Рассвет Души Повелителя. Том 7
Шрифт:
— Разве увиденного недостаточно?
Вэй покачал головой, его длинная борода колыхнулась от этого движения.
— Не совсем. Тем более, представь, что случилось бы, если каждый сильный практик мог бы уничтожать целые секты по своему усмотрению. Весь континент погрузился бы в хаос. Отшельники, вроде меня, могли бы стереть с лица земли любого, кто им не понравится. Нет, существуют правила, негласные, но от того не менее важные. Их соблюдают все, кто дорожит балансом в мире Возвышения. У всего есть мера и если заиграешься с этим, то кара Неба неизбежна.
Я молчал, обдумывая его слова. Они казались мудрыми, но часть меня все еще жаждала немедленных действий.
— К тому же, — продолжил Вэй, его голос стал тише, — у этой секты «Бездонного Страха» может быть козырь в рукаве. Нельзя идти неподготовленными. Мы не знаем всех их возможностей.
Я вздохнул, понимая правоту наставника. Действительно, мы мало знали о нашем враге, кроме того, что их техники основаны на страхе и способны убивать мгновенно.
— Хорошо, наставник, — сказал я, — но зачем нам идти в императорский дворец?
Глаза Вэя блеснули, и на его лице появилась хитрая и, я бы даже сказал, каверзная улыбка.
— А вот это самая интересная часть. Мы идем туда, чтобы уведомить императора о происходящем. Пусть он сам собирает доказательства и принимает решение. В конце концов, это его обязанность — следить за порядком в империи. Я слишком стар для этого, вот!
Он сделал паузу, а затем добавил с лукавой усмешкой:
— К тому же, если нам повезет, император может поручить именно нам разобраться с этим делом. А это отличный повод заглянуть в императорскую сокровищницу и… позаимствовать пару-тройку интересных техник, на которые я давно заглядывался. А тут еще и такой случай представился. Замечательно!
Вот он, настоящий Вэй — всегда ищущий выгоду даже в самых опасных ситуациях. Впрочем, кто я такой, чтобы осуждать его.
— И, — добавил он, облизнув губы, — в столице подают самые вкусные куриные ножки на всем континенте. Грех упускать такую возможность!
Не успел я ответить, как воздух вокруг нас задрожал, и появилась группа людей. Во главе их стоял высокий мужчина с мощным телосложением и крупным суровым лицом. Его аура была настолько плотной, что, казалось, сам воздух вокруг него сгущался.
— Байхуа Ки-Цунг, — прошептал я, узнав патриарха западной ветви «Лазурного Потока».
Байхуа, увидев Вэя, немедленно склонился в глубоком поклоне.
— Отшельник Вэй, это честь встретить вас здесь. Мы прибыли, как только получили известие о нападении.
— Даже я не успел вовремя, Байхуа. Боюсь, уже поздно, — он указал на юношу, который рассказал нам о нападавших. — Этот молодой практик рассказал нам все, что случилось, пусть расскажет и вам. А я тем временем отправлюсь доложить об этом деле императору.
— Мы безмерно признательны вам за помощь, отшельник Вэй, — снова поклонившись, начал глава западной ветви. — Подмога от имперского двора будет неоценима.
— Не стоит благодарности, — Вэй махнул рукой, прерывая его. — Это общее дело, ради баланса на континенте. Но, — его голос стал серьезнее, — будьте готовы. Секта «Бездонного Страха» может вернуться. Их цель — вы, Байхуа.
Патриарх выпрямился, его глаза сверкнули решимостью.
— Мы будем готовы, отшельник. Они не застанут нас врасплох во второй раз.
Следом Вэй достал из своего пространственного кармана знакомый нефритовый диск, покрытый сложными узорами. Он положил его на землю и начал чертить вокруг него символы своей духовной энергией.
Воздух вокруг нас вскоре начал вибрировать, наполняясь силой. Я встал рядом с Вэем в центр формации, чувствуя, как энергия окутывает меня. Мир вокруг нас начал размываться, превращаясь в калейдоскоп цветов и форм.
Когда реальность снова обрела четкость, мы оказались на оживленной улице имперской столицы. Шум городской толпы обрушился на нас, словно волна. Правда, нас обходили стороной и старательно делали вид, будто ничего такого здесь сейчас не произошло.
— А вот и мы, — довольно произнес Вэй, потирая руки. — И, о чудо, мы оказались прямо перед лучшей закусочной в столице! Вот же неожиданный сюрприз.
Я прищурился. Неожиданно, как же.
— Наставник, — начал я, — может, лучше сразу во дворец, все же дело неотложное.
Вэй посмотрел на меня так, словно я сморозил сейчас величайшую глупость в своей жизни.
— Запомни главное правило успешного практика: никогда не берись за серьезное дело на голодный желудок. Дела делами, а обед ждать не может! Потом неизвестно, когда ты еще поешь нормально.
С этими словами он решительно направился к небольшому, но уютному на вид заведению. Над входом висела вывеска с изображением золотистой куриной ножки. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.
Внутри закусочной было тепло и шумно. Запах жареного мяса и специй был настолько сильным, что у меня немедленно потекли слюнки. Вэй уверенно прошел к свободному столику у окна и уселся, жестом приглашая меня присоединиться.
— Две порции ваших лучших куриных ножек! — крикнул он хозяину фразу, которую я уже слышал явно не менее тысячи раз.
Пока мы ждали заказ, я не мог не заметить, как Вэй постоянно оглядывается, словно ожидая кого-то. Его поведение казалось мне странным больше обычного, но я решил не спрашивать. За годы, проведенные с ним, я научился тому, что у отшельника всегда есть причины для своих действий, даже если они не очевидны на первый взгляд. И более того, даже если он сам о них не задумывался. Правда, это не мешало мне задавать вопросы.
Наконец, перед нами появились две тарелки с аппетитно выглядящими куриными ножками. Золотистая корочка блестела в свете ламп, а аромат был настолько соблазнительным, что я почувствовал, как мой желудок громко заурчал.
Вэй с энтузиазмом набросился на еду, и я последовал его примеру. Первый же укус заставил меня понять, почему наставник так восхвалял это место. Мясо было нежным и сочным, а специи создавали идеальный баланс вкусов во рту.
— Ну как, ученик? — спросил Вэй с набитым ртом. — Стоило ради этого задержаться?
Я кивнул, не в силах ответить из-за полного рта. Действительно, эти куриные ножки стоили того, чтобы немного отложить важные дела.
Внезапно атмосфера в закусочной изменилась. Посетители затихли, а в воздухе повисло напряжение. Я поднял глаза от своей тарелки и увидел, что в дверях стоит высокая фигура в черном.