Чтение онлайн

— Что все это значит?

— Да ничего особенного, просто случайная встреча, — не прекращал улыбаться он.

— А ты куда-то собралась, моя дорогая? — прощебетала Изабель, излучая счастье. — Такой дождь! Разве твои дела не подождут?

— Подождут, — буркнула я недовольно, понимая, что сегодня, пока Диего дома, мне уже никуда не выбраться.

— Вот и хорошо! — засияла она, словно бриллиант под ярким солнцем. — А мы с Диего как раз обсуждали будущий прием у сенатора Леандро Гарденоса по случаю помолвки его старшей дочери, Ребекки…

Я горестно вздохнула. Необходимость улыбаться на приемах у важных персон скорее тяготила меня, чем вызывала радость, как у Изабель. Но та болтала без умолку, рассказывая мне о сенаторе — очередном из них, я продолжала путаться в именах и лицах, — и никак не хотела меня отпустить.

Вышла Лей, закутанная в плащ. Я недовольно оглянулась, выбралась из рук Диего, сунула ей в руки сверток и плащ.

— Мы никуда не идем, ступай отнеси это в мою комнату.

Праздная суета в поместье Адальяро продолжалась до вечера. Утомившись, я укрылась в своей комнате и вновь попыталась устроить допрос Лей. Но моя верная служанка, явно сидевшая как на иголках, упрямо отрицала любые предположения и продолжала натянуто улыбаться.

Я отпустила ее. Отпустила, дождалась темноты и тишины в доме, накинула на себя плащ и выскользнула во двор, подсвечивая себе фонарем. Дождь хлестал как из ведра, но я не обращала на это внимания — ноги несли меня туда, куда неизменно возвращались все мои дурные предчувствия.

— Куда-то собрались, донна? — словно призрак, вынырнул из темноты Хорхе, преградив мне путь.

Я вскрикнула и выронила фонарь. Стекло вдребезги разлетелось — и сразу стало темно, как в подземелье.

— Я… я…

— Решили сбежать под крылышко к полюбовничку? — вкрадчиво поинтересовался невидимый в темноте Хорхе.

Отпрянув от него, я вгляделась в непроглядный мрак.

— Что вам нужно?

— Не трудитесь, донна. Полюбовничек сегодня не сможет вас принять, — так же вкрадчиво протянул Хорхе над самым моим ухом и схватил меня за локоть. — Подрезали его.

— Что?.. — опешила я, ощущая, как холодеют ноги.

— Все гадают, доживет ли до утра. И лекарь у него там безвылазно, с прошлой ночи.

— О чем ты говоришь?

— Не о чем, а о ком. О вашем ненаглядном Вепре, конечно.

Он сказал «подрезали»? Он хочет сказать, что…

Я ринулась в темноту, толкнув Хорхе плечом, осознавая, что нахожусь на грани безумия; но через несколько шагов запуталась в мокром подоле юбки, споткнулась и упала прямо в скользкую грязь.

— Джай… — услышала собственный всхлип.

Капюшон слетел с головы, мгновенно намокшие волосы упали на лицо. Размазывая по щекам слезы вместе с каплями дождя, я пыталась убрать с глаз холодные, будто змеи, волосы, одновременно силясь подняться. Но ноги уже не держали, и я ползком, не разбирая дороги и не понимая, в правильном ли направлении двигаюсь, устремилась вперед.

— Донна?.. — сквозь шум дождя долетел до моих ушей мерзкий голос. — Донна, вы где?

Низ живота свело судорогой. Охнув, я прижала к нему ладонь.

— Джай…

Прохлюпали по грязи тяжелые шаги. В голове поплыло, тело пробил нехороший озноб. Холодно было везде — и онемевшим ногам, беспомощно ерзавшим по грязи, и рукам, к которым прилипли холодные рукава, и шее, потому что за шиворот стекали капли дождя. Тепло было лишь между бедер — тепло и мокро…

В глаза ударил свет фонаря. Надо мной склонилось усатое лицо Хорхе.

— Ну, будет, донна. Повалялись, и хватит. Пора идти в дом.

— Джай…

— Да и пекло с ним, донна. Мало ли таких Джаев будет на свете.

Проклятый мерзавец вздумал меня утешать!

Живот все сильнее скручивало узлом. Хорхе неловко приподнял меня одной рукой, удерживая в другой фонарь, и, словно куль с соломой, поволок к дому.

В доме случился переполох. Потерявшись в изматывающей тревоге, я услышала обеспокоенный голос Изабель и резкий возглас Диего.

— Вельдана! Ради всего святого, что случилось?! Где ты была?!

— Джай… — шевельнулись мои озябшие губы.

— Кто ей сказал?! Ты, негодник?! — взвизгнула Изабель.

Снова ощутив между бедер теплую влагу, я успела ужаснуться — и провалилась в туман.

*не ошибка: так называется одна из характеристик судна

====== Глава 44. Не все мечты сбываются ======

Комментарий к Глава 44. Не все мечты сбываются глава пока не бечена

Комната, казалось, плавилась от нестерпимой жары. А в комнате, словно кусок сбитого сливочного масла в печи, плавилась я. Опахала из павлиньих перьев, с помощью которых домашние рабыни с утра до ночи усердно создавали надо мной подобие ветерка, мало спасали: мое грузное, неповоротливое тело неизменно покрывалось испариной. Я заерзала, тщетно пытаясь отлепить от взмокших бедер тонкую ткань рубашки.

— Полежите неподвижно, донна Адальяро, — строго нахмурился дон Сальвадоре. — Я хочу услышать ваше сердцебиение в состоянии покоя.

— Шутите? — глубоко вздохнула я и отерла лоб смятым носовым платком. — Я и так только и делаю, что все время лежу.

— Весьма вам сочувствую, донна. И все же, сделайте милость, расслабьтесь и дышите спокойно.

Сухощавая рука доктора мягко коснулась моего запястья. Он внимательно прослушал биение крови в едва заметной жилке, после чего несколько раз приложил к моему животу небольшую костяную трубочку, расширявшуюся с одного конца. Малыш недовольно завертелся внутри и пнул трубочку пяткой. Впрочем, это мог быть и кулачок — если внутри и в самом деле мальчик. Я усмехнулась. Сын, достойный своего отца.

— С ребенком все в порядке, — чинно отпрянув, вынес вердикт дон Сальвадоре.

— Он все время пинается, — пожаловалась я и, наконец повернувшись на бок, потерла поясницу.

Лей немедленно села на край кровати и принялась мягко растирать мне спину.

— Просится на белый свет, — глубокомысленно заметил доктор, укладывая трубочку и белые перчатки в лекарский ларец. — Время подходит, уж недолго осталось. Вы хорошо потрудились, выполняя мои рекомендации, теперь осталось только благополучно разродиться.

Лей возмущенно фыркнула за моей спиной, но тут же сделала вид, что поперхнулась и закашлялась.

— И… теперь мне можно вставать? — я с надеждой посмотрела на дона Сальвадоре.

В течение нескольких месяцев после несчастного случая, когда на Джая было совершено покушение, а я едва не потеряла дитя, мне запрещали не то что гулять по поместью, но даже вставать с кровати. Запрет я, разумеется, нарушала, время от времени измеряя неторопливыми шагами комнату — под чутким надзором Лей, — однако чувствовала себя запертой в тюрьме узницей, не имея возможности выйти за ее пределы. Казалось, еще немного — и я вовсе разучусь ходить.