Чтение онлайн

И вот, когда мне наступило пятнадцать, Илерия прогнала меня из этого дома. Причин было несколько. Во-первых, как позже оказалось, мачеха уже все отняла у меня и я стала бесполезна. Во-вторых, мое нахождение в ее особняке, ей явно было неприятно. Я для Илерии была чем-то сродни бельма на глазу. В-третьих, я уже была достаточно взрослой, чтобы начать задавать вопросы. Спрашивать, что произошло с наследством. А мачехе все это не нравилось. Причем настолько сильно, что, когда я сказала, что такое банкротство дел моего отца очень странно, она превратилась в разъяренную фурию. Ядовито сказала, что пыталась сделать все, лишь бы спасти то, что осталось после него, а я, такая неблагодарная, пытаюсь ее в чем-то обвинить.

Тогда в моих словах обвинений не было. Я лишь начинала делать первые шаги в поисках правды и просто озвучила то, что в этой всей ситуации не понимаю. А со временем, когда узнала, что Илерия действительно забрала у меня все, так же осознала и то, что при малейшем затрагивании этой темы она готова растерзать. Мачеха ведь до сих пор строила из себя святую и делала вид, что такие слова для нее высшая степень оскорбления.

Между мной и Илерией вообще происходило много плохого. Ужасного. Но находясь тут, я сейчас окуналась именно в те эмоции, которые касались этого особняка. Они душили. Давили. Рвали. Сколько же плохих воспоминаний связано с этим местом. Тут мое сознание каждый день изувечивали. И тут Илерия, когда я еще была маленькой, несколько раз подняла на меня руку.

Сделав судорожный вдох, я рвано осмотрелась по сторонам. Сад и здание стали еще более роскошными. Тропические деревья, мраморные дорожки, фонтаны, свежий ремонт. Мачеха явно ни в чем себе не отказывала. Только, когда ее дочери облили меня тем, из-за чего на мне появились сильные ожоги и зрение до сих пор нормально не вернулось, она даже не предложила мне хоть какой-то сумы для лечения. Я бы все равно отказалась, но факт характера мачехи был именно таковым.

И сейчас слишком многое жгло из-за чего я, даже желая остановить Лонго, в итоге этого сделать не смогла. Эмоционально не была в состоянии произнести хотя бы слово. Просто шла за ним. Пыталась делать глубокие вдохи.

– Ты дрожишь, - Лонго остановился и наклонился ко мне, кажется, заметив, тот рванный, судорожный взгляд, который я бросила на входную дверь. Это произошло само по себе. Просто, годами вход в этот особняк был для меня словно входом в ад.

– Нет. Тебе кажется, - выдыхая, я мысленно дала себе сильную пощечину. В сознании закричала на саму себя, заставляя взять себя в руки.

Лонго положил ладонь на мой затылок и, наклоняясь своими губами прикоснулся к моей щеке. Это был не просто поцелуй. Что-то нежное, но по ощущениям как разряд тока, прошедший по всему телу. Так, что я, вздрогнув, сделала глубокий вдох, словно до этого вовсе не дышала.

Лонго отстранился и я, широко раскрыв глаза, хотела спросить зачем он меня поцеловал, но, в итоге не произнесла ни слова. Все так же держа меня за руку, он пошел дальше и я последовала за ним.

Холл уже был украшен к празднику. Тут все было в свежих цветах. Нежных, красивых, но вызывающих у меня лишь отвращение.

Метео усадил меня на диван и сел радом, положив руку на мою коленку. Он вел себя так, словно этот дом принадлежал ему, но, смотря на Лонго я ощущала в нем ту мрачность, которую в Матео раньше не видела. Она чернотой проходила по душе. Давящей тяжестью заполняла пространство и казалась по-настоящему ужасной.

– Приведите сюда хозяев дома, - Лонго отдал приказ тем мужчинам, которые сейчас находились в холле.

Одна из служанок, выйдя из коридора, испуганно посмотрела на нас. Сначала оторопела и, не понимая, что делать, тут же побежала обратно.

