Чтение онлайн

Она не могла найти слов, чтобы объяснить свои прошлые муки. Она и Кеннет не были любовниками, но могли бы ими стать, если бы она не сбежала.

Майкл помрачнел. Он всегда обращался с Элизой как с девочкой. Она казалась ему такой юной, такой беззащитной!

— Он был твоим любовником?

— Нет. Нет, но мог бы им стать. Вот почему я скрылась. Он был женат, у него есть сын. Я не хотела разрушать семью, но и любовницей быть не хотела. Я покорилась судьбе, бросила работу, и с тех пор мы с Кеннетом не виделись.

Майкл провел рукой по лицу, словно стирая следы всех чувств, и заговорил. Он был почти спокоен, голос звучал холодно и отстраненно:

— Почему ты не сказала мне об этом той ночью? Ты должна была узнать его.

— Да, конечно. Я его узнала.

— Почему ты не сказала, что знаешь его?

— Не сочла нужным. Я думала, что не стоит ворошить прошлое. Тем более что между нами ничего серьезного не было. Мы тянулись друг к другу и могли бы стать любовниками. Но я уехала, и этого не случилось. Так что рассказывать было не о чем. Я не предполагала, что когда-либо встречусь с ним.

— Но сегодня он появился.

— Да.

Элиза догадывалась, о чем думает Майкл, и не осуждала его. Она не видела Кеннета три года, а сегодня они, обнаженные, лежали в ее постели. Неудивительно, что Майкл в шоке. Она сама чувствовала себя ничуть не лучше. Элизе казалось, что она все о себе знает, может представить свое поведение в любой обстановке, однако сегодня она открыла такие потайные глубины своей натуры, о существовании которых и не догадывалась.

— Мне очень жаль, Майкл. Я не ожидала, что так получится.

— Ты хочешь сказать, что он не принуждал тебя?

Элиза рада была бы оправдаться, но надо быть честной.

— Нет. Он настойчив и использует все средства, но не насилие.

Кеннету не было нужды применять силу. Он знал слабости, эмоции и желания Элизы и легко победил, потому что она не могла долго бороться с собой. Кеннет нашел способ вернуть прошлое и свою власть над ней.

Майкл глубоко вздохнул.

— Это все, что ты можешь сказать мне? Ты любишь его?

Элиза молчала, покусывая губы.

— А не меня, — медленно продолжил Майкл. — Ты всегда это говорила, и это — правда. Ты никогда не любила меня.

Элиза снова промолчала. Обманывать она не привыкла, а говорить чистую, как перед Богом, правду не хотелось, не хотелось причинять Майклу более жгучую боль.

— Ради Бога, скажи хоть что-нибудь! — воскликнул он, побледнев. — Ты можешь объяснить?! Разве я не имею права, по крайней мере, на это!

Элиза глубоко вздохнула и наконец решилась.

— Майкл… Мне так… так жаль… я не знаю, как объяснить. То, что я чувствую, не любовь. Это скорее ощущение… Только я ничего не могу поделать с собой.

Он невесело рассмеялся.

— А я-то все это время возносил тебя на пьедестал. Ждал, пока мы поженимся. Пальцем тебя не тронул, думая, что ты невинна и чиста, как падающий снег. И вот меньше чем за неделю до свадьбы застал тебя в постели с мужчиной!

— Я…

— Замолчи!!! — вдруг заорал Майкл.

Он смертельно побледнел и с такой яростью смотрел на Элизу, что ей показалось, будто он сейчас ее ударит. Вспышка гнева прошла неожиданно, Майкл резко отвернулся к окну и после минутного молчания, томительного, как вечность, продолжил разговор:

— Что дальше? Свадьбы, понятно, не будет. Если ты не возражаешь, труд сообщить всем об отмене мероприятия я возьму на себя. Пусть лучше это будет идти от меня, а не от тебя.

— Что ты будешь говорить?

— Правду. Скажу, что за последние одиннадцать часов мы передумали. — В комнате повисла напряженная тишина. — Это тебя устраивает?

— Да, — прошептала Элиза.

— Тогда прощай!

Развернувшись, Майкл вышел из комнаты.

Элиза стояла, слушая удаляющиеся шаги, и чувствовала себя слабой и опустошенной. Дверь за ним захлопнулась.

Всего неделю назад они с Майклом тщательно продумывали каждую мелочь, каждую деталь их свадьбы, и вот теперь все стремительно оборвалось.

Элиза нахмурилась. Майкл сказал «прощай», значит, имел в виду, что она не будет работать у него? Странно было бы ожидать от него чего-то другого. Да и как они могут работать вместе после того, что случилось? По офису наверняка поползут сплетни. Женщины будут ему сочувствовать и, что еще хуже, открыто это показывать, а Майкл жалость терпеть не мог. Сотрудники будут шептаться за их спинами и при встрече с любопытством разглядывать, бросать язвительные реплики, а то и задавать щекотливые вопросы: «Почему? Почему свадьбу отменили? Что случилось? Вы встретили другого? Или Майкл нашел новую подругу?»

Представив это, Элиза содрогнулась. Нет, она не сможет вернуться на работу, видеть боль и обиду в глазах Майкла, чувствовать себя отвергнутой невестой и отвечать на наглое любопытство. Завтра она отошлет в агентство письмо с отказом от места, потом продаст коттедж и уедет куда подальше.

Она тяжело вздохнула. Много времени, сил и денег было потрачено на устройство этого дома, ее собственного дома. Это был первый в жизни Элизы дом, отделанный по ее вкусу ее собственными руками. Как не хотелось ей уезжать отсюда! Но она знала, что оставаться здесь не может. Теперь не может.

Слезы подступили к глазам Элизы, и она заплакала навзрыд.

Кеннет, как всегда, появился рядом неожиданно — теплые сильные руки обхватили ее плечи, он повернул Элизу к себе и прижал к груди. Она была настолько огорчена, что не пыталась сопротивляться, ей отчаянно хотелось покоя и утешения. Она, всхлипывая, прижалась к Кеннету. Он, поглаживая, ласково перебирал ее волосы, и Элиза постепенно успокоилась.

— Он был не слишком груб?

Элиза вытерла мокрые щеки и нервно всхлипнула.

— Нет, не очень. Мне было так стыдно!

Кеннет приподнял подбородок Элизы, посмотрел в ее заплаканные глаза и осторожно поцеловал сначала один, потом другой.

— Ты не любила его, и он это обязательно понял бы после свадьбы. Вот тогда ему стало бы еще хуже, чем сейчас. Неужели ты не понимаешь?

Элиза не ответила, ее била нервная дрожь. Кеннет еще крепче прижал ее к себе, осторожно поглаживая ее плечи и внимательно глядя ей в лицо. Его глаза смотрели испытующе, темные зрачки сузились и стали похожими на бусинки. Элизе он вдруг показался похожим на хитрого кота, подстерегающего неосмотрительную мышь.