Чтение онлайн

Маневры, маневры, маневры. Танец в ледяной пустоте. Танец, глядя на который так легко забыть, что любое неуклюжее па заканчивается раздавленными или расплавленными телами.

Целей у всех этих приплясываний было две: первая, и самая важная, свести к минимуму потери с нашей стороны. Ни эль-ин, ни оливулцы не должны были гибнуть из-за моих политических маневров. Что я достаточно ясно дала понять своему главнокомандующему, вручая ему высшие полномочия. Вторая же, тактическая, задача: давить на нервы противнику. Именно на нервы - победа нам, в принципе, была не нужна. Путь к Эль-онн перекрыли даже не эльфийские заклинания, а несколько дарай-князей, специально вызванных с Эйхаррона, и ри-сты туда пробиться уже не могли. А потому битва быстро свелась к систематическому понижению морального духа в рядах противника. И, надо заметить, к данной задаче Сергей подошел весьма творчески. Часов через двадцать почти партизанских наскоков и запредельно сложного маневрирования, а также постоянно передаваемых на всех частотах призывов сдаться вышеозначенный дух в любой нормальной армии должен был бы упасть прямо-таки катастрофически.

Конечно, с нашей стороны тоже не обошлось совсем уж без потерь... Мои когти яростно впивались в подлокотники кресла всякий раз, когда поступало сообщение, что какому-то из маленьких юрких истребителей уйти не удалось. А когда подбили один из крупных кораблей... Людей успели портировать в безопасное место, но сам корабль, замечательный, живой, разумный оливулский крейсер... Имперцы считали некоторые свои особые корабли (как и многое другое) полноправными гражданами. Цивилизация, где каждый индивид был в той или иной степени продуктом биоинженерии, отличалась поразительной терпимостью к не-таким... если это свои не-та-кие, разумеется. (Только, пожалуйста, не стоит поминать Конвенцию об Ограничении Направленных Мутаций и Оливулскую империю в одном предложении!) И вот сейчас один из моих нечаянных подданных погибал, и погибал частично по моей вине. Да какое, в Ауте, частично! Живое существо билось в агонии, потому что какой-то взбалмошной дуре вздумалось поиграть в политику! Я стиснула зубы. И изменилась, насильно поворачивая поток мыслей в более позитивное русло.

Могло быть и хуже. Просто фантастически повезло, что у нас есть Сергей. И что он, по каким-то своим причинам, решил ненадолго забыть о традиционном ар-рском нейтралитете. Если бы битвой командовала, ну, допустим, ваша покорная слуга, то все наши войска были бы еще в самом начале разложены на изотопы, попав в какую-нибудь идиотскую ловушку, на устройство коих господа пираты оказались большими мастерами...

Думаю, мы бы без труда разделали их, если бы не проклятые Ауте крепости. Те самые "Вулканос-VI", в просторечье известные как "пришел, увидел, извинился". Я только теперь поняла всю точность шутки. Перед парой таких неповоротливых дур, усиленных кроме того да-рай-блоками, оставалось только извиняться. Пробить этих неповоротливых гигантов было фактически невозможно, хотя, надо отдать Сергею должное, он успел организовать пару весьма оригинальных попыток.

Мне оставалось только локти кусать, вспоминая легкость, с которой мы захватили Аметистового Колибри. Вот уж действительно везет дуракам и пьяным. Я тогда, кажется, олицетворяла собой обе категории разом. Сейчас же... Ну, во-первых, не было ни малейшей возможности десантироваться внутрь крепости: забаррикадировались эти ребята насмерть. И даже если бы удалось попасть в... хм, кажется, на войне это называют "тылом Противника", хотя я не совсем уверена, что подобный термин применим в данном случае... так вот, даже если бы оказались внутри, я очень и очень сомневаюсь, что "ам дали бы вот так просто захватить всю крепость.

Ситуация постепенно заходила в тупик. Я покосилась на Сергея. Тот развалился в своем кресле, в руках - стакан с янтарной жидкостью, а отсутствующий взгляд говорит, что разум стратега сейчас как минимум наполовину слит с тактическими компьютерами. И даже в таком, мягко говоря, неуставном состоянии арр являл собой образец уверенности и спокойствия в маленьком хаосе тактического центра. Этакий сидячий источник воодушевления для всей армии в целом и для командного штаба в частности. Вспыхнул один из экранов, перед ним появилось решительное, усталое и опустошенное лицо оливулской женщины, судя по всему капитана еще одного погибшего крейсера, сухим бесцветным голосом доложившей об успешном окончании эвакуации своего персонала.

