» под командованием капитанов 1-го ранга Сигэцугу Накадзато [573] и Канты Симаноути [574] . Корабли направлялись «в трехмесячное плавание у побережья Северной Америки».
573
Накадзато Сигэцугу (1871–1945) — выпускник-медалист Военно-морской академии 1893 г. Служил на различных кораблях. В 1908 г. находился в длительной служебной командировке в Великобритании. С декабря 1915 г. командир крейсера «Касуга», с декабря 1916 г. — крейсера «Ивате» (запомните этот факт). В декабре 1918 г. ему присвоено звание контр-адмирала, в декабре 1922 г. — вице-адмирала. С июня 1925 г. в резерве ВМФ. И здесь начинается новая, особая жизнь адмирала (см. основной текст).
574
Симаноути Канта — других сведений обнаружить не удалось.
Должен заметить, сам Кейнс в определенной мере гордился тем, что причастен к взаимодействию с союзными державами, рассматривая это, вполне вероятно, как свидетельство признания своего авторитета в среде аппарата Министерства финансов. Так, выступая 15 марта 1916 г. на коллегии британского Адмиралтейства, он заявил, допускаю, с некоторой пафосностью: «Это моя работа день за днем управлять финансовыми вопросами в отношениях с нашими союзниками» [575] .
<575
Dostaler G. Keynes and His Battles. Р. 133.
Письмо британского Казначейства в Банк Англии о подготовке облигаций займа России под вывезенное золото на сумму 10 млн ф. ст. 28 апреля 1916 г. [Bank of England Archive. Russian Gold to Ottawa via Vladivostok]
Письмо управляющего Государственным банком И. П. Шипова в Банк Англии о размещении ценных бумаг в Великобритании. 24 мая 1916. [Bank of England Archive. Russian Gold to Ottawa via Vladivostok]
А между тем в британском Казначействе и Банке Англии занимались поиском способов надежнее зафиксировать задолженность России перед Англией даже с учетом уже полученного от нее золота. Наиболее эффективной признали разработку бланков специальных казначейских облигаций, которыми оформлялись бы обязательства Петрограда перед Лондоном. Что и было исполнено под руководством заместителя главы ведомства Рамси. Теперь каждый пенни в строку — России не отвертеться. Делалось все это явно только с одной целью — исключить возможность обоснования русскими требований возврата золотого обеспечения в будущем при любых условиях.
Докладная записка Комитета финансов о кредитных операциях с синдикатом американских банков на 50 млн долл. США с резолюцией Николая II «Исполнить» и надписью рукой П. Л. Барка о докладе императору в Царской ставке. 1 июля 1916. [РГИА. Ф. 563. Оп. 2. Д. 531. Л. 7–14]
А уже 5 мая 1916 г. Дж. Г. Нэйрн сообщил управляющему Государственным банком в Петрограде, что «британские казначейские облигации на 10 млн ф. ст. помещены в Банк Англии и находится здесь на хранении от имени Государственного банка» [576] . Окончательный срок погашения всех облигаций был установлен 5 января 1921 г.
576
Bank of England Archive. C 5/189, AC 588, AL 3066/4. Russia — Agreement. Р. 166.
Управляющий Государственным банком И. Шипов [577] подтвердил, что указания Банку Англии по распоряжению данными ценными бумагами может давать лично он сам либо его заместитель Д. Никитин [578] при условии, что соответствующее письмо будет завизировано директором банка А. Вестфалем [579] .
А как же смотрел на все происходящее Барк — верный страж государственных интересов? Да никак, спокойно. Он был занят тем, что убаюкивал министров, усыпляя их бдительность рассказами о светлом будущем золотодобычи в империи, ибо «теперь рисуются перспективы добычи золота на Памире» [580] . А это где? Далеко от Петрограда, Лондон — значительно ближе.
577
Шипов Иван Павлович (1865–1919) — в 1894–1897 гг. вице-директор Особенной канцелярии по кредитной части, с 1897 г. директор Общей канцелярии Министерства финансов, в 1902–1905 гг. директор департамента Государственного казначейства. В 1905–1906 гг. министр финансов Российской империи, с 1906 г. член Комитета финансов, с 1908 по 1909 г. министр торговли и промышленности, а с 1914 по 1917 г. последний царский управляющий Государственным банком. С приходом к власти большевиков Шипов встал в оппозицию. Как записал в своем дневнике 6 ноября 1917 г. один из сотрудников Министерства финансов, вероятно, Сергей Константинович Белгард (ориентировочно 1891–1918?): «В субботу (4.11.1917) был арестован и увезен в Смольный И. П. Шипов… С чиновниками нашего ведомства большевики в Смольном были изысканно любезны и только, ничего не добившись, перешли на угрозы, что, если им не дать ассигновки на 15 миллионов, они захватят Государственный банк и возьмут столько, сколько им понадобится» (Интернет-ресурс). Но сотрудничество не сложилось. И уже 13 ноября 1917 г. И. П. Шипова уволили из банка «без права на пенсию».
