Чтение онлайн

– Но нарушений порядка не допускают?

– Нет, государь. Все чинно, достойно.

– Хорошо. Я не утомил вас, Сергей Александрович?

– Могли бы и не спрашивать, прямо сказать, что аудиенция окончена. Да и мне надо еще кое-что сегодня сделать. До свидания, ваше величество.

С утра 7 мая специально созданные группы офицеров начали обход домов по пути торжественного проезда государя, который был назначен на девятое число. Руководил этим делом В.Ф. Джунковский по приказу великого князя Сергея Александровича. Командиры отдавали распоряжения жильцам, составляли и проверяли списки лиц, которые должны были быть допущены в квартиры, окна которых выходили на путь следования императорской четы и свиты.

В течение нескольких дней на коронацию приехали королева Греции Ольга, три великих герцога, два владетельных князя, двенадцать наследных принцев, шестнадцать принцев и принцесс, три православных патриарха – Антиохийский, Иерусалимский и Александрийский. Папа Римский и архиепископ Кентерберийский послали своих епископов. Китайскую делегацию, как упоминалось ранее, возглавлял старый знакомый Николая – генерал-губернатор Кантона, один из крупнейших политических деятелей страны Ли Хунчжан.

На торжествах было аккредитовано рекордное для того времени число российских и иностранных репортеров. Здесь же впервые в истории России появились операторы, присланные изобретателями кино французскими братьями Люмьер для того, чтобы снять документальный фильм о предстоящем событии.

8 мая на Смоленский вокзал при огромном стечении народа прибыла вдовствующая императрица Мария Федоровна. Ее торжественно встретила вся царская семья и иностранные высочайшие особы, находившиеся в Москве. Вечером в честь Марии Федоровны перед Петровским дворцом была исполнена серенада. Объединенный хор насчитывал одну тысячу двести человек.

К полудню 9 мая в Петровский дворец стали съезжаться члены императорской фамилии, иностранные гости, другие лица, участвовавшие в торжестве. Оно началось в половине третьего. Погода стояла чудная, светило солнце, было тепло как летом.

Великий князь Сергей Александрович встретил государя у ворот Петровского дворца. Орудийные залпы и колокольный звон известили народ о том, что царь выехал в Кремль. Уже с двенадцати часов все переулки, ведущие к Тверской, были затянуты канатами и запружены массой народа. Войска встали шпалерами по сторонам улицы. Из каждого окна дома московского генерал-губернатора выглядывали высокопоставленные зрители. Народ ликовал, повсюду слышались крики «Ура!», «Слава!».

Около пяти часов на Красную площадь въехал взвод полевой жандармерии под командованием полицеймейстера Ефимова, за ним собственный его величества конвой, золотые кареты свиты, кавалергарды. После них вся округа взорвалась громкими приветственными воплями, грянули оркестры.

Император на белом арабском скакуне проследовал по Тверской и въехал на Красную площадь. Народное ликование достигло своего апогея.

В половине девятого вечера, когда почти все жители Москвы вышли на улицы, отчего езду по некоторым из них пришлось прекратить, царская семья переехала из Кремля в Александрийский дворец, украшенный феерической иллюминацией. Вся Москва, за исключением Кремля, очередь которого еще не настала, сияла разноцветными огнями. Огромное багровое зарево было видно за десятки верст. Народное ликование продолжалось до глубокой ночи.

В дворянском собрании был дан раут, на который прибыли до тысячи человек. Там играл оркестр, шампанское лилось рекой.

Следующие пять дней пролетели как один сплошной праздник. Приемы иностранных делегаций следовали с утра до вечера. В Москву прибывали все новые гости.

С утра субботы, 11 мая, герольды начали объезжать Москву, объявляя народу о священном короновании. Они раздавали людям красиво отпечатанные плакаты. Вечером состоялся раут у министра иностранных дел князя Лобанова-Ростовского, на котором присутствовали все великие князья и иностранные гости. Ночью же проводилась проба иллюминации Кремля. Очевидцы говорили, что это было нечто сказочное.

В воскресенье герольды вновь объезжали город с объявлениями о коронации. Это был день Святой Троицы, поэтому состоялся церковный парад войск, отмечавших в этот день свои храмовые праздники.

13 мая церемониймейстеры официально объявили о дне коронования иностранным послам. Вечером их величества переехали в Кремль. Состоялась всенощная у Спаса за золотой решеткой.

Ровно в семь часов утра 14 мая 1896 года ударил колокол Ивана Великого. С Тайницкой башни загрохотали пушки, давшие двадцать один выстрел. Эти сигналы известили народ о том, что в Успенском соборе Кремля началось молебствие о здравии и многолетии царя и царицы.

В половине девятого туда прибыли иностранные гости, придворные дамы, высокопоставленные чиновники, представители православного духовенства и иноверческих исповеданий.

Через четверть часа на Красном крыльце появилась вдовствующая императрица Мария Федоровна. Она шла в пурпурной мантии с большим двуглавым орлом. Бриллиантовая корона сверкала под золотым балдахином. За ней следовали придворные в богатых генеральских и камергерских мундирах. Вдовствующая императрица прошла в Успенский собор.

Через полчаса с Красного крыльца сошел взвод кавалергардов. Зазвучали фанфары и трубы. На верхней площадке крыльца показались их императорские величества со свитой.

Громкое «ура», подхваченное многотысячной толпой, разливалось по Красной площади и набережным реки Москвы, занятым народом, прибывшим со всех концов России. Под эти восторженные крики и мощные звуки гимна, исполнявшегося военными оркестрами, император и императрица спустились с Красного крыльца. Они поклонились людям и под золотым балдахином направились к собору.

Николай и Александра поднялись на паперть, где их ожидал Сергий, митрополит Московский.

Он благословил правящую чету и произнес речь, обращенную к государю. В ней митрополит упомянул, что на земле нет ничего выше и труднее бремени царского служения.

По окончании речи Николай Второй, его мать и Александра Федоровна вошли в собор. Государь сел на трон Михаила Федоровича, вдовствующая императрица Мария Федоровна заняла место царя Алексея Михайловича, Александра Федоровна – Иоанна Третьего.

Митрополит Санкт-Петербургский Палладий приблизился к царскому трону и спросил государя о его исповедании. Император поднялся и громко произнес символ веры.

После этого и начался чин венчания на царство, то есть коронования. По прочтении молитв и Евангелия государь облачился в порфиру и надел на шею цепь ордена Святого Апостола Андрея Первозванного. Затем ему на малиновой бархатной подушке была поднесена большая императорская корона, вся усыпанная алмазами, ярко сияющая под лучами церковных огней.