Чтение онлайн

Потому что не остановила идиотскую идею с чатом, решила воспользоваться свиданием, чтобы сломить сопротивление соседа. И вот, пожалуйста: играючи, незаметно перешла черту, забыв, что любые стратегии – это всего лишь карточный домик на ветру. Хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах.

Стою перед Стивеном и не знаю, как проснуться от этого бреда. Ущипнуть бы себя, да боюсь потерять последнюю надежду. Телефон в кармане, но толку? Даже пикнуть не успею прежде, чем отберут. Обреченно делаю шаг, второй… и иду следом за Хантом в беседку, ближайшую к самому большому искрящему костру.

Внутри, в замкнутом деревянном пространстве с ромбовидными просветами в стенах, отдыхают трое парней: курят, пьют пиво. Ближе всех ко мне сидит басист Стивена, ирландец на пару лет старше меня. В отдалении – Картер, шутник с заправки. Третьего парня не знаю. Наверное, приезжий.

Радуюсь, что надела джинсы и свитер, а не шлюшное платье, как изначально предлагала Аманда.

– Девушка выделила нам пять минут, – снисходительно говорит Стивен.

Он безбашенный, бессовестный тип. Я все еще не понимаю, чего от меня хотят, но Хант складывает руки на груди и задает неожиданный вопрос:

– Что ты знаешь о Чарли Осборне?

Лишь то, что он боится одиночества.

– Ничего, – теряюсь. – Не больше, чем другие.

– Сколько он готов потратить на тебя? Как часто здесь бывают его предки? Давай, Ри, помогай нам.

– Отец приезжает часто, иногда другие родственники, – вру. – Здесь его бабушка с дедушкой живут, он родом отсюда. Денег… не знаю, не много. Если ты повелся на шутку с чатом, то зря. Осборну заняться нечем было, решил надо мной поиздеваться.

– Хм… Странно, зачем же тогда ты дала добро нашему сладкому Майку? Меня отбрила, а с ним пошла.

– Он мне еще с начальной школы нравится.

Хант зло улыбается и цокает языком, не веря ни единому моему слову:

– Кто бы мог подумать. Такую недотрогу корчила, а теперь я могу отыметь тебя и получить за это двадцатку. Нас здесь четверо – почти сотня.

Боль пульсирует в висках, отнимая способность разговаривать. Грудь стягивает тисками, не продохнуть. От запаха дыма становится плохо, и я едва стою, не понимая, шутит Хант или нет.

– Тебя посадят за изнасилование, – проговариваю заплетающимся языком.

В мыслях я бросаюсь на Стивена, чтобы расцарапать ему лицо, а на деле продолжаю неподвижно стоять.

– Ну-ну, подбирай выражения, крошка Ри. Я дам тебе сладкую конфетку, от которой ты на стену полезешь и будешь меня умолять сделать тебе хорошо. А мои гости потом подтвердят. Мне нечего скрывать.

Делаю маленький шаг в сторону, чтобы хоть как-то себя оживить. Сердце ноет тупой болью, заходясь в истерике, но я из последних сил успокаиваю себя тем, что Хант сейчас не под кайфом и преследует более алчную цель, чем срок за насилие. Дрожу от безысходности и желания вернуться в прошлое, всего лишь на полчаса назад, когда мне стоило взять торт и пойти к Чарли, послав Салливана на все четыре стороны.

– Что ты хочешь, Стивен? – спрашиваю прямо, и раздаются смешки других парней. На них я даже не смотрю, чтобы окончательно не спятить в этом долбанном лесу.

Хант подходит ко мне, обхватывает пальцами подбородок и заглядывает в глаза.

– Для начала – чтобы ты вела себя вежливее. Ты в гостях, как-никак.

– Твое гостеприимство называется похищением.

– Правда? Тебя сюда силой тащили?

Знаю, что нарываюсь, поэтому прикусываю язык. Стивен улыбается, довольный.

– Итак, чего же я хочу… Все просто. Ты говоришь этому парнише, Обсорну, что… э-м… тело предало тебя… тысяч на двести. Если пойдешь в полицию, узнаю через Майкла – и твоей подруге Аманде будет очень плохо. А потом и тебе. Поняла?

Его алкогольное дыхание неприятно опаляет кожу, но я не отворачиваюсь. Воспоминание о том, как я увозила зареванную Мэнди из дома этого подонка, накатывает всем: кислыми запахами, громкими звуками, ощущением злобы…

Во мне просыпается вулкан, из которого выбирается демон сущности – и начинают дрожать губы. Стивен скалится; думает, наверное, что сейчас разревусь, а я цежу:

– Пошел ты к своему сладкому Майку, сволочь. – Меня начинает трясти, как в припадке, и я сбиваю пальцы Стивена со своего подбородка. – Дай мне уйти, и я не заявлю в полицию за шантаж.

Он кивает задумчиво, усмехается, от чего крупные полумесяцы морщин у рта становятся глубже, и равнодушно пожимает плечами.

– Дело твое. Ну что, парни, подарим крошке Ри незабываемый подарок ко Дню Святого Валентина? Все девочки любят мужское внимание.

Он ждет долгую минуту, убеждаясь, что я не изменю решения, а потом кивает, и за моей спиной начинается движение. Картер обхватывает мои плечи, а Стивен достает из кармана пакетик с разноцветными таблетками и размахивает им перед моим лицом, пытаясь загипнотизировать.

– Какого цвета хочешь?

– Только попробуй, тварь!..

Стивен сатанеет. Он резко подается вперед и пытается разжать мой крепко стиснутый рот. В беседке горит лампа, здесь достаточно светло, но у меня темнеет в глазах от бешенства.

– Не делай себе хуже, – рычит он, но я все равно начинаю брыкаться. Отбиваюсь лотями и ногами и попадаю пяткой по колену Картера, который держит меня; вырываюсь, но Стивен толкает меня прочь от выхода, назад в чужие руки. – Забери у нее телефон, кстати, – вспоминает он, и ублюдок Картер с побитым коленом выхватывает из моего кармана смартфон.

– Гм, – говорит. – Что за нахер?

Я бросаю взгляд на экран – и повторяю про себя те же слова. Семнадцать минут исходящего разговора, секунды на экране продолжают капать. То есть, я все-таки случайно позвонила, слезая с мотоцикла…

– Добрый вечер, – раздается вежливый голос Чарли, и у меня все плывет перед глазами. Вглядываюсь в силуэт, убеждаясь, что это не призрак, и обнимаю соседа взглядом. Он спросонья, наверное: всклокоченный, в драных джинсах и толстовке.

Не знаю, какие эмоции Осборн читает на моем лице, но в его взгляде мелькает опасная, мрачная тень, пугающая и отталкивающая.

– Чарли, не делай глупостей, – прошу. Оттягиваю горловину свитера, чтобы легче дышалось. Я вся вспотела на нервах, и нет сил, чтобы сопротивляться потоку событий. Могу только стоять и смотреть. Волосы выбились из хвоста и падают на щеки, щекоча, но мне не смешно. А вот Стивену весело. Он потешается надо мной, наивной дурочкой: какие такие глупости может натворить Чарли? Он один, а местных много.

– Осборн, ты ведь прилежный мальчик, – гадливо поет Хант, считая гостя няшным богатеньким мажором. – Раз уж присоединился к вечеринке, давай здесь все и обсудим.