Райская птичка и черный дракон
Шрифт:
К счастью, этим утром Хун Хуа куда-то запропастилась. Она ни в коем случае не должна узнать об его отношении к ней. Ведь им осталось совсем немного времени вместе. Дальше она вернется в свой клан, найдет себе более подходящего спутника на тропе самосовершенствования, а он… над ним уже давно нависло предчувствие смерти. Единственное, что его сейчас должно интересовать – как перед свои уходом защитить тех, за кого он в ответе – свой клан и своего племянника.
Пришло время сутр и медитаций. В этот раз его преследовали странные видения – небесный город, два божественных мальчика, один из которых с белыми волосами. Как любой совершенствующийся, Лю Цзин мечтал однажды вознестись и стать богом.
Теперь, с этой внутренней Тьмой, что поселилась в нем, это было невозможно. Так откуда же эти чистые видения небесных картин?
Когда он открыл глаза, Хун Хуа сидела за его столом и смотрела на него своими огромными карими глазами. Раньше она хотя бы ждала снаружи.
Перед ней лежало письмо, что принесла Сунь Яо. Похоже, она нашла его здесь.
– Что думаете об этом, Учитель Лю? – с некоторым напряжением спросила она и помахала листом.
Глядя на ее нахмуренный лоб, он вдруг тихо рассмеялся. Это был ее почерк, там была ее энергия. Более того, она писала, что притворяется влюбленным в него.
– Нахожу это забавным, – ответил он.
– И что же забавного? – мрачно спросила она.
– Хун Хуа, я знаю, что ты этого не писала, – мягко сказал он.
Конечно, он сразу это понял. Девушка, которая со всей искренностью и нежностью обнимала его в толпе на празднике, не могла вернуться и написать это. А вот старшая ученица Сунь Яо, которая в последнее время вела себя неадекватно, была мастером в каллиграфии. И раздобыть немного чужой энергии для нее не проблема.
– Вчерашние благовония… – вдруг догадалась Хун Хуа, – я видела, как Сунь Яо выходила из магической лавки, которую вы… вы…
–... которую я утопил в крови? – с горькой насмешкой произнес Лю Цзин.
Девушка перед ним чуть вздрогнула и опустила глаза.
Он невольно жадно разглядывал ее, пока она на него не смотрела. Со вчерашнего дня она будто стала еще красивее.
– Учитель Лю, – тихо сказала она, – то, что произошло между нами вчера…
Хун Хуа медленно залилась краской. Лю Цзиню захотелось подойти обнять ее, такой трогательный у нее был вид. Но он строго сказал:
– Забудем об этом. В этом нет твоей вины. И прости меня, что я не смог сразу с собой совладать.
Ее ресницы медленно приподнялись, девушка посмотрела ему в глаза. Что-то было в этом взгляде. Другое. Она смотрела не как обычно. Будто заглядывала ему в душу.
Они молчали. Эта девушка становилась ему все ближе, даже ни говоря ни слова. Если бы существовала какая-то другая жизнь, где они не были из враждующих кланов. Где ему не грозила скорая смерть.
– Не привязывайся ко мне, Хун Хуа, – наконец тихо произнес он, – нам никогда не будет с тобой по пути.
Лю Цзин поднялся, обошел неподвижную фигуру девушки, и вышел, тихо притворив за собой дверь.
А Мира недоуменно поднесла руку к груди. Она не понимала, почему ей так больно от его слов. Ведь она знала, что это игра. И в то же время знала, что это правда – ни в этой, ни в настоящей их жизни, им никогда не будет по пути.
***
Почти такую же боль ощущала сейчас и Сунь Яо, которая пришла к Учителю, заглянула в окно и увидела, как эти двое смотрят друг на друга. Как это было возможно?
Боль и злость.
Это она, Сунь Яо, была с ним все эти годы. Но он предпочел поверить этой Хун Хуа, из-за отца которой Фэньюнь проживает худшие свои времена.
Сунь Яо тихонько проскользнула в хижину, когда эта выскочка Хун Хуа наконец-то вышла.
Письмо, которое Сунь Яо так искусно подделала, лежало на полу. С усмешкой девушка подняла его.
Что ж, не поверил Учитель, тогда поверит кое-кто другой.
***
Лю Цзин в этот день не смог долго переживать из-за Хун Хуа. Ученик прибежал из города и с распахнутыми глазами сообщил ему последнюю новость.
К городу идет демонический отряд во главе с новым Повелителем Демонов – Лю Мейлуном.
Причем, он не скрывает своих намерений. Лю Мейлун хочет подняться прямо на гору Фэньюнь – их гору. Чтобы освободить армию пятисот демонов и присоединить их к своим войскам.
Лю Цзин как глава Фэньюня должен был что-то решить. Да, до этого они способны были дать бой, но сейчас клан был ослаблен, людей не хватало. Да и они ничего не знали о Лю Мейлуне. Насколько он силен? Как никак он победил Ядовитую Звезду Луньшу.
Сливовые деревья сейчас были в цвету. С некоторой долей магии они давали цветы довольно часто, а в остальное время плодоносили. Но эти плоды никто не ел.
Бродя в этой роще пятисот демонов, Лю Цзин думал. Ели Фэньюнь даст бой – с большой вероятностью их клан окончательно прекратит свое существование. А Лю Мейлун в любом случае получит своих пятьсот демонов. Наверное, он надеется, что за эти годы заключенные под землей твари стали особенно злыми и голодными.
Если клан Фэньюнь просто позволит демону забрать войско, то клан Крыльев Пламени тут же обвинит их в сговоре с Лю Мейлуном. И, опять же, всех учеников Лю Цзина ждет смерть.
Было еще кое-что – в клане Фэньюнь сейчас находился Вэйвэй – жертвенный ребенок. Лю Мейлун и в том и другом случае сможет его забрать и убить.
Вот так вот. Все и так было плохо, а стало еще хуже. Но Лю Цзин был спокоен. В такие моменты он лучше всего понимал, что его эмоции тут не нужны. Надо было с холодной головой придумать, как он может спасти как можно больше жизней тех, кто ему дорог.
Ответы он, как обычно, искал в медитации. И снова его преследовали странные видения. Теперь они были далеки от небесных царств. Ему казалось, что он в Бездне, куда не проникают ни звуки, ни свет. Лю Цзин будто завис в Небытие один в самой глубине. А главное – он не чувствовал никакой связи со светлым Источником – это было так страшно, так безысходно, так больно. Стоило немедленно выйти из медитации. Но он будто потерял всякую волю – настолько Тьма поглотила его. Он просто не мог прийти в себя.
Где-то там среди пятисот слив на камне сидело его тело, а душа гибла во мраке. Лю Цзин не мог вернуться, он был будто парализован.
***
Мира разглядывала свое отражение в зеркале. Хун Хуа была очень красивой девушкой. Мире нравилось, что в этом теле у нее темные волосы и миндалевидные глаза. Было необычно настолько отличаться от себя настоящей. Возможно, даже в лучшую сторону. На месте Лю Цзина, точнее Лю Мейлуна в его обличии, она бы ответила взаимностью Хун Хуа. Хотя какой в этом смысл, он и сам прямо ей об этом сказал.