Чтение онлайн

Дорога до крыльца Осборна кажется бесконечной, я словно ступаю сквозь густой сироп.

«Чарли, нам нужно поговорить…»

«Я тебя ненавижу…»

«Видеть тебя не могу!»

«Почему ты сбежал, как трус?!»

Нет, нужно что-то нейтральное для начала. Но слова не складываются в предложения, идей ноль – до того сердце прыгает в груди.

Аманда не раз подходила знакомиться к понравившемуся парню. Ка-а-ак?! Это же страшно до темноты в глазах.

Кусаю верхнюю губу до боли и нажимаю на дверной звонок.

Окажись дома, Чарли.

Нет, лучше не надо.

Мамочки.

Меня мутит от волнения, ладони потеют. Никто не открывает, а я продолжаю звонить, палец словно приклеился к кнопке.

Закрываю глаза и сдаюсь. Не буду позориться. Не хочет меня больше видеть – скатертью дорога. Может, так даже лучше. Да, точно лучше, потому что мы с Чарли – рецепт катастрофы. Мы друг друга в гроб загоним до лета такими темпами.

Досчитаю до трех и уйду.

Раз.

Два.

Три.

Да что же это такое!!!

В отчаянном надрыве делаю шаг назад. Вокруг красиво и светло, а я утопаю в горьком разочаровании, словно жизнь рухнула только что.

За спиной щелкает замок, и я спотыкаюсь на ровном месте. Оборачиваюсь, и… Чарли, сонный, только из душа, тяжело дышит. Видно, бежал по лестнице, чтобы открыть. Я честно хочу посмотреть ему в глаза, поздороваться, но под расстегнутой черно-серой кофтой на Чарли нет майки, и взгляд упирается в обнаженный торс, на который с влажной челки падает капля воды, стекая вместе с моим самообладанием…

Умру сейчас.

Низко сидящие спортивные штаны бессовестно подчеркивают рельеф пресса и V-образный контур косых мышц, напоминающий, кто здесь победитель.

В кино я видела мужчин куда красивее, но ни один никогда не казался мне совершенством, как Чарли сейчас.

Поднимаю голову и встречаю знакомый пытливый взгляд. Никто не начинает разговор и не разбавляет атмосферу шуткой. Мы общаемся дыханием, молчанием.

Чарли считывает меня мгновенно, и намек на приветствие стирается с его губ порывом теплого ветра. От грохота моего сердца на острове начнется землетрясение, не иначе. Торт начинает крениться, вот-вот соскользнет с ладони, а я не могу пошевелиться.

Сосед подходит вплотную, обнимая меня одной рукой за талию, а второй перехватывая контейнер, чтобы оставить на пороге, даже не заглянув внутрь.

Между нами нет ни пространства, ни времени; ничего не остается, кроме первобытного порыва. Не в смысле дикого, а того, с чего все начинается. Рождение вселенной, необратимый процесс. И я растворяюсь в нем, глядя, как взрываются звезды в расширенных зрачках Чарли.

Он крепче перехватывает меня за талию и легко отрывает от земли, осторожно, бережно, словно я хрустальная. Так меня Чарли и вносит в дом: без единого слова, не разрывая взгляда – и захлопывает дверь ногой.

Он несет меня через гостиную, опускает на пол рядом с широким столом у стеклянной двери в сад, и смотрит. Ждет от меня первого слова.

В горле пересохло, и я так нервничаю, что не могу заговорить. Разучилась за последнюю минуту. Поэтому показываю на языке жестов: «Привет».

«Привет», – отвечает Осборн, и я замечаю небольшой синяк вдоль левой скулы. Вчера не обратила внимания… Когда он только успел подраться?

А Чарли заглядывает прямо в душу, но не подходит ближе.

«Зачем ты пришла?» – спрашивает, хотя знает ответ, и под проницательным взглядом не получается врать.

«Ты мне нужен, Чарли. Пожалуйста, не отталкивай меня», – говорю, не имея смелости произнести вслух. Руки дрожат, и я не уверена, понял ли Осборн мою дерганую жестикуляцию.

Но он понял. Чарли едва заметно, недоверчиво усмехается и с силой сжимает челюсти, словно пытается удержать легкомысленный, безрассудный ответ.

Мир сужается в яркое пламя свечи, и все, что я вижу – это лицо Чарли в отблеске тепла. Его невероятные, покорившие меня глаза, в которых легко заблудиться среди галактик; приоткрытые на выдохе широкие яркие губы, которые хочется целовать. Почти незаметную россыпь родинок на бледной щеке рядом с мочкой...

Мне дышать нечем, хочу дышать им, пока не задохнусь. Легкие горят от потребности в чужом кислороде, но Чарли не приближается ко мне. Тогда я подхожу сама, разминая холодные пальцы рук, и шепчу:

– Я должна тебе поцелуй, помнишь? И ты был прав тогда, я не умею, совсем. Но ты потерпи, ради науки…

Чарли тяжело сглатывает и облизывает нижнюю губу.

– У тебя тормозов нет. Ты знала об этом? – Его хриплый голос срывается, когда я кладу ладони на его теплую, твердую грудь, ощущая бешеное биение сердца. Оно живое, рвется ко мне, и я тянусь навстречу. Скольжу ладонями по ребрам и завожу за спину. Приподнимаюсь на цыпочки и робко касаюсь губами шрама над ключицей, который не дает мне покоя.

Чарли шумно втягивает воздух и обнимает, буквально вжимает меня в себя, будто мы не виделись много лет и наконец нашли друг друга. Так мы стоим с минуту, молча, свыкаясь с мыслью, что происходящее не сон.

Наконец Чарли решается. Он легко подхватывает меня за талию и осторожно усаживает на стол, заваленный книгами. Запускает пальцы в мои влажные после душа волосы на затылке, заставляя запрокинуть голову, и проводит губами вдоль шеи. Я таю, исчезаю из реальности с немым стоном, как под действием приворота, пока Чарли нежно греет дыханием мое лицо: лоб, щеки – словно впитывая меня.

– Боже, Ри, чем ты пахнешь? – бормочет он и касается языком уголка моего рта. Кровь в венах вспыхивает от искры, и я, вздрогнув, обхватываю Чарли ногами за бедра, чтобы стать ближе.

Кто я? Нет меня… Ничего больше не нужно, только он.

– Я хочу быть твоей. Умираю без тебя.

Мы тяжело дышим, голова кружится; ощущение, будто идем по краю обрыва, цепляясь друг за друга. Но вдруг Осборн в отчаянии отстраняется и надрывно шепчет, с силой упираясь кулаками в столешницу по обе стороны от меня:

– Не надо, детка. Уйди, прошу, пока не поздно.

POV Чарли

Ты моя, Ри.

Моя.

Я предупреждал, чтобы не шла ко мне – и ждал, что придешь. Теперь не знаю, что хуже.

– …уйди, прошу, пока не поздно.

Она обиженно замирает, но засовывает гордость подальше. В ее глазах, черных от возбуждения, отражается протест. Ну точно без тормозов девчонка. Мне, по ходу, конец.

– Я думала, ты собираешься меня развратить, сломать ценности и разбить розовые стекла моих очков. А сам укрываешь меня своими черными крыльями, чтобы не дай бог при падении не поранилась… Что тебя останавливает, Чарли?