Чтение онлайн

– Ржунимагу!
– вопил гремлин, колотя кулачками по полу.
– Бугага! Гыгыгы! Вмемориз! Афтар жжош!

С каждым его воплем Прокоп выглядел все более жалким и несчастным. Он стыдливо спрятал за спину злополучное мыло и втянул голову в плечи, больше всего желая сейчас провалиться под землю.

– Я пойду, наверное… - еле слышно пробормотал он, поворачиваясь к двери.

– Стой!
– опомнился гремлин.
– Ну ты силен, старый! Однозначный зачот! Плакаль! Давай сюда свою анкету, я тебе ее пошлю. Адрес какой?

– Странный адрес, - слегка оживился Прокоп.
– Ни улицы, ни дома - только написано чего-то не по-русски, и еще про собаку странное чего-то.

– Давай сюда, - вырвал у него все листки Венька.
– Ужоснах! Ты что, старый, до сих пор гусиным пером пишешь?!

– А что?
– надулся домовой.

– В Бобруйск, жывотное!
– заорал на него гремлин.
– Ты где был весь последний век, старый?! В сортире пряталсо?! На вот, почетай, повысь грамотность!

Тоненькие когтистые пальчики с бешеной скоростью забарабанили по клавишам, перегоняя выстраданную анкету Прокопа в электронный вид. А домовой недоуменно вертел в руках книгу в половину собственного роста - хорошо, что господары такие сильные, даже самого Большака могут поднять, а не только его книжку.

– А-лекс-экс-лер, - по слогам прочитал имя автора Прокоп.
– Это чего - нерусский, что ли?

– Пшолнах!
– отмахнулся Венька.
– Наш он, наш.

– Гремлин?

– Русский! Большак это, старый! Мы, гремлины, книжков не пишем - не наше это дело! Наше дело - в карбюратор конденсат подливать!

Венька последний раз щелкнул мышкой, пару секунд любовался на экран, а потом горделиво объявил:

– Все, старый, улетело твое письмо по адресу!

Прокоп невольно поднял глаза к потолку. Венька криво усмехнулся, покачал головой и задумчиво сказал:

– Ну ты все-таки кадр, старый… Надо про тебя Апачу рассказать. Апач таких коллекционирует.

– Каких таких?

– Тупых таких!!! У него в коллекции как раз только такого экземпляра не хватает!

Прокоп снова надулся.

– Да ты чего, старый?
– хихикнул гремлин.
– Ты чего, обиделсо?

– Венька, прекрати, а?
– жалобно попросил Прокоп.

– А то еще можно Мицголу тебя сдать - пусть забанит нах… - задумчиво обдумывал варианты гнусненький гремлин.
– Любит он, сцука, это дело - меня вот забанил зачем-то…

Старый господар только вздохнул. Разговаривая с Венькой (да и большинством других гремлинов), он не понимал добрую половину.

– Да, в баньку бы сейчас неплохо… - почесал в затылке он.

В туалете зашумело, забурлило, а потом стукнула дверь, и на пороге появился Каналюга.

– Венька, у тебя слив не работает, - булькающим голосом сообщил он.

– Слив защитан, - рассеянно отмахнулся гремлин, одной рукой двигая мышкой, другой зажигая новый косяк, а ногами барабаня по клавишам. У гремлинов, собственно, ног и нет - они четвероруки, как мартышки.

– Не сдох пока, старый пень?
– посмотрел на Прокопа Каналюга.
– Живучая ты коряга…

Прокоп набычился, исподлобья глядя на этого водяного. Каналюга жил в самарской канализации уже почти полвека, что изрядно отразилось на его внешности - он стал тощим, как скелетина, зеленым, покрытым плесенью и ужасно вонючим. Кроме основного имени у него было еще и запасное - Туалетный Человечек. Ласковое такое прозвище. Каналюга и в самом деле любил в самый неожиданный момент выныривать из унитазов и пугать людей.

Особенно маленьких детей, за что пользовался недоброй славой.

– Я тебе сколько раз говорил окурки в унитаз не бросать?
– пробулькал водяной, капая на пол буроватой жижей.
– Загадили мне всю канализацию! А я там живу!

– Водяной должен жить в реке!
– не выдержал Прокоп.
– Или хоть бы в озере! На худой конец - в болоте… хотя это уже болотник будет.

– Прокоп, где ты у нас в городе последний раз незанятое озеро видел?
– фыркнул Каналюга.
– В Волгу меня не пускают… А маленькие водоемчики все нарасхват… И чем тебе моя канализация не нравится? Там хоть почитать всегда есть что…

– А запах?

– Чуть что, так сразу запах… - заворчал Каналюга, выжимая мокрые волосенки. Впрочем, их и было-то всего один пучок - на затылке. Остальная макушка - грязно-зеленая плешь.
– Ничем я и не пахну, чего пристал?… У тебя, кстати, я слышал, дом сносят?

– Да…

– И правильно! Давно пора - у тебя там даже канализации нет!!!
– возмущенно всплеснул руками водяник.
– Это же анахронизм - посреди города антиквариат стоит! Снести! Я Михею еще в том году говорил - снести!

Своим знакомством с самарским городяником унитазный водяной очень гордился и всем подряд тыкал в нос - меня сам Михей уважает! Я в мэрии как у себя дома!

– А мне-то куда?!
– возопил Прокоп.

– Найдут какую-нибудь халупу… - пожал плечами Каналюга.
– Вам, домовым, хорошо - домов в городе полно, а вас мало… Вон - из десяти зданий девять пустые стоят, без домовых!

– Непорядок, - грустно согласился старый господар.
– При царе такого не было!

– И канализации при царе тоже не было, - возразил водяной.
– А что это за жизнь - без канализации?

– Е, старый, а тебе уже ответ пришел!
– завопил Венька.
– Четай!

– Буковки какие-то меленькие… - проворчал Прокоп, безуспешно пытаясь разобрать что-нибудь на небольшом экранчике.

– А я тебе сейчас шрифты увеличу, - с готовностью ударил по клавише гремлин.
– Четай, старый!

– С по-лу-че-ни-ем се-го над-ле-жит при-быть… быть… по ад-ре-су… су… - с трудом начал читать Прокоп. Он с огромным трудом разбирал этот новомодный язык - до сих пор не отвык от ижиц и ятей.
– Чего это мне тут? Идти куда-то?

– Да не, это ехать, - заглянул ему через плечо Каналюга.
– Отсюда не близко.

– У-ли-ца Таш-кен-тска-я… - по слогам прочитал Прокоп.
– Ой, да это ж далеко…

– А ты как я!
– ехидно посоветовал Каналюга, захлопывая за собой дверь.

В туалете послышался плеск, бурление, воркотание, шум воды, а потом все стихло. Канализационный водяной уплыл по трубе в свои дурнопахнущие владения.

Спустя час на ночном шоссе появились две крохотные фигурки - широкоплечий седобородый домовой-господар с рюкзачком за плечами и скрюченный приплясывающий гремлин. Венька вызвался проводить Прокопа до места назначения.