Чтение онлайн

Билли слушал речь бывшего шефа, пытаясь найти, угадать в ней скрытый смысл.

— С тех пор, как президент этих лягушатников побывал в России, над твоей идеей предложить французам этот летающий хлам, «Каталины», нависла угроза. Чего доброго, тебе придется вышвыривать своих специалистов на улицу. А мне этого очень не хочется. Настал момент, которого я так опасался: в связи с потеплением отношений межу французами и Россией, во Францию ринутся русские. Это будет подобно тому, как хлынет вода через брешь в плотине. Небольшая, безобидная на первый взгляд, струйка быстро превращается в струю, бьющую под большим давлением. Прорыв станет расширяться всё больше и больше до тех пор, пока не хлынет мощный поток, который погубит не только твой бизнес, Билли, но и всю нашу демократию. Вначале высадится их десант: балет Большой, опера, цирк, другие деятели искусств. А теперь мне сообщили, что де Голль пригласил русский геликоптер с экипажем поучаствовать в тушении лесных пожаров на юге Франции, то есть заняться тем, чем мечтал заняться ты, Билли, со своими летающими лодками.

Наступает горячий сезон, Билли, не только в природе, но и у нас. Нам следует закрыть пресловутое отверстие в плотине как раз в то время, пока через него сочится тонкая и слабая струйка.

Шеф поднял из кресла своё натренированное, поджарое тело и, утопая башмаками в податливом, приглушающем звуки, ковре, подошёл к окну.

Сложив жалюзи, он бросил, собираясь с мыслями, взгляд вниз. Отсюда, с высоты двадцать седьмого этажа, улица казалась маленькой, но бурной рекой, текущей разноцветными автомобилями по дну глубокого каньона, отвесные берега которого образованы махинами небоскрёбов. Делая небольшой поворот у небоскрёба напротив, поток дробился на мелкие струйки и, перетекая по лепесткам эстакад, исчезал в дымке, окутавшей промышленную часть города.

Люди с высоты и вовсе казались мелкими букашками, копошившимися непонятно зачем там, внизу.

«Однако, это не так, — думал шеф. — Каждое из этих насекомых сражается за свою жизнь, стараясь заполучить как можно больший доступ к массе удовольствий, созданных ими же самими. Каждое из этих насекомых боится потерять жизнь и готово оплатить любой счёт, лишь бы выжить».

Ещё мальчишкой во время первого полёта на самолёте шеф был пленён высотой, создававшей иллюзию превосходства над другими. С тех пор он любил высоту и в буквальном, и в переносном смысле.

— Да, Билли, поездка президента Франции в Россию действительно резко изменила ситуацию. Поговаривают, будто президент до сих пор не может опомниться от всего того, что показали ему разоткровенничавшиеся русские. Да-да, Билли, русские показали ему все свои секреты, всё то, что несколько лет назад не сумел подсмотреть Пауэрс и за что ему едва не оторвали голову. А президенту Франции показали добровольно.

Билли готов был услышать все, что угодно, но только не это. Не заложен ли в этом какой-то дьявольский смысл?

— Правильно ли я понял вас, шеф? Они что, показали ему даже свои баллистические ракеты? — глаза у Билли лихорадочно светились. — Но это были наверняка искусно выполненные макеты. Хорошо сработанные макеты, не более того. Говорят, ещё со времён Екатерины Великой русские большие мастера на такие проделки — на время проезда императрицы строят поодаль от дороги новую деревню и показывают ей, будто настоящую.

— Нет, дорогой Билли. Это были не макеты. Это были настоящие межконтинентальные баллистические ракеты. Мы сопоставили время старта, время и точность падения головных частей. Наши радары в Иране фиксировали подготовку ракет к пускам, несмотря на то, что русские пытаются нас сбить с толку, подавая сигнал «скорпион». Ты ведь ещё помнишь, что по этой команде они прекращают все работы, связанные с посылом радиосигналов.

Президент до сих пор вспоминает, как в его груди вибрировало от немыслимого грохота, издаваемого русскими ракетами. Особенно ему нравится повторять слово «бархан», ну, это у русских что-то вроде холма. Это слово он повторяет, будто заклинание, всякий раз, как вспоминает пуск русской ракеты из шахты.