– Прислуге не причинять вред. Заприте их на кухне, - безразлично сказал Лонго и мужчины тут же выполнили его приказы. Без единого лишнего движения или шума. Жестко. Жутко.

Не прошло и трех минут, как послышались визги. Это был голос мачехи, доносящийся со второго этажа.

– Да как вы смеете! Кто вы вообще такие? Отпустите немедленно! Моя охрана вас… – подобных слов было множество. Переплетенных с яростью и истошным страхом.

Но мужчины явно не обращали внимания на ее крики и уже вскоре спустили Илерию вниз так, словно она являлась тряпичной куклой. И, если бы ее не удерживали, мачеха, наверное, уже несколько раз упала бы с лестницы.

Ее протащили по холлу и поставили на колени в одном метре от дивана. Наверное, Илерия как раз вовсю готовилась к празднику. Прическа уже сделана, но сейчас пряди торчали в разные стороны. Возможно, ее как раз красил визажист, ведь была сделана лишь часть макияжа – губы и один глаз. Но и то уже смазанное. Из одежды на ней пока что виднелся шелковый халат.

Лицо мачехи было перекошенным. Непониманием, ужасом, гневом, но, стоило ей увидеть меня, как ее черты вовсе исказились.

– Мирела? Что это вообще значит? Да ты хоть знаешь, что с тобой за такое будет, ты мелкая дрань! – уже теперь ее голос исходил едкой яростью. Мачеха резко попыталась подняться на ноги, но мужчина, стоящий за ее спиной, грубо надавил ей на плечо, заставляя рухнуть обратно. – Что ты задумала? Немедленно убери этих, иначе…

– Это мои люди и тебе стоит разговаривать со мной, - ледяной, тяжелый голос Матео разрезал атмосферу в холле. Заставляя мачеху вздрогнуть и посмотреть на него. Насколько же сильно изменился ее взгляд. Губы дрогнули. Эмоции на лице поплыли.

– Ты… - произнесла она лишь одними губами.

– Знаешь, кто я?

– Да… О тебе теперь говорят больше, чем о твоем отце. Матео Лонго, - произнесла мачеха на выдохе. Она больше не пыталась подняться. Выглядела более притихшей. – Я не понимаю, какие у тебя могут быть дела с ней, - Илерия кивнула на меня. Но, увидев ладонь Лонго, которую он держал на моей ноге, нервно прикусила нижнюю губу. – Но… она мусор. Избалованная, никчемная девчонка. И у нее нет чем расплатиться с тобой. А я… у меня есть защита. Я сотрудничаю с Аугусто Бользонаро. Убери своих людей и я объясню тебе все. Эта девчонка явно наговорила тебе непонятно что.

Мужчина стоящий за мачехой, заломил ей руку за спину и заставил лицом уткнуться в пол. Так что она болезненно, испуганно вскрикнула, содрогнувшись всем телом. Кое-как поднимая панический взгляд на Матео. Даже в этом не было ни одного лишнего движения. Лишь беспомощность, унижение обычно высокомерной мачехи. У меня даже в голове не укладывалось, что она, обычно возвышенная, преподносящая себя, как что-то недостижимое, может выглядеть и так.

– Миреле не нужно расплачиваться со мной. Я ей принадлежу, - Лонго вторую ладонь положил на подлокотник и от того, как он смотрел на Илерию, даже мне было не по себе. – А тебе следует следить за своими словами и за тем, что ты говоришь о ней.

– Ты… с ней в отношениях? – мачеха спросила об этом судорожно. Рвано. Ногтями царапая мрамор на полу.

– Больше. То, что между нами происходит нельзя обозначить настолько банально, как просто «отношения».

Взгляд мачехи вспыхнул. Тем, что она тут же попыталась скрыть, но мне показалось, что я увидела там панику. Ее ладони дрогнули и черты лица изменились, вея тем, что я раньше в ней не видела.

– Хорошо… Я поняла, - судорожно произнесла она. – Пусть твои люди отпустят меня и мы нормально поговорим. В конце концов, повторяю – у меня есть защита Аугусто Бользонаро.