578
Никитин Дмитрий Тимофеевич (1862–?) — выпускник физико-математического факультета Петербургского университета. В Государственном банке с 1887 г. Работал в Пензенском, Мензелинском и Оренбургском отделениях. Затем с 1893 г. последовательно был управляющим отделениями Государственного банка в Кременчуге, Курске, Тифлисе и Ялте. С 1907 по 1910 г. занимал должность управляющего Московской конторой Государственного банка. В 1910–1917 гг. товарищ управляющего Государственным банком. В апреле 1912 г. утвержден Николаем II членом Совета Государственного банка от Министерства финансов. (Сведения предоставлены А. В. Бугровым.)
579
Вестфаль Анатолий Федорович (1855–1917) — в системе Государственного банка работал с 1873 г. С 1906 г. директор отделения заграничных операций Петербургской конторы банка. На документе имеется более поздняя пометка от руки от 28 ноября 1917 г. о том, что, по информации из Петрограда, господин Вестфаль скончался. (Прошу обратить внимание на эту, казалось бы, второстепенную деталь, которая подтверждает, что в Банке Англии очень ревниво следили за соблюдением бухгалтерских правил при оформлении операций.)
580
Барк П. Л. Воспоминания последнего министра финансов Российской империи. Т. 2. С. 468.
Глава 7. Год 1916: Золотишко для нужд капиталистов
…Финансовый успех и, в сущности говоря, успех всяких деловых операций зависит от правильного предвидения, от возможности предсказать и учесть предстоящие события и подготовиться к ним [581] .
Шипов еще только готовился обмакнуть перо в чернильницу, чтобы подмахнуть вышеприведенное послание в Лондон, а в Банк Англии 4 мая 1916 г. поступило письмо МИД, в котором заместитель государственного секретаря Морис де Бунзен [582] сообщал, что рад — по поручению Эдуарда Грея — передать хорошие новости: «Правительство Японии с радостью выделит два крейсера для перевозки золотых денег в Ванкувер, следуя той же самой процедуре, что и в прошлом году… Его превосходительство [министр иностранных дел Японии. — С. Т.] будет соблюдать особые меры предосторожности для обеспечения секретности, насколько это возможно, и в соответствующее время сообщит названия кораблей, а также другие подробности относительно дат их выхода и т. д.» [583] .
581
Ллойд Джордж Д. Военные мемуары: [в 6 т.] М., 1934–1938. Т. 1–2. С. 94.
582
Бунзен Морис Уильям Эрнест, де (Maurice de Bunsen; 1852–1932) — известный британский дипломат, член королевского Тайного совета. На дипломатической службе с 1877 г. Работал в посольствах во многих странах, в т. ч. в Японии. Был послом в Лиссабоне, Мадриде, Вене. Вошел в историю дипломатии как глава Комитета де Бунзена, созданного в 1915 г. для определения британской политики военного времени в отношении Османской империи.
583
Bank of England Archive. C 5/189, AC 588, AL 3066/4. Russia — Agreement. Р. 161.
Письмо К. Е. Замена в Банк Англии о намерении разместить в этом банке золотые облигации российского правительства на 10 млн ф. ст. 4 мая 1916. [Bank of England Archive. Russian Gold to Ottawa via Vladivostok]
Безусловно, получив это известие, в Банке Англии, как истинные патриоты острова, могли бы открыть бутылочку вина с виноградников де Бунзена, причем вина именно британского. Кто-кто, а Морис знал в этом толк. Недаром он часто поговаривал, что, выйдя в отставку, займется своими лозами. И что вы думаете, так оно и вышло: де Бунзен стал первым более чем за сто лет коммерческим производителем вина в Великобритании, положив начало новой процветающей отрасли. Хотя мне памятно высказывание нашего выдающегося банкира и знатока… Британии, виртуоза острого словца Виктора Владимировича Геращенко, который однажды сказал мне: «Знаете, Сергей Владимирович, самый короткий анекдот — это английское вино». Я честно сказал, что не знаю, ибо ни разу не пробовал. Виски — другое дело.
Письмо «Доминион экспресс компани» в Банк Англии о возможной утечке информации об операции с русским золотом в Гонолулу (Гавайи) или Японии. 16 марта 1916. [Bank of England Archive. Russian Gold to Ottawa via Vladivostok]
Письмо Форин-офиса в Банк Англии о выделении японских крейсеров «Касуга» и «Ниссин» для отправки во Владивосток за грузом золота. 8 мая 1916. [Bank of England Archive. Russian Gold to Ottawa via Vladivostok]