Чтение онлайн

– Чтобы было проще понять, - вставила слово «реальная» Нема, - скажу так: среди всех присутствующих кроме меня нет больше никого, кто мог бы противостоять Эвелинн. И то, я могу это сделать лишь по тому, что живым существом, как таковым, не являюсь.

Взгляды, обращенные на алату, стали откровенно опасливыми.

– Вы не могли бы не пялиться на меня так?! – вспылила Лина. – А то у меня такое чувство возникает, будто вы мне сейчас мешок на голову и жечь! Я сама все это слышу впервые!

– Я запускаю дальше, - предупредила воплощение Архива, пресекая посторонние разговоры.

– Создание Изменчивых было триумфом магов. Но продлился он очень не долго. Дело было в том, что новоявленные «алатаас лен корэ» категорически не желали исполнять волю правительства и считали это неразумной и бесчестной тратой сил. По их мнению, гораздо правильнее было использовать свои возможности во благо всего мира. Откуда такой альтруизм неизвестно, хотя предполагали, что все это воспитание в детстве сказалось, которое у всех четверых было одинаковое. Противостояние Изменчивых и правительства окончилось как раз тем, что «алатаас лен корэ» оставили свою службу и разлетелись в буквальном смысле этого слова. Первое время Изменчивые вели образ жизни, весьма напоминающий человеческий, и пытались помочь своей родной параллели, но постепенно поняли, что четырех для этого мало. У них возникли некие мысли о том, что было бы неплохо привлечь к этому делу и других алатов. Пока эта идея формировалась и зрела, Изменчивые в очередной раз потрясли создателей: дети этих «алатаас лен корэ» становились подобными родителям независимо от того, как проходили Грань...

Туманное изображение Немы вдруг всколыхнулось и растворилось в воздухе.

– Зараза, - беззлобно ругнулась воплощение Архива. – Время вышло… Ну и черт с ним, так договорю. В общем, первые Изменчивые подумывали о том, чтобы собрать всех алатов вместе и создать свою систему управления, но сделали это уже их дети. Вернее, всю основную работу проделал алат Страх по имени Элеан.

– Это тот, который мой дедушка?! – подозрительно уточнила Эвелинн, припомнив то, что рассказали ей демоны о встрече с Элизабет.

– Он самый, - подтвердила Нема. – И ты смело можешь им гордиться. Элеан оказался тем, кто не только сумел собрать многих алатов под свое руководство, но и удержать их. Твой дедуля был одним из тех, кто хряснул кулаком по столу и сказал, что обладая такой силой, какая есть у алатов, бездумно болтаться среди миров – преступление. Именно он поставил Суд Вечности в известность о появлении в междумирье алатов, доступно объяснил, что свое право на существование они заслуживают, и в случае необходимости будут отстаивать до последнего. Чуть погодя стараниями твоего дедушки и его соратников между алатами и Судом Вечности было заключено взаимовыгодное неизменное соглашение о том, что отныне крылатые берут на себя функцию контроля за соблюдением баланса параллелей и корректировки нарушений, а взамен освобождаются от обязанности отчитываться за свои действия. У алатов появилась своя иерархия, всем присутствующим хорошо известная, начали создаваться небольшие общины в местах пересечения нескольких параллелей… Своим признанием они были во многом обязаны Изменчивым.

– Раз все было так здорово, то как же вышло, что Изменчивые были истреблены? – хмыкнул Асмодей. – Элизабет говорила, что Элеан и его соратники подверглись гонению со стороны Суда Вечности и уничтожались без следа и без жалости. Что за кошка пробежала между ними?

– Элеан некоторое время входил в состав Суда. До тех пор, пока не понял, что и там личная выгода и корысть порой ставятся выше всеобщего блага. Дед Лины подобного не терпел, он со скандалом покинул Суд, напоследок заявив, что продолжит следовать избранному для алатов предназначению независимо от того, хотят судьи того или нет. Ничего против судьи не имели, вот только Элеана и Изменчивых слишком сильно боялись, чтобы оставить в покое. Сначала пошли слухи об их желании установить над всеми свое господство, потом огласке придали засекреченные особенности Дара… В итоге в Суд Вечности поступили сотни и тысячи обращений о том, что Изменчивые представляют собой огромную опасность для мирового порядка и спокойствия. Судьи, после долгих и, несомненно, мучительных, - на этом слове в голосе Немы послышался явный сарказм, - раздумий приняли решение об уничтожении Изменчивых. На тот момент численность их насчитывала порядка двух сотен. Скрыться от подручных Суда сумели всего восемнадцать. Это произошло несколько сот тысячелетий назад, а все последующее время истреблению безжалостно подвергались семьи Изменчивых, особенно дети, а также те, кто хоть немного поддерживал их. Так и получилось, что алатам самим было выгоднее раз и навсегда забыть о сильнейших своих представителях, чем постоянно находиться в поле зрения Суда и переживать за свою судьбу. Элеан был последним уцелевшим Изменчивым, и очень долго ему удавалось скрываться свое местонахождение. С его смертью Суд успокоился, считая сильнейших алатов бесследно исчезнувшими. Какое же их ждет потрясение…

– Отчего-то мне не хочется потрясать их фактом своего существования, - хмыкнула Лина. – Не нравится вероятность быть убитой только за то, что я, сама того не ведая, оказалась Изменчивой.

