Чтение онлайн

— Почему это мне?

— Ты можешь говорить.

— Ферди тоже.

— Ферди слишком много знает.

— Ладно, ждите меня здесь, — сказал я, поднялся на ноги и пошел навстречу пожилому человеку. На фоне белого снега его было лучше видно, чем меня: он был одет в синюю морскую шинель, но без погон и знаков отличия. Сток. Это был полковник Сток. Он остановился в пятидесяти метрах от меня и поднял вверх ладонь, предлагая мне тоже остановиться.

— Нам нужно тело, — сказал Сток.

— Оно здесь.

— Знаки различия?.. Униформа?.. Все остальное?..

— И все остальное тоже, — ответил я.

— Скажите им, чтобы они принесли тело к вертолету.

— Ваш человек, — крикнул я, — где ваш человек?

— Он вместе со своим помощником на заднем сиденье. Все в порядке. Идите обратно и скажите им, что все в порядке.

Я вернулся к остальным.

— Ну, что ты думаешь? — спросил Шлегель. Я чуть было не сказал, что мне это все совершенно не нравится; но мы еще раньше договорились, что я поверю в сказки и возьму свои слова обратно, как только мне покажут сенсационные заголовки в «Известиях».

— Он очень приятный собеседник, можете мне поверить.

— Хватит трепаться, — отрезал Шлегель. — Так что ты думаешь?

— Он сказал, что Ремозива с его помощником находится на заднем сиденье. Они хотят, чтобы мы принесли тело.

— Что-то я не понимаю, — сказал Ферди. — Если они взорвут вертолет с трупом в кабине, то как они сами доберутся обратно?

— Ну вот, Ферди, настало и для тебя время узнать побольше о волшебствах Санта-Клауса!

— Заткнитесь вы оба! Лучше помогайте тащить этого проклятого жмурика!

Русские нам не помогли. Сток наблюдал за нами через прибор ночного видения, прикрепленный к силовому агрегату. Поисково-спасательные службы тоже, видимо, оснащались такими приборами, но все равно полной уверенности, что тебя в случае чего заметят, не было.

Когда мы были в десяти метрах от вертолета, я спросил Шлегеля:

— А кто-нибудь все-таки может распознать, настоящий ли Ремозива сидит в вертолете?

— Какая разница? Сейчас самое главное — это труп.

Я приостановился.

— Разницы-то никакой. Но этим людям он может быть нужен как вещественное доказательство против Ремозивы. Они могут быть из службы безопасности и держать вашего друга Ремозиву под арестом.

— Отличная мысль, Патрик, — ответил Шлегель. — Но если мой друг адмирал уже находится под арестом, то мертвец с больными почками, одетый в униформу, им все равно многого рассказать не сможет.

— У вас цинизма как у гробовщика, — заметил я, и мы дотащили труп к самой двери вертолета. Вдруг я почувствовал, что кто-то сзади схватил меня за кожаный пояс. Видимо, это послужило сигналом, и русский около Стока ударил Ферди в лицо. В этот момент Ферди, наклонившись над трупом, пытался поднять его ноги в дверь кабины. От удара он выпрямился. Следующий удар скользнул поверх его плеча, зато ответный удар Ферди попал в цель. Русский отлетел на открытую дверь, которая громко хлопнула о фюзеляж. Меховая шапка русского свалилась, и я узнал в нем одного из людей Стока, который был с ним в моей квартире.

Пилот спрыгнул вниз с другой стороны вертолета. Я вскочил на подножку шасси, но Шлегель стащил меня обратно и отбежал сам. Он вскинул руку вверх и выстрелил из ракетницы. Хлопок выстрела был оглушительно громким, и высоко над нами взвилась красная ракета, которая окрасила местность мягким розовым светом.

Двое на заднем сиденье, толкаясь в дверях, ухватили Ферди за руку, пока Сток боролся с ним. Было даже забавно смотреть на Ферди и на русского, как они кружились и толкались, словно пара подвыпивших танцоров.

Видимо, после сигнала Шлегеля пилот вскочил обратно на свое место, запустил двигатель, и лопасти винта стали быстро набирать обороты. Вряд ли есть вертолеты, у которых лопасти винта находятся так низко, что могут задеть даже самого высокого человека. Тем не менее вряд ли найдется человек, не пытающийся пригнуться от работающего винта. Когда пилот увеличил обороты, Сток пригнулся. Но затем, испугавшись, что вертолет поднимется без него, подбежал к двери и протянул руку, чтобы ему помогли подняться в кабину. Теперь только один человек держал Ферди за руку, а вертолет уже взметнулся в воздух и завалился в сторону из-за лихорадочных действий пилота. Ферди повис под вертолетом, размахивая ногами и пытаясь достать подножку шасси.

— Помоги мне, Патрик! Помоги!

Я был совсем рядом. Труп уже вывалился на лед. Я сбросил перчатку и, нащупав в кармане маленький пистолет Мэйсона, выдернул его из кармана. Ноги Ферди уже оторвались ото льда, и я, словно вратарь, одним прыжком достал его ногу и обхватил своими руками. Вторая нога Ферди болталась в воздухе и пыталась обхватить другую и мои руки. Из-за этого у меня никак не получалось освободить руку с пистолетом и поднять ее. Вертолет с ревом поднимался в темное небо Арктики.

Оторвавшись от земли, вертолет закружился во все стороны. Потом, видимо, пытаясь сбросить меня, он резко повернулся и наклонился. Я мельком увидел Шлегеля, одиноко стоящего на сером льду и неистово машущего руками, изо всех сил пытаясь оставить хотя бы меня под своим командованием. Я задохнулся от порыва ветра, а затем, открыв глаза и наблюдая, как вертолет с ревом проносит нас над ледовым полем, увидел подводную лодку. Она купалась в серой воде, словно огромный черный кит, окруженный гирляндами из осколков льда. Несколько моряков сновали по верхней палубе подлодки.

Потом до меня дошло, что мне нужно было стрелять по тонким бортам фюзеляжа в место пилота или хотя бы в направлении подвески двигателя. Но я думал только о человеке, схватившем Ферди за руку, и все свои выстрелы направил в этом направлении. Вдруг я услышал крик боли и почувствовал, что начал падать. Я еще крепче вцепился в ноги Ферди, но это не остановило моего падения.

Трудно сказать, сколько времени это продолжалось: несколько секунд, минут или часов. Я, наверное, пошевелил рукой и почувствовал боль, которая вернула мне сознание.

— Ферди… Ферди!

Он не двигался. Его лицо было в крови из-за кровотечения из носа. А его ботинок был вывернут так, что я заподозрил у Ферди перелом лодыжки.

Лодыжка. Это должна быть лодыжка. Неужели еще что-нибудь? Вряд ли у меня были шансы протащить Ферди больше двадцати метров. Даже если бы я знал, в каком направлении находится подводная лодка и здесь ли она еще.

Шлегель должен нас найти. Я был в этом уверен. Несмотря на его скотский характер, он нас не бросит на произвол судьбы.