– Спасибо, дама Ива. И... примите мои соболезнования.

Под маской сдерживаемого горя блеснули удивление, недоумение, признательность. Легендарный Сергарр, великий и единственный, не только нашел время в горячке боя лично поговорить с каким-то там капитанишкой, но и обратился к ней по имени, да еще с упоминанием рыцарского звания, да еще посочувствовал, причем посочувствовал искренне, - это было ясно и по тону, и по выражению лица, и по приподнявшимся бровям. Короткий поклон, и она исчезла.

А Сергей вновь откинулся в кресле, и что-то в его облике говорило, что он очень недоволен.

– Сэр Иголс, передайте по всем эскадрам: "Зета-зета-2". Общая готовность. И подтягивайте резервы. Скоро начнется.

Оливулцы восприняли приказ спокойно и деловито, но скорость их действий во всем флоте вдруг возросла раза в два. Будто кто-то переключил невидимый рубильник.

И что такое, во имя Всеведающей Ауте, "зета-зета-2"?

Конечно, отвлекать главнокомандующего посреди битвы - не самая умная из возможных линий поведения...

– Сергей, что начнется?

... Но я ведь никогда и не претендовала на особый интеллект, так?

– Все начнется.
– Он поднес к губам стакан, сделал глоток. Неприятности, проблемы, потери... Противнику с минуты на минуту надоест чувствовать себя идиотом, начнет преподносить нам сюрпризы.

– Какие?

– Если бы я знал, они не были бы сюрпризами! Моя торра, прошу вас, помолчите.
– Он хмурился, погруженный в мир схем и собственных построений, голоэк-раны перед ним сходили с ума.
– Мы их достали, а эти ребята не привыкли чувствовать себя уязвленными. Сейчас они начнут делать глупости, и дай нам Бог эти глупости пережить...
– Последнюю часть своей маленькой речи он сформулировал сен-образом, явно не желая подрывать моральный дух своей армии. О моем моральном духе, разумеется, беспокоиться было нечего...

Я вжалась в спинку своего кресла, не без труда удерживаясь от желания начать грызть когти. Дурацкая привычка. Такая чисто... людская. Эль-ин, если ей вдруг вздумается заняться подобным, имеет все шансы поранить собственные губы.

И тут начались "сюрпризы".

Флагман, в сердце которого мы и находились, вздрогнул до основания, по стенам прошли мелкие волны, вдруг напомнившие мне эль-инские они. И тут же накатила волна боли - приютивший нас корабль-левиафан был ранен. Кто-то из экипажа, связанный с ним телепатически, закричал, замелькали данные на экранах.

– Прорыв! Противник в желудочном отсеке! Они прорвали защитный экран и десантировали ударную группу!

– Тревога! Тревога! Схема проникновения - бета-6, внутренняя. Они направляются сюда.

– ... Заслон...

– Прорываются!

– Спокойствие, господа.
– Сергей выпрямился в своем кресле, не разрывая контакта с биокомпьютерами. В руке его сверкнуло что-то из разряда портативного, но очень угрожающего.
– Всему персоналу мостика приготовить личное оружие.

– Не дурите.
– Мой по-эльфийски звонкий, совершенно неуместный в этом милитаристском хаосе голос перекрыл даже завывания тревоги, до отвращения напоминавшие стоны раненого существа.
– Вы здесь, чтобы управлять битвой, а не лезть в рукопашную. Бес!

Северд-ин материализовались полностью - пять закутанных в черное поджарых фигур в масках, и веяло от них такой первобытной силой, что никому из присутствующих даже в голову не пришло напасть на более чем подозрительных субъектов, объявившихся вдруг в самом сердце наших позиций.

Взмах ушами - трое телохранителей выскользнули из зала размытыми тенями, двое же застыли у моего кресла молчаливым напоминанием тем, кому вдруг захочется покончить со старыми долгами, воспользовавшись вовремя начавшейся суматохой. Только выстрелов в спину мне сейчас не хватало для полного счастья...