– По правде говоря, - чуть замялась Нема, - убьют тебя не столько из-за дедушки, сколько из-за Дара. Я имею в виду ту самую особенность, что так тщательно скрывали сами Изменчивые. В истинном облике они совершенно неконтролируемы. Тебе хорошо известно, что любому алату под силу довести человека до безумия своим Даром, но для этого надо сильно постараться. Изменчивым же надо сильно постараться, чтобы этого не сделать. После окончательного перехода Грани, ты будешь способна играючи вогнать в панический ужас несколько сотен людей и уничтожить этим их рассудок, а как освоишься с новыми способностями – тебе окажутся подвластны тысячи одновременно. И остановиться в такие моменты Изменчивые не способны. Не говоря уже о том, что в окончательной форме ты обретешь способность менять Дар и вторгаться в чувственно-эмоциональную сферу Старших и некоторых Древних.

– В мои планы ничего подобного не входит.

– А это Суд Вечности мало будет волновать. Их цель – избавиться от угрозы в твоем лице, не слушая пустых заверений.

– Есть шансы, что Лину не обнаружат? – поинтересовался Асмодей.

– Такие же призрачные, как мой восторг от тебя, - ухмыльнулась воплощение Архива. – Честно говоря, я не понимаю, как они до сих пор ее не вычислили, ведь она невероятно похожа на деда. Те же синие глаза, цвет волос, схожие черты лица. Я с первого взгляда поняла, что Эвелинн - прямой потомок Элеана, удивительно, что никто из судей, с которыми она пересекалась, не догадался.

– И что нам делать? – нахмурился Гончий. – Вечно прятать Лину от Суда, бегая между мирами?

– Вот не о том вы думаете, - покачала головой Нема. – Если не извести Дору, вопрос с Судом отпадет сам собой, так как никакой Изменчивой не будет. Так что сейчас важнее решить проблему с объединением души. А Суд… У Изменчивых был некий способ сдерживать себя, который действовал весьма и весьма недурственно. Думаю, если Эвелинн он подойдет, у нас будет шанс доказать ее неопасность и избавиться от преследования. Но способ этот мы с ней сначала обсудим наедине! И только после того, как будут первые подвижки с объединением души, не раньше. В данный момент такой разговор будет пустой тратой времени.

Эвелинн снова рухнула лицом в подушку, на этот раз не принимая истинного облика и не страдая от дурноты. Демоны угрюмо переглянулись между собой, потом с Десом. И никто не заметил, как Дэнна тенью выскользнула из комнаты.

Глава 29

Дэнна снова покосилась на готовый к переходу в Гильдию портал, но шагнуть в него не осмелилась. Точно так же, как и два дня назад, сразу же после впечатляющего рассказа Немы. Тогда, едва выйдя из залы, девушка незамедлительно решила, что о происходящем надо сообщить Аристарху. Во-первых, потому, что Эвелинн она небезосновательно сочла крайне опасной. Во-вторых, так Дэнна надеялась оградить Десмонда от гнева начальства. Правда, пока не особо понимала, как именно, но свято верила в то, что ей удастся убедить Аристарха не спускать три шкуры с ее напарника.

Отправиться в Гильдию в тот же день ей помешала внезапная, но весьма здравая мысль о том, что толкового разговора со Стархом сейчас не получится. Да, она услышала довольно много интересного, но сформулировать свои мысли так же четко, как это делала Нема, у нее не выйдет. В лучшем случае, глава Гончих просто не станет слушать ее путанные и сбивчивые речи, в худшем – поймет что-нибудь не так. Поэтому Дэнна решила для начала хорошенько обдумать, что конкретно она собирается сказать Аристарху, а потом уже посетить Гильдию.

И вот сейчас, казалось бы, она уже была готова к важному и, без сомнения, малоприятному разговору, даже выстроила пространственный портал. Но сделать шаг в него боялась просто до безумия. Дес вряд ли придет в восторг, узнав, что она сдала с потрохами его драгоценную алату. И вряд ли быстро простит ее за это. Да что там, Дэнна догадывалась, что он вообще никогда этого не сделает. Но долг службы в Гильдии… Он требовал от девушки незамедлительно сообщать главе или его заместителям о появлении угрозы мировому порядку, если ей становилось о таковой известно. Кодекс прямо указывал, что она должна сделать это независимо от того, противоречит ли этот поступок ее личным интересам и принципам. Вот только свод законов Гильдии не содержал короткого и ясного рецепта, подсказывающего, как переступить через себя.