А недавно он объявил, что Франция выходит из военной составляющей НАТО. Вот так, Билли, не прилагая никаких существенных усилий, русским удалось пробить брешь в нашей обороне. Мы просто обязаны сделать ответный ход. Нам необходимо сделать неожиданный и эффективный ход в таком месте и в такое время, чтобы у русских не появилось подозрения, что в этом замешаны спецслужбы Соединенных штатов. Вот тут и начинается настоящая работа для вас, Билли! — несколько патетически воскликнул шеф.

— Моя задача, шеф? — Билли приготовился слушать ещё внимательнее.

— Среди французов, чья родословная начинается во тьме веков, нам вряд ли удастся найти кандидатов, готовых пойти на контакт с русскими лётчиками. Но Франция приютила массу эмигрантов. Следует найти среди них таких, не менее двух человек, не знакомых друг с другом, кого можно было бы завербовать для решения нашей задачи. Я ведь просил вас о подобной услуге, Билли, надеюсь, вы не забыли об этом? — шеф не спеша пошел в сторону Билли, чтобы занять удобную позицию для наблюдения за выражением его лица.

«Да он еще хоть куда!» — подумал Билли, окидывая взглядом фигуру шефа, загорелое тело которого резко оттенялось белой сорочкой с короткими рукавами. Русые волосы шефа были тронуты сединой, а голубые глаза неотрывно льдинками блестели в сторону Билли. Он и теперь своей фигурой почти не отличается от того молоденького лейтенанта, принимавшего участие в челночных полетах на бомбардировки Германии на Б-17. На аэродроме в Полтаве русские спецслужбы подловили его на свидании с местной девицей, да так основательно, что наши разведчики мечтали через него устроить игру с русскими «чекистами» — вспомнил Билли название русских разведчиков.

— У нас, старых кадров, сам собой, независимо от нас самих, идет процесс накопления информации в самых, казалось бы, неожиданных ситуациях. Несмотря на то, что мне давненько не приходилось появляться у вас, осмысливая ход событий, происходящих в нашем динамично меняющемся мире, я постоянно прикидываю, кто из знакомых мне людей может пригодиться для той или иной операции. И у меня, как мне кажется, есть на примете именно такой человек, который нужен для вашей, как я понимаю, жесткой, а может, и жестокой, игры.

— Кто же это? — спросил шеф.

Билли запустил руку в нагрудный карман, вынул фото и протянул его шефу.

— Так, так, — шеф взял фото и пошел к столу, разглядывая его. Сел в кресло.

— Глядя на этого парня, ни за что не подумаешь, что он способен на пакости, не так ли? — произнес он удовлетворённо.

— Да, шеф, — вытянулся по привычке старый служака Билли, почувствовавший, как в нем, несмотря на отставку, поднимается волна небывалой, но привычной бодрости, словно у хищника, выслеживающего добычу — Я откопал его на военно-воздушной базе. Парень был во Вьетнаме.

— Малыш нравится мне всё больше. Он что, всерьёз надеется победить коммунизм? — шеф, размышляя, двинулся в путь по кабинету. — Разве дело только в коммунизме? Коммунизм — это для нас только идеологическая ширма. Представьте себе, Билли, что коммунизм в России каким-то невероятным, сказочным образом исчез. И что? Вы думаете, что Россия сразу станет другом, как для Америки, так и для Запада? Нет, Билли, Россия всегда была, есть и будет одновременно и нашим врагом, независимо от того, какой там общественно-политический строй, и желанным лакомым куском. По той простой причине, что на её просторах сосредоточена львиная доля всех полезных ископаемых. Надо же, — удивлённо воскликнул шеф, — малая горстка от населения планеты контролирует одну шестую часть суши! Это всё потому, Билли, что русские никогда не стремились иметь заморские колонии, они приращивали страну только за счёт соседей. В то время, как Колумб с большим риском пересекал Атлантический океан, направляясь в неведомое, русские казаки последовательно, без отрыва от своей земли, присоединяли Сибирь и Приморье к России. Если учесть, что территории Японии и Китая расположены рядом с этими регионами России, Сибирью и Приморьем, и ни японцы, ни китайцы не сумели их занять раньше русских, то контроль, установленный русскими над этими землями, безусловно, свидетельствует о силе духа, стойкости в сражениях и необычайном авантюризме казаков. Их продвижение через Сибирь даже на Аляску и западное побережье Соединённых штатов ни в чём не уступает открытию Америки Колумбом.