Чтение онлайн

– Конечно. – Джесс вышел вместе с Калебом. Сара знала, чем огорчен Калеб. В своем письме Джеймс ни разу не упомянул о том, как в Сент-Луисе относятся к индейцам. И вряд ли он сказал своим друзьям, что его отец – индеец.

Хуанита закончила украшать торт. Сегодня вечером Том узнает, что она – беременна. Теперь у нее не осталось никаких сомнений. Весна растопила снега в горах, и весной зародилась жизнь в чреве Хуаниты Сакс. Она подсчитала, что беременна уже почти четыре месяца, значит, ребенок появится где-то в октябре. Том пошлет еще одно письмо родителям и сообщит им приятную новость. Сейчас почти май, возможно, к июлю они получат его.

Хуанита пошла в спальню и придирчиво осмотрела себя в зеркало. Интересно, заметил ли Том, как располнела ее талия? Боже, сколько раз она благодарила судьбу за то, что ни один из насильников не сделал ее беременной. Господь сохранил ее для единственного мужчины, которого она действительно любила.

Она услышала стук копыт, затем быстрые шаги по крыльцу. В дом ворвался Том. Сердце Хуаниты бешено забилось в ожидании плохих вестей. Но тут раздался его ликующий крик и счастливый смех. Хуанита ждала, когда он поделится с ней своей радостью, и не стала говорить ему о ребенке.

– Хуанита! Сейчас я тебе кое-что покажу! – закричал Том, размахивая небольшим кожаным мешочком. Он развязал его и высыпал оттуда несколько золотых самородков.

Хуанита взяла один из них и внимательно рассмотрела.

– Похоже на золото!

– Это и есть золото! Золото из нашего ручья, который бежит по нашей земле и спускается с нашей горы! Золото лежит на дне ручья, Хуанита, и это значит, что на горе его еще больше!

Она в недоумении уставилась на него.

– Золото?

Он схватил ее за руки.

– Золото! И оно наше! Мы богаты, Хуанита, очень богаты!

В ее глазах заблестели слезы радости.

– О, Том, ты уверен в этом?

– Уверен, как и в том, что люблю тебя. Она улыбнулась, обнимая его.

– О, Том, если это правда…

– Если это правда, я смогу построить тебе великолепный дом. Ты будешь жить еще лучше, чем когда-то. У тебя будут слуги и…

– Все, что мне нужно, это ты. Ты и наш ребенок! Он улыбнулся.

– Я знаю, но жизнь станет для нас намного лучше, Хуанита. Мы заслужили это… – он осекся и посмотрел на нее. – Ты сказала «ребенок», как будто…

Она улыбнулась и кивнула.

– Где-то в октябре, я думаю. Том погладил ее по щеке.

– Твоя новость намного лучше, чем моя, – мягко произнес он и заключил ее в свои объятия. – Никогда не думал, что буду так счастлив, Хуанита. Мы будем богаты, у тебя будет ребенок. Как бы я хотел, чтобы отец был здесь, но, вероятно, он не сможет приехать. Как ты думаешь, он поймет по Моему письму, как сильно я хочу, чтобы он приехал?

Хуанита засмеялась.

– Том, я ведь его даже не знаю. Как я могу сказать, что он подумает?

– Я так скучаю по нему. Хуанита взглянула на мужа.

– Нам сегодня есть, что отпраздновать. Я испекла торт. Я хотела, чтобы он был особенным.

Том чмокнул ее в щеку:

– А я испортил все новостью про золото. Ведь ребенок намного важнее. Я очень счастлив, Хуанита. – Он подхватил ее и закружил по комнате. – Какой день! Золото в моей земле и ребенок в моей женщине. Никто не может быть счастливее, чем я.

Том поставил ее на ноги, и Хуанита посмотрела ему в глаза, в которых больше не было ненависти, а только любовь и радость.

– Мы должны дать часть золота отцу Хуаресу и миссии, – сказала она.

Том кивнул, все еще не в силах поверить в свое счастье.

– Да, – он поцеловал ее в щеку. – Завтра я поеду в Соному и как следует проверю все документы на землю, а заодно оценю самородки.

– Отец Хуарес говорил, что все бумаги в порядке.

– Хочу еще раз убедиться. Она схватила его за руку.

– Будь осторожен, Том. Я так не люблю, когда ты ездишь туда. Не могу отделаться от страха, что кто-нибудь узнает…

– Никто ничего не узнает. Все позади. – Он встал на колени, обхватил ее за бедра и поцеловал живот.

– Все, что мне нужно, – это здоровый ребенок и чтобы ты легко его родила. Это – главное.

– Я чувствую сердцем, что все пройдет хорошо. Господь услышал наши молитвы. И он приведет сюда твоего отца. Вот увидишь.

Сара не отрываясь смотрела на приближающихся индейцев. Среди них не было ни одной женщины, и все они были по-боевому раскрашены. Она подошла к Джессу, который уже приготовил ружье.

– Что ты о них думаешь, Джесс?

– Они не нападают. Это, должно быть, Калеб. Когда индейцы нападают, они издают воинственный клич.

Она заслонила глаза от солнца, пытаясь разглядеть, нет ли среди них Калеба. Сара не особенно боялась индейцев. В конце концов, она – жена Голубого Ястреба, и Калеб научил ее, как это сказать на языке шайенов. Индейцы обычно не нападают на одиноких путешественников, хотя несколько ложных обвинений в их адрес все-таки прозвучало, и теперь их жестоко преследовали солдаты.

Семья Саксов устроила стоянку около Южного Плато, по дороге в форт Ларами, где они собирались присоединиться к обозу, который движется на запад.

Жизнь в Колорадо стала очень тяжелой. Торговля с Санта-Фе практически прекратилась и стала невыгодной, эпидемия холеры унесла жизни многих индейцев. Все эти невзгоды привели к тому, что разорившийся Вилли Бент сжег дотла форт, предварительно отослав на север жену-шайенку вместе с детьми.

Семье Саксов ничего не оставалось, как покинуть свое небольшое ранчо и отправиться на поиски нового места. Но Линда отказалась уезжать из Колорадо, не убедившись, что с Кейлом все в порядке. Ей хотелось еще хоть раз увидеться с сыном, и Калеб отправился его разыскивать. Теперь, когда индейцы немного приблизились, Сара увидела среди них мужа, который казался выше ростом и шире в плечах, чем остальные. Он поднял ружье и крикнул.

– Все в порядке, Джесс!

Джесс опустил ружье, Калеб и еще один всадник отделились от остальных и поскакали еще быстрее. Другие индейцы остались ждать.

– Джесс, это Кейл, – воскликнула Линда и бросилась бежать навстречу сыну.

Джесс схватил ее за руку.

– Подожди, помнишь, что Калеб говорил нам: «Шайены не показывают своих чувств на людях». Не ставь сына в неловкое положение, Линда.

– Но это же Кейл!

Джесс понимал ее состояние, но когда увидел, как юноша подъехал ближе, то понял, что это не тот Кейл, которого они знали два года назад. Теперь он стал настоящим индейцем. На нем были штаны из оленьей кожи, мокасины и жилетка из шкуры бизона. Лошадь и открытые части тела были раскрашены. Длинные волосы заплетены в косичку на боку, на голове торчало перо, на шее, как всегда, висело голубое ожерелье. Верхушка пера была отрезана по диагонали. Джесс достаточно много говорил с Калебом о шайенах и знал значение этого символа. Перо указывало на то, что индеец убил врага, перерезав ему горло.