Чтение онлайн

– Не ты один с удовольствием набил бы морду Никольскому. Редкий подонок! – проговорил он.

Покровский встречался с графом Долговым на том же месте в Таврическом саду. Тот выглядел устало.

– Что случилось, Петр Петрович? Вид у вас какой-то больной. Неприятности на службе?

– Какой службе, Алексей Евгеньевич? Заседание в совете – разве служба? Если бы даже дело было в этом!.. Моя благоверная загуляла с комиссаром. Извините, я не должен был этого говорить, но не сдержался.

– Странно, по вашим же словам, Маргарита Юрьевна последнее время являла собой пример образцовой жены.

Граф вздохнул:

– Как всегда, играла. В ней пропал талант великой актрисы.

– Но это ваше личное дело, я вам в нем не советчик.

– Понимаю и не прошу совета. Будь что будет. Иногда мне кажется, лучше бы она совсем ушла. Однако я пригласил вас сюда не жаловаться на судьбу.

– Слушаю вас.

– У меня складывается впечатление, что Временное правительство долго не продержится.

– Почему?

– Большевики очень умело раскачивают ситуацию. У них на руках выигрышные козыри. Это заявления о прекращении войны на любых условиях, переделе собственности в пользу трудящихся масс и другие, позитивно воспринимаемые рабочими и крестьянами.

– Но ведь большевики летом потерпели сокрушительное поражение. Их лидер Ульянов с соратниками вынужден был покинуть Россию.

– Да, но сейчас ситуация меняется. Зараза большевизма все больше проникает в умы общества.

– Еще бы, ведь Ульянов предлагает мир. А нынче воевать никто не хочет. Потому как Временное правительство, по сути, сделало все возможное для разложения армии. Войска остаются на фронтах, но масштаб дезертирства впечатляет. Еще немного, и немцы без особых проблем начнут оккупацию России.

– В этот момент правительству надо бы принять кардинальные меры, однако Александр Федорович не поддержал намерения генерала Корнилова выступить на Петроград для подавления большевизма.

– Керенский допустил ошибку. Это был, пожалуй, единственный его шанс сохранить Россию, не допустить катастрофы. Но не думаю, что решения Временного правительства повлияют на поведение Корнилова.

– Тогда нам остается ждать кровавых событий.

– Кровь, Петр Петрович, прольется в любом случае. Те деятели, которые рассчитывали мирным путем захватить власть, просчитались. Они предполагали, что будет достаточно отречения императора, удаления из столицы великих князей. Тогда власть сама упадет им в руки. Петр Петрович, никакого отречения не было.

– Как это не было? Манифест об отречении был опубликован во всех газетах.

– Временщики опубликовали то, что сами и создали. Я присутствовал при этом, поэтому могу со всей ответственностью заявить, что государь не отрекался от престола.

– Это уже не важно.

– Приходится согласиться. Скажите, а где сейчас находится Ульянов?

– Поговаривают, что сейчас он в Финляндии, где точно, не скажу. Этого никто не знает, иначе его уже арестовали бы.

– А информация о том, что Германия финансирует большевиков, подтверждена?

– Прямого подтверждения, насколько я знаю, нет, но кому больше всех выгодна очередная смена власти в России? Причем такая, которая может закончиться выходом России из войны? Ответ очевиден: Германии. Следовательно, немцы не пожалеют денег, дабы свергнуть Временное правительство, призывающее к продолжению войны. Алексей Евгеньевич, в Петрограде тревожно. Хорошо вам, вы сидите дома и узнаете о событиях из газет. А мне приходится…

– Не вешайте нос. Что для вас изменится, если к власти придут большевики? Перейдете на их сторону и останетесь при своих интересах. Так сделают многие. – Покровский едва не сказал «предатели и подонки». – Какие новости по царской семье, Петр Петрович?

– Заслуживающих внимания – практически никаких. Семья продолжает находиться в Тобольске, под охраной. Ей ничего не угрожает. По крайней мере пока.

– Вы связываете безопасность государя и его семьи с Керенским?

– Не только. Но с Александром Федоровичем в первую очередь. Слава богу, сейчас в Петросовете не звучат требования суда над императором или помещения его в тюрьму. О нем вообще почти не говорят.

– Ясно. Держите, пожалуйста, меня в курсе событий.

Покровский не успел зайти в кабинет, как телефон издал сигнал вызова.

– Слушаю, – ответил князь.

– Алексей Евгеньевич? – услышал он женский голос. – Это Лиза Ступина.

– Елизавета Андреевна, здравствуйте, рад вас слышать.

– Добрый день, Алексей Евгеньевич. К нам приехал человек от Сергея.

Это было неожиданно.

– Вот как? Интересно. Надеюсь, с Сергеем все в порядке?

– Да. Человек хочет встретиться с вами, спрашивает, возможно ли это.

– Конечно. Если его не затруднит, пусть приезжает прямо ко мне. Адрес мой помните?

– Да, конечно.

– Я жду его.

– Хорошо. До свидания, Алексей Евгеньевич.

– До свидания, Лиза, привет батюшке и матушке.

– Благодарю, передам.

Покровский положил трубку и задумался: «Что бы это означало? Скорее всего, Кириллин не смог связаться с Петроградом из Тобольска и направил для этого курьера. Остается надеяться, что это человек надежный. У Сергея в Тобольске особого выбора нет и быть не может, но и первого встречного он на меня не выведет. Что ж, дождемся, поговорим с этим человеком».

Он попросил горничную поставить самовар.

Вскоре возле дома остановилась пролетка. Покровский из окна видел, как из нее вышел мужчина в штатском, но с явной военной выправкой. Вместо правой кисти у него был черный протез.

Через минуту денщик Рубейко доложил:

– К вам, ваше сиятельство, поручик Беркутов из Екатеринбурга.

– Пусть войдет, Степан. Попроси Лиду принести сюда чай.

– Слушаюсь!

В кабинет вошел мужчина с протезом.

– Разрешите представиться: поручик Беркутов Владимир Борисович.

Покровский улыбнулся, подошел к гостю.

– Покровский Алексей Евгеньевич. Прошу, проходите, присаживайтесь. Сейчас будет чай.

– Слушаюсь, ваше превосходительство!

– Да не надо официальностей, Владимир. Вы не против, если я буду называть вас по имени?

– Никак нет.

Лида принесла поднос со стаканами и сахарницей.

– Пожалуйте, угощайтесь.

Покровский взял стакан. То же самое сделал Беркутов.

– Где воевали, поручик?

– В Галиции, ваше превосходительство.