Чтение онлайн

— Наконец-то! — радостно приветствовал он Элизу. — Я почти испугался, что ты опять куда-то скрылась.

Элиза села напротив него и демонстративно углубилась в меню. Выбор был скромным, но названия блюд казались соблазнительными. Она выбрала салат, рыбу с картофелем фри и холодное мясо. Официант записал ее заказ и склонился над Кеннетом. Тот отдал предпочтение бифштексу с яйцом, поджаренному хлебу и салату из свежих овощей.

Официант ушел, а Кеннет налил в бокал Элизы шампанского.

— Ты долго собираешься здесь пробыть?

— Еще не решила, но… — Элиза пригубила золотистый напиток и почувствовала, как по телу разливается теплая волна, — думаю, недолго. Мне нужно вернуться и начать все заново. Я отправлю письмо в компанию, сообщу, что увольняюсь. Потом продам коттедж и буду искать новое место.

— Ты можешь работать у меня.

— Спасибо, не хочу. — Элиза сухо взглянула на Кеннета. — По-моему, это не самая лучшая идея.

— Почему?

Смутившись, она опустила глаза, рассматривая пузырьки, играющие в бокале. Элиза устала от его вопросов. Она и сама не знала, что думает и что чувствует. И не могла понять, почему в ней живет такое сильное желание спрятаться, убежать неведомо куда.

— Они скажут: «Неужели это она? Зачем она вернулась?»

— Кто это — «они»? — со смехом спросил Кеннет.

Элиза посмотрела на него и смешалась, поняв, что ее слова звучат странно.

— Ну-у… люди.

— Людям нравится учить других жизни. Ты не должна позволять им управлять собой. Жизнь есть жизнь, естественная и непредсказуемая. Людьми нельзя управлять. Ты — не машина, а живое существо.

Элиза отпила еще глоток вина.

— Кстати, о непредсказуемости. Я поехала бы искать работу за границей, например, в Италию.

Кеннет помолчал, о чем-то задумавшись.

— Ты хорошо знаешь язык?

— Я неплохо знаю французский и немецкий, а итальянский очень слабо. Но, если жить в стране, можно быстро научиться. Мне давно хотелось побывать в Италии, посмотреть на Рим, на Венецию, послушать неаполитанские песни.

— Но ты будешь для них иностранкой, — охладил ее пыл Кеннет. — Жить вдали от родины не так легко, как кажется. Местные жители везде плохо принимают в свой круг иностранцев. Лучше искать работу в родных пенатах.

Официант принес заказанные Элизой фрукты. Они были затейливо уложены вокруг огромной кисти нежно-розового винограда. По краям блюда снежными горами возвышались взбитые сливки.

— Красиво, как в сказке, — прошептала Элиза.

— Я не гурман, но это вкусно, — заметил Кеннет, пробуя вспененные сливки.

— Я тоже не привередлива в еде, — сообщила Элиза.

— Но ты говорила, что неплохо знаешь это заведение и бывала здесь не раз.

— Это так, но раньше кухня здесь была не привлекательной. Наверное, у них появился новый повар. — Элиза взяла с блюда сливу. — Эти сливы, я думаю, привозные. Мы с Майклом прошлым летом гостили у знакомых, у них в саду росли разные сорта слив — белые, желтые, лиловые, но таких огромных и темных я не видела.

Кеннет помрачнел и сердито сдвинул брови.

— Честное слово, до сих пор не могу понять, как ты могла согласиться выйти за него замуж. Неужели у тебя не появлялось ощущения, что ты делаешь величайшую ошибку в жизни?

— Мы могли бы быть счастливы, — возмущенно воскликнула Элиза, — если бы не ты!

— Ты не любила его, да и он не любил тебя по-настоящему. Не могу представить, чтобы такой тип потерял голову или заболел от любви.

— Ты не знаешь Майкла, — кинулась на защиту бывшего жениха Элиза, — он достойный человек!

— Достойный, но скучный. Брось, Элиза, ты прекрасно знаешь, что он не способен пылать страстью. И как вы могли бы быть счастливы? Все, что тебя ожидало, — это мирная, сытая, спокойная жизнь с человеком, который не требует от тебя слишком многого.

Элиза съела виноградину, откинулась в кресле и с негодованием уставилась на Кеннета.

— Я, кажется, просила больше об этом не говорить.

— Неужели ты действительно хочешь жить с человеком, который обеспечит тебе скучный покой?

Элиза вспыхнула, ее обидел этот вопрос.

— Теперь благодаря тебе с моим замужеством покончено, и нет смысла продолжать обсуждение.

— Я пытаюсь разобраться в твоих побуждениях, — спокойно объяснил Кеннет, и Элиза еле сдержалась, чтобы не наброситься на него за бесцеремонность.

— Мои мысли — мое дело, а не твое! Если мне понадобится психолог, я сама его найду! Тебе понравилось бы, если бы я копалась в твоих мыслях? Я тоже не желаю, чтобы любитель мучил мои мозги.

— Должен же кто-то думать, раз ты не хочешь! Тебе необходимо разобраться в себе. Ты одна из самых взбалмошных женщин, с которыми я сталкивался. Ты понятия не имеешь, что творится в твоей душе.

Элиза хотела сказать в ответ что-то резкое, но к столику подошел официант, и ей пришлось молча наблюдать, как Кеннет доливает в ее бокал холодное искристое шампанское. Элиза поймала себя на мысли, что ей хочется выпить много вина, значительно больше, чем в бокале. Это было странно, подобные желания появлялись у нее крайне редко.

Может быть, это тоже попытка уйти, скрыться от Кеннета Уордвика, отвлечься? Элизе было необходимо разобраться в себе, привести в порядок мысли и чувства, успокоить нервы. Она не могла думать ни о чем, кроме одного — как спастись от Кеннета.

Официант принес заказанный Кеннетом бифштекс. Кеннет отодвинул в сторону вазу с цветами, стоявшую в центре стола, и теперь Элиза была перед ним как на ладони.

— Ты не против познакомиться с моим сыном?

Удивившись, Элиза неуверенно ответила: