Чтение онлайн

ночь это был Макс….

Я отпустила мимолетные мысли и сосредоточилась на продолжении его истории…

Дениз изменяла ему с принимающим игроком из футбольной команды. Он больше

никогда с ней не разговаривал. Вскоре после этого, он встретил Кэтрин, и в течение двух

месяцев они разговаривали о браке и детях. Это было на протяжение его первого года в

старшей школе, и Кэтрин была очень похожа на мою сестру, - хотела выйти замуж

молодой, завести детей и осесть. Макс подыгрывал ей, прикидываться было не во вред, и

потом он не хотел обманывать. В конечном итоге они были подростками.

Их отношения закончились, когда он покинул город, конечно.

Однажды в Калифорнии, он встречался, но тоже ничего серьезного. В основном

девушки-фанатки серфинга, выгоревшие блондинки-зайчики, которые пинали песок весь

день, пока здоровые, загорелые, накачанные мальчики демонстрировали свои навыки на

доске. Макс не был так хорош в серфинге, но как он сказал, девушкам он все равно

нравился.

– Угу, я уверена, - сказал я. – Кто бы мог отказаться? – я сжала его бицепс.

– Оказывается, многие девушки могли.

– Ох, продолжай..

– На самом деле ничего интересного, - сказал он. – У меня не было действительно

серьезных отношений ни с кем длительное время.

– Ты хочешь жениться?

Он взглянул на меня.

– Ты делаешь предложение?

Я выпалила и нескромно рассмеялась.

– Ты знаешь, что я имела в виду.

– Да. Брак? Я не знаю. Полагаю, что важно только быть с правильным человеком.

– Ну, конечно.

– Нет, - сказал он. – Я имею в виду желание. Как кто-то просто может хотеть

жениться? Я думаю, ты на самом деле будешь хотеть только этого, когда будешь с

правильным человеком. Никто не знает, хочет ли он жениться, что-то вроде абстрактной

идеи. Ты не знаешь, как это, если ты не на ком-то женат, как такие мысли могут быть

серьезными?

Настала пауза и предположила, что он ждет от меня ответа.

– Думаю, что ты слишком много думаешь.

– Хмм. Возможно. Все дело в том, что ты здесь.

Мы молчали остаток пути до Лос-Анджелеса. Мы попали в небольшую зону

турбулентности на десять минут, а в остальном полет был гладким.

Гладким, в физическом состоянии, по крайней мере. Эмоционально, все было

немного шатким.

Я не хотела, чтобы выходные с Максом заканчивались. Завтра означало

возвращение к работе. И поскольку я люблю свою работу, которой занималась, было бы

большим приуменьшением сказать, что я отвлекалась на мысли о Максе постоянно.

На противоположном конце эмоционального диапазона, я немного нервничала из-за

Макса, который был расплывчат и пренебрежителен о его отношениях с женщинами в

последние годы. Я знала, что, возможно, ничего больше, чем он щадил меня от страшных

рассказов о столкновениях с Голливудскими горячими, перевозбужденными, и самыми

отчаянными девушками-старлетками и светскими львицами.

Если это было тем, чем Макс занимался, то он все сделал правильно. Я на самом

деле не хочу знать обо всех этих женщинах. Все что я хочу знать, это куда все приведет с

Максом. Пока что, он не дал мне настоящей причины, чтобы бояться. Он не сделал и не

сказал абсолютно ничего, чтоб заставить меня чувствовать, что ему недостаточно меня.

Я мысленно пнула себя за то, что позволила своему негативу и неуверенности в

себе завершить такие прекрасные выходные.

5.

Кристал не было, когда я приехала домой. Она не упоминала об этом по телефону,

но я догадалась, что она работает.

Было немного больше пяти вечера, поэтому я решила, что могу заняться своими

постоянными воскресными проверками со своими родителями. Мама ответила после

перового гудка. Папа был на другом телефоне. Они спрашивали, как прошла моя неделя, и

я рассказала им, за исключением веселой поездки на побережье с Максом Далтоном,

конечно.

У них была переделка кухни, поэтому мне пришлось выслушивать десять минут

точные описания моей мамы, что подрядчик собирался сделать, а папа встревал каждые

тридцать секунд или жаловался на стоимость новой стойки, шкафчиков, и еще много чего

другого. Небольшой спор продолжился и мама, наконец, сказала, что они должны

обсуждать это, когда не разговаривают со мной по телефону. Слава богу.

– Грейс поблизости?

– Она только что уложила ребенка спать. Позволь я позову ее, - сказала мама.

Мне на самом деле нужно было поговорить со своей сестрой. Я откладывала это

все выходные. Я знала, что если бы позвонила ей в пятницу вечером, я бы была такой

злой, что наверняка сказала что-нибудь, о чем пожалела бы. Но сейчас, прошло достаточно

времени, когда я могу, вероятно, вести с ней разумный разговор.

Когда мама и папа отключились, и осталась только Грейс, я сказала:

– Ты сказала Крису где я?

– Что? Нет! Я говорила тебе, что сказала только что в Лос-Анджелесе.

– Тогда он выследил меня.

– Он что?

Я сказала:

– Крис появился в дверях моей квартиры в пятницу вечером.

– Святое дерьмо, - удивление в ее голосе было неподдельно испуганным, а потом

сменилось на сожаление. – Мне так жаль.

– Да.

– Это моя вина. О, Господи. Мне так жаль.

В течение следующих двух минут или около того, она, наверное, извинилась раз

десять, пока я объясняла что произошло. Я знала, что она действительно сожалела, но я

сказала ей прекратить извиняться. Я была в той части, где кое-кто спас меня, но я не

сказала, ей кто это был конкретно. Я просто сказала, что это был сосед.

– Мне просто нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, - сказала я, пытаясь

привести этот разговор к завершению.