Рассвет Четвёртый. Часть 1
Шрифт:
– Да ладно, не переживайте, уж мессейр-то и не от таких царапин оправлялся, – махнул рукой Марк. – Он же как киррих, говорят, они выживают даже с потенциально смертельной раной. А наш мессейр круче кирриха.
Почему-то уверенность Марка меня покоробила.
***
На следующее утро, открыв дверь в общую комнату, я первым делом увидел Дракона, расположившегося посередине дивана с сигаретой в руке. Сидел он немного скованно, перевязанная рана причиняла достаточно неудобств, но выражение его лица было живым, а полуприкрытые глаза лихорадочно блестели.
Я поздоровался и, привычно не услышав ответа, прошёл на кухню помогать Кларисту с завтраком и мытьём посуды. На столе я обнаружил сиротливо стоящий стакан с какой-то неприглядной мутной жидкостью и благоразумно решил его не трогать, пока мыл чашки.
От входной двери послышался резкий скрип, звук удара и приглушенные ругательства. Через несколько мгновений в комнату влетел Дейк, снимая на ходу куртку, запорошённую снегом.
– Где этот у... – громко начал он в своей непосредственной манере; увидев Дракона, он незамедлительно продолжил: – А, вот он! И Квадра тут, волчонок, рад тебя видеть!
Я искренне заулыбался – почему-то Дейк своим присутствием вызывал самые тёплые чувства, заполняя своим уютным шумом всю комнату.
– Не рано ли ты сегодня вскочил? Ты ведь не просыпаешься раньше полудня! Или график работы сменил? – ехидно заметил я.
– Да такое дело... – помрачнел старый волчек. – Закрыл я своё заведение, вот. До лучших времён. Доспехи стали уж больно часто захаживать, от этого одни убытки. И опасно стало – кажется, опять начали за моим рестораном приглядывать.
Взгляд Дейка вновь наткнулся на Дракона и сразу посуровел.
– Вот сукин сын! Я думал, он готов ноги протянуть, а тут на тебе – уже курит!
Тёмный волчек прищурился, но не подумал убрать компрометирующую его сигарету.
– Чего пришёл? – равнодушно и, как мне показалось, даже развязно спросил он Дейка.
– Кларист сообщил, что тебя ранили, так я подумал, может, моя помощь нужна, раз я всё равно теперь не при делах.
Дракон хотел что-то сказать, но его опередил ситрек:
– Помощь ещё как нужна! – Кларист взял со стола стакан с мутным раствором. – Заставь его, наконец, принять лекарство!
И ситрек попытался всучить стакан Дракону. Тёмный волчек брезгливо повёл носом и показательно развёл руки – не возьму, и не надейтесь.
– Здесь же комплекс витаминов, тебе полезно! – чуть не взмолился Кларист.
– Не буду.
– И что только на тебя нашло!
Поставив стакан обратно на стол, ситрек вернулся на кухню, похоже, обидевшись. Я никогда ещё не видел обиженного ситрека, и зрелище оказалось комичным – маленький неволчек нахмурил надбровные дуги и встопорщил чешуйки на затылке и руках, разом став почему-то ещё более милым на вид.
Я отважился взять стакан и понюхать его содержимое – вроде пахло приятно, чем-то пряным и терпким.
– Хм... – почесал я затылок.
– Уж не знаю, что ему в нём не нравится, – пожаловался мне Кларист. – Аллергии на компоненты я не выявил.
– Терпеть его не могу, – произнёс Дракон.
Дейк подозрительно сощурился на тёмного волчека, а я недоумённо переводил взгляд с ситрека на старших волчеков.
Тёмный волчек, исподволь следивший за переменами на наших лицах, неожиданно фыркнул, что можно было принять за смешок.
– Так, – насупился Дейк. – Дракон, ты мне не нравишься.
– Да? Чем же? – легкомысленно спросил тот.
– У тебя слишком хорошее настроение!
– Не понял? – насторожился тёмный волчек, возвращаясь с небес на землю. – Почему тебе это не нравится?
– Во-первых, хорошее настроение тебе несвойственно. Во-вторых, подозреваю, что ты в состоянии аффекта обдумываешь какую-то безумную идею, а это грозит огромными неприятностями для всех. В-третьих, меня уже настораживает и напрягает сам факт! Кларист, ты случайно никаких галлюциногенов ему не подсовывал?
По мере того, как Дейк говорил, лицо тёмного волчека откровенно вытягивалось и мрачнело на глазах, он становился всё более похож сам на себя. Вот что мне не давало покоя – выражение расслабленности и довольства, столь необычное для жёсткого лица Дракона.
– Пока не вижу ни одной веской причины, объясняющей, почему моё хорошее настроение – это плохо, – на удивление миролюбиво сказал Дракон.
– Да я просто пытаюсь понять, отчего тебя так разнесло и чем это нам всем грозит! Обычно раненый волчек не пребывает в такой радости, а зная твой эмоциональный диапазон, я могу заключить, что ты пребываешь едва ли не в эйфории. Кстати, кто тебя задел-то?
– Красный статтер, – отмахнулся от сигаретного дыма Дракон. – Я напоролся на лезвия наруча.
– Судя по характеру раны, насадился, – скрестил руки на груди недовольный ситрек.
У Дейка начался нервный тик на правом глазу.
– Как?! Зачем?!
Тёмный волчек помолчал, видимо, раздумывая, сказать правду или опять её завуалировать.
– Проверял реакцию статтера, но суть не в этом. Главное – статтер сейчас вне себя, и я надеюсь, ещё не скоро из этого состояния выйдет.
– Дракон, я уже ничего не понимаю.
Я готов был подписаться под словами старого волчека.
Вздохнув, Дракон встал, слегка пошатываясь, подошёл к столу и потушил сигарету в пепельнице.
– Это Арно, Дейк. Я практически не рассматривал эту возможность в ближайшие два года – о его здоровье поступали не самые хорошие вести, но вышло как нельзя лучше... Всё складывается более чем превосходно.
– Арно?!
Дейк невидяще нащупал рукой стул и тяжело на него опустился.
– Пресвятые Одиннадцать... Это катастрофа.
– Почему? – нахмурился тёмный волчек.
Наконец-то и Дракон хоть чего-то не понимает, мрачно подумалось мне.
– Да что мы можем сделать с Кровавым Арно, разгуливающим по Кест-Ферналу?! – вспылил Дейк. – Он же камня на камне не оставит от столицы!
– Да, это несколько мрачная... перспектива. Но у нас есть существенное преимущество.
С недоверием покосившись на высокого худого волчека, Дейк буркнул:
– Какое же?
– Я.
– Так, – вздохнул Дейк. – Я всё больше и больше уверяюсь в том, что Кларист переборщил с инъекциями.