Чтение онлайн

Откашлявшись, Джепп пробормотал:

– Вы не знаете, оставил ли ваш брат завещание?

– Оставил, и я вам могу сообщить его содержание. Он оставил сто фунтов Глэдис Невилл, а все остальное – мне.

– Ясно. А теперь…

Мощный удар в дверь прервал разговор. Из-за двери показалась физиономия Альфреда. Он уставился вытаращенными глазами на обоих детективов, а потом выпалил:

– Там мисс Невилл. Она вернулась и немного не в себе. Спрашивает, можно ли ей войти.

Джепп кивнул.

– Попросите ее войти, Альфред, – сказала мисс Морли.

– О’кей! – И Биггс исчез.

Мисс Морли сказала со вздохом:

– Этот мальчишка – сущее наказание.

Глэдис Невилл была высокой белокурой девушкой лет двадцати восьми, немного худощавой. Несмотря на то, что была откровенно расстроена, она с самого начала проявила себя способной и умной девушкой. Под предлогом просмотра бумаг мистера Морли Джепп увел ее от мисс Морли в маленький офис, смежный с операционной.

Она продолжала повторять:

– Я просто не могу поверить в это! Невероятно, чтобы мистер Морли сотворил с собой такое!

Она настаивала, что он не выглядел ни обеспокоенным, ни подавленным.

Наконец Джепп задал вопрос:

– Вас сегодня вызвали телеграммой, мисс Невилл…

– Да, – перебила она его, – и все это оказалось просто чьим-то глупым розыгрышем. Я считаю, что порядочные люди так не поступают. Да, сэр, так шутить нельзя!

– Что вы имеете в виду, мисс Невилл?

– Так с тетей ничего не случилось! Она прекрасно себя чувствовала. Она ничего не поняла, когда я объявилась у нее. Конечно, я очень обрадовалась, но и очень рассердилась. Отправить мне такую телеграмму!.. Я так разволновалась!

– Телеграмма при вас, мисс Невилл?

– По-моему, я выбросила ее на вокзале. В ней было только это: «С вашей тетей случился удар вчера вечером. Пожалуйста, немедленно приезжайте».

– А вы уверены в том, что, – Джепп деликатно прокашлялся, – эту телеграмму отправил не ваш приятель, мистер Картер?

– Фрэнк? С какой стати?.. А, я понимаю, вы решили, что мы сговорились? Нет, старший инспектор, уверяю вас, ни я, ни он на такое не способны!

Ее негодование выглядело достаточно искренним, и Джеппу не сразу удалось ее успокоить. Однако вопрос о пациентах, которым было назначено на это утро, заставил ее вновь сосредоточиться.

– Они все записаны в книге приемов. Рискну предположить, что вы уже заглядывали туда. Я знаю почти всех. Итак, десять – миссис Соамс, новый зубной протез. Десять тридцать – леди Грант, пожилая дама, живет на Лоундес-сквер. Одиннадцать – мистер Эркюль Пуаро, регулярный пациент… ах, конечно, это же вы, извините, мсье Пуаро, я очень расстроена сегодня! Одиннадцать тридцать – мистер Алистер Блант, это банкир, вы же знаете. Прием был короткий – мистер Морли подготовил последнюю пломбу. Затем мисс Сейнсбери Сил, вне очереди, она позвонила и пожаловалась на острую боль. Ужасная болтушка, говорит без умолку. И очень суетливая. Потом, в двенадцать, – мистер Амбериотис. Это новый пациент, он позвонил из отеля «Савой». К мистеру Морли ходят многие иностранцы и американцы. Потом, в двенадцать тридцать, – мисс Кёрби. Она приезжает из Уортинга.

– Когда я пришел, – произнес Пуаро, – здесь был высокий военный джентльмен. А кто он такой?

– Один из пациентов мистера Рейли, полагаю… Разрешите, я принесу его журнал приемов?

– Благодарю вас, мисс Невилл.

Через несколько минут женщина вернулась с книгой, похожей на ту, которую она вела для мистера Морли.

– Десять, – читала мисс Невилл. – Бетти Хит, это девятилетняя девочка. Одиннадцать – полковник Аберкромби.

– Аберкромби, – пробормотал Пуаро. – C’etait ca! [20]

– Одиннадцать тридцать – мистер Говард Рейкс. Двенадцать – мистер Барнс. Это всё на первую половину дня. Мистер Рейли загружен совсем не так сильно, как мистер Морли.

– Не могли бы вы рассказать об этих пациентах мистера Рейли?

– Полковник Аберкромби – давний пациент, и все дети миссис Хит лечатся у мистера Рейли. О мистере Рейксе и мистере Барнсе я ничего не могу сказать, хотя мне кажется, я слышала их имена. Я же принимаю все звонки, понимаете.

– Мы поговорим с мистером Рейли сами, – заметил Джепп. – И безотлагательно.

Мисс Невилл вышла, а полицейский обратился к Пуаро:

– Все пациенты мистера Морли старые, кроме этого Амбериотиса. Я думаю, в скором времени мне предстоит интересная беседа с ним. Он, похоже, последний, кто видел мистера Морли живым, и нам надо точно убедиться, что когда он его видел, мистер Морли и вправду был жив.

Пуаро медленно покачал головой:

– У нас все еще нет установленного мотива.

– Знаю. Похоже, нас ждет настоящая головоломка. Но мы можем узнать что-нибудь об Амбериотисе в Скотленд-Ярде… – И старший инспектор резко добавил: – О чем вы задумались, Пуаро?

– Мне кое-что кажется странным.

– И что же именно?

– Почему именно старший инспектор Джепп? – сказал бельгиец с легкой улыбкой.

– Что?

– Я сказал: «Почему именно старший инспектор Джепп?» Часто ли офицера вашего уровня вызывают по случаю самоубийства?

– Вообще-то все произошло случайно. Я просто был неподалеку – в «Лейвенхэм» на Уитмор-стрит. Очень интересная мошенническая схема. Они позвонили мне туда и попросили приехать.

– Но почему они позвонили именно вам?

– А, ну это просто – Алистер Блант. Как только участковый инспектор узнал, что тот был здесь утром, он обратился в Скотленд-Ярд. Мистер Блант из тех, о ком мы здесь особенно печемся.

– Вы имеете в виду, что кто-то мог захотеть от него избавиться?

– Разумеется. Многие могли. Красные, для начала [21] . А еще наши чернорубашечные друзья. Блант и его группа – фундамент, на котором держится нынешнее правительство. Старые добрые финансисты-консерваторы. Если есть хоть намек на то, что против такого человека, как Блант, что-то задумали, от нас требуют самого тщательного расследования.

– Я примерно так и подумал, – кивнул Пуаро. – И мне кажется, – он всплеснул руками, – здесь кроется какой-то подвох. Настоящей жертвой был – должен был быть – Алистер Блант. Или же это только начало, начало какой-то дьявольской интриги. Я чувствую, чувствую, – он втянул носом воздух, – здесь запах больших денег!

– Слишком много предположений, – заметил Джепп.

– Я предполагаю, что ce pauvre [22] Морли оказался всего лишь пешкой в чьей-то игре. Возможно, он что-то узнал, вероятно, сказал что-то Бланту, или они опасались, что он может сказать Бланту нечто…