Чтение онлайн

— Не буду спрашивать, каково это, хоронить тех, кого знал всю жизнь.

— Ко всему привыкаешь, рано или поздно.

— Так вы перебрались в Долину вслед за оставшимися пауками?

— В этом-то и проблема, капитан. Я, мягко говоря, удивлена твоим находкам. Хотя это многое объясняет. Кто-то из выжившей троицы взрастил молодое пополнение. Считай идеальное место, всегда можно прикрыться лесом, что там пропало много разумных.

— А что там насчёт метки, дорогая Хикари, а главное зачем?

— Ну — лиса знатно смутилась — как ты уже понял, я надеюсь, что понял, вопрос о том, почему Мидори согласилась сменить семью не стоит?

— Вот отчего каждый раз, когда мы с тобой общаемся, я начинаю чувствовать стрёмные попытки манипуляции — я постарался закатить глаза так далеко, чтобы видны были только белки. От следующей мысли мне ударило током — так я не понял, все эти невинные разговоры про наследников, это твой личный план-капкан? И тогда на арене, когда я самозабвенно лупил котов, мне ни фига не послышалось про свадьбу??

— Влад, ты действительно всем нам стал дорог, даже мне — я подозрительно посмотрел на лису, та быстро прикрылась веером — но тут есть одна загвоздка, такая трёххвостая, рядом ошивается, даже сейчас.

— Вот уверен, я сейчас жестоко пожалею, о своём вопросе. Что такого может ей дать Влад Морозов, что эта загвоздка готова прожить с ним всю жизнь.

— Ничего — легко ответила Хикари, я выдохнул — и весь мир.

Я молча сидел напротив, пытаясь разгадать китайские ребусы без знаний языка. Старая лиса терпеливо ждала, пока на моём лице отобразится конец усиленного мыслительного процесса. Как говорил мой друг: я рано бросил курить гашиш.

— Хватит издеваться — сдаюсь на милость хвостатых чудовищ — просто объясни на пальцах идиоту. Мидори хочет замуж, так пусть заявит об этом.

— Она не может — сообщила мне Хикари радостную новость — мир невозможно о чём-то просить. Мидори может только ждать, так положено.

— Я сейчас сдохну от разрыва мозга. С каких пор я стал для неё сосредоточием всего?

— С первой вашей встречи.

— Я тут вспомнил один дебильный фильм из старой жизни, там волк-оборотень посмотрел в глаза младенцу, после чего всем рассказывал, что он её на веки — в это время Хикари радостно закивала.

— Так у вас в мире всё же есть кто-то кроме людей? — поинтересовалась лиса. В это время моя челюсть падала на пол.

— Стоять! — я взревел раненым тюленем, Хикари тут же сменила позу на прилежную отличницу — я для неё пара на всю жизнь?

— Вот можешь, когда хочешь — одобрительно ответила лиса.

— Мне надо выпить, много — я встал из-за стола, достал из бара бутылку вина, затем вернулся и сразу достал вторую.

— Неужели она тебе не по нраву, Влад? — забеспокоилась Хикари.

— Не в этом дело — видя реакцию лисы, поправился — точнее это в корне меняет всё. Просто я не понимал до конца, что происходит. А сейчас надо корректировать свои отношения с остальными.

— Вот тут точно нет проблем — Хикари беззаботно махнула рукой, заодно налив себе бокал вина — там уже всё решили, иерархия, очередь, отсутствие ревности.

В этот раз я поперхнулся вином так, что помощь целителя понадобилась прямо сейчас.

— Я всё понимаю, но такие вещи надо говорить под что-то более забористое из напитков и мясную закуску — донёс свою мысль до моей спасительницы.

Хикари задумалась на мгновение, потом быстро подошла к двери, позвав Мидори. Выдав ей распоряжения, уселась обратно в кресло, довольная как слон. Минут через пять принесли горячее, а также две бутылки мутной жидкости, сильно напоминающей первач. Я хотел разлить по высоким бокалам, от чего лиса изменилась в лице. Быстро достала из бара мензурки, считай копия наших стопарей, разлила мутную жидкость.

А вот тут я понял, что нашёл родственную душу. Чокнувшись, лиса закинула в себя содержимое стопки, после чего занюхала рукавом и снова разлила из бутылки на двоих.

Сколько мы пили по времени, я не помню. Точно знаю, что честь мундира не дала мне отъехать в алкогольный штопор первым. Нам было весело, грустно, потом снова весело. Последнее из воспоминаний было о том, что меня аккуратно поддерживают под руку, ведя в спальню.

Как всегда, такое утро начинается с кавалерийского эскадрона во рту вместе с лошадьми. Где-то рядом там же нагадили кошки. Мозг играл в имитацию вертолёта, периодически выдавая сообщение: мы над объектом, приготовиться к высадке. В такие моменты было хуже всего.

Однако чьи — то сильные, но добрые руки усадили меня в вертикальное положение. Избушка по имени Влад издала скрипы и стоны. Этим коварно воспользовались, влив в меня что-то горячее, минут через пять процедура повторилась.

По началу сил возмущаться не было совсем. Но вскоре экипаж вертолёта совершил посадку в моей многострадальной голове, и я смог сфокусировать взгляд.

— Прости, не хотел тебя беспокоить таким видом. Этого больше не повторится — я пока не мог понять, злится на меня Мидори или нет.

— О чём ты, Влад — нахмурилась лиса — бывает, всем надо отдыхать и морально разгружаться. Ты неплохо выглядишь после двух бутылок настойки. Чтобы так её пить с целителем, не припоминаю такого.

— А как пьют эту вашу настойку? — лично у меня в голове отложилось, что это самогон градусов на шестьдесят.

— Обычно не больше трёх рюмок за час — задумчиво ответила Мидори — а вы с бабулей за полтора часа добили вторую бутылку. Её, кстати, мои сёстры под руки выводили. Такого я точно не припомню.

— Пора завязывать с отдыхом, так можно про работу забыть наверняка — пытаюсь вылезти из кровати, но Мидори укладывает меня обратно.

— Приказ твоего начальника не появляться в штабе еще неделю — улыбнулась лиса — так что спи. Завтра, если сможешь соображать, подумаем насчёт дел рода.

— Как не появляться? — не скажу, что я рад отпуску, хотя, с другой стороны, можно заняться своими делами — улицы пустые, а я здесь задницей кверху после бухла.

— Влад, в городе некому не то что грабить, даже просто устроить пьяную драку некому — слова Мидори заставили моск скрипеть несмазанными шестернями — к тому же бойцы двух батальонов пограничных войск не церемонятся с нарушителями спокойствия, примеры уже раскачиваются на столбах и деревьях. Плюс гномы Белегара получили официальное разрешение на патрулирование улиц в течение трёх недель в переделах рабочих кварталов.