Чтение онлайн

– Отдохни, - шепнул мне Ник, когда стало смеркаться.

Салон автобуса залила тихая мелодия какого-то современного венгерского композитора, который теперь писал саундтреки к голливудским блокбастерам. Пейзаж за окном окутал туман, из-за затянувших небо туч, словно призрачный спутник бродяг, выглядывал месяц. И под эту мелодию я почувствовала себя героиней эпического кино, мчавшейся сквозь ночь и непогоду к своей цели.

К мягкой комфортной кровати, которую ей предстояло разделить с непомерно сексуальным и чертовски привлекательным местным красавцем, чьи обещания рефреном звучали у неё в голове.

«Я не сплю с девушками на первом свидании… только на втором…»

Интересно, сегодняшние обжимания в проулке засчитываются вторым свиданием?

Поёрзав на сидении, тщетно выискивая комфортное положение тела, я сдалась и… пристроила голову на плече Ника. Он, кажется, вовсе не возражал. Взял меня за руку и, перевернув ладонью вверх, принялся выводить круги и чертить таинственные знаки пальцами в такт звучавшей мелодии. Кожа чуть ли не заискрила под его прикосновениями.

– Ммм… - протянула я. – Какая потусторонняя мелодия. Это из какого-то фильма про Гарри Гудини.

– А ты знаешь, что Гудини был венгром? – тут же подхватил Николас.

– Пфф… - фыркнула я. – Тебя послушать, так в каждом втором на этой земле течёт венгерская кровь. И вообще, у вас тут колыбель человечества.

Мой прекрасный гид тихо рассмеялся на этот возмущённый комментарий.

Нет, патриотичность – это, конечно, похвально, но, судя по рассказам Ника, она у него чуть ли не зашкаливала.

– Гудини родился и вырос в Будапеште.

– Гудини родился и вырос в Висконсине, насколько я помню, - поправила я. – Так что он американец.

– Ого, - выдохнул Ник. – Кажется, кто-то хочет скрестить флаги. А вы, мисс Финли, воинственная особа.

Никак не могла сдержаться и не припомнить ему этот фокус, обида так до конца и не улеглась. Но Ник предпочёл отшутиться, а не успокаивать или извиняться.

– Наденешь вечером для меня?

Хихикнув, я попыталась забрать у него свою ладонь, но он быстро вернул мою руку на место.

Почему-то уже и обижаться перехотелось, настолько комичной была представленная мной сцена.

– Так вот, что я хотел сказать, Гарри Гудини родился и вырос в Будапеште. У нас здесь даже и квартира-музей имеется. Просто он не особо любил афишировать свою биографию.

– Таинственность и всё такое, да? – зевнула я.

– Вот именно, он ведь был истинным противником медиумов и спиритуалистов. Зачем всяким шарлатанам, на борьбу с ремеслом которых он потратил большую часть своей жизни, лишние личные данные о нём?

Честно говоря, я не была большим знатоком Гудини, вся информация, которой владела, была почерпнута из фильмов и развлекательных передач.

– Хм? Точно шарлатанам? Он там что-то доказал в итоге?

– Ну… посмертно уж точно доказал.

– Это как? – удивилась я.

– Они с женой договорились о неких десяти словах-подсказках, которые укажут, что дух его после смерти явился для связи. Каждый год в канун Дня Всех Святых миссис Гудини собирала согласных на эксперимент медиумов, ставила на кружевную салфеточку фотографию мужа и свечку перед ней и устраивала сеансы связи. Ожидая, что пламя свечи укажет на возвращение её дражайшего Гарри. Но никто из приглашённых медиумов так и не назвал ни одного реального слова из их того совместного списка.

– И что в итоге?

– Говорят, в последний неудачный сеанс она затушила свечу и зашвырнула её куда подальше со словами: «Десять лет – это достаточно большой срок для женщины, чтобы ждать любого мужчину».

– Какая печальная история, - пробормотала я и, не сдержавшись, снова зевнула.

Глаза слипались, я боролась со сном. Правда, силилась, как могла. Но мерное покачивание автобуса и монотонный гул трассы сделали своё дело. И я провалилась в неглубокий, но затягивающий в свои сети сон, пока Николас заканчивал свой занимательный рассказ.

Вся группа застыла у стойки ресепшена, ожидая раздачи ключей от номеров. Кто-то нетерпеливо ходил по холлу, кто-то свернулся калачиком на диване и уже посапывал после утомительного дня. А я присела на краешек своего чемодана и чуть не упала, когда колёсики, скользнув по отполированному до блеска полу, поехали к выходу. Дремавший Бобби вытянул руку и затормозил моё падение, толкнув чемодан в обратную сторону. Джейк, слонявшийся неподалёку, также бросился мне на помощь.

Тут же поднялся гул, оказалось немало желающих пролезть вне очереди, хотя ключи выдавались по алфавитному списку.

Ник махнул рукой и отдал карты самым страждущим из нас. Это было верным решением, уж точно лучше, чем выслуживать недовольное бубнение скандалистов.

Наконец, очередь дошла и до меня. Ник очень аккуратно с многозначительной улыбкой в довесок к моему ключу вложил мне в руку незаметно для всех парную ключ-карту от своего номера.

Едва ли дыша, я стояла загипнотизированная его многообещающим взглядом.

Потом он отошёл к остальным, а я направилась за вновь укатившимся чемоданом. Пол здесь что ли под наклоном был.

– Простите, нам так неловко, - в унисон пели две стервы.

– Всё нормально, мисс, - спокойно отвечал Ник, заново сверяя цифры на магнитных ключ-картах с поимённым списком выделенных для заселения номеров. – Вот этот ваш.

– Спасибо-спасибо, - защебетали они и, виляя задницами, упорхнули в сторону лестницы.

Я решила задержаться, не хотелось очутиться с ними в одном лифте.

Николас ещё раз поймал мой взгляд и улыбнулся, а я вернула ему улыбку, чувствуя, как накопившаяся усталость и раздражение постепенно развеиваются, сменяясь томительным ожиданием большего.

Говоря по правде, обе вещи взяли бы приз в номинации анти-секс.

Что уж что, а выбирать сексуальный вещи я не особо умела, да и не понимала зачем. Постоянного молодого человека у меня, считай, отродясь не было, те недолгие отношения в колледже, даже отношениями назвать было сложно. А парочка других, фактически на одну ночь приключений, кроме как в категорию студенческой возни после вечеринки, и не отнесёшь.