Чтение онлайн

Прежде чем я успел поблагодарить его, Хаззир уже отошел и принялся пристально разглядывать фрески, изображающие загадочную пещеру Друйи глубоко под землей. Я шагнул в нишу, чувствуя, как за мной по пятам следует Фиона. Из тени поднялась женщина в бледно-голубом одеянии. Ее сияющие рыжие кудри были уложены в высокую прическу, открывающую самую изящную шею, какую я когда-либо видел. Я сразу почувствовал, что дела мои плохи.

– Сейонн! Ты сошел с ума, если пришел сюда!

– Ваше высочество!
– Я опустился на колени, но она не протянула мне руки, ее изящной нежной руки, той самой, которая за полчаса могла переломать кучу мебели высотой в человеческий рост, если ее хозяйка была чем-то расстроена.

– Кирил был здесь две недели назад. Я не могла поверить тому, что он рассказал нам.
– Я встал, глядя в ее зеленые глаза, требующие ответа, почему она должна выслушивать того, кто предал ее возлюбленного. Александр несколько недель казнил себя за то, что подверг тебя такой опасности, так обидел тебя, снова заставил страдать. А потом оказалось, что ты так цинично предал его... и как... его лошади... Ты понимаешь, что ты наделал?

– Моя госпожа, я клянусь вам, есть объяснение моим поступкам. Я не совсем невиновен...
– я не стал бы притворяться перед этим взглядом, - но я всей душой был против. Если он захочет, я буду служить ему, как и прежде, пусть даже снова в цепях. Если бы у нас было время, я рассказал бы все.

Она покачала головой:

– Если ты расскажешь мне все, это ничего не исправит. Ты прекрасно знаешь, что наши слова и желания не могут изменить мир. Зачем ты пришел? Она бросила подозрительный взгляд на завернутую в белое Фиону, но я не собирался тратить ценные минуты на церемонии:

– Я должен выяснить, как я могу найти человека по имени Балтар.

Кровь отхлынула от ее лица, рот искривился.

– Балтар... обряды?
– Лидия давно выступала против рабства.

– Да.

– Неужели месть? Я думала, ты выше...

– Человек не сможет придумать, какой мести заслуживает этот негодяй. Об этом позаботятся боги. Но я должен выяснить то, что ему известно, одну очень важную для всего моего народа вещь. Прошу вас, моя госпожа, он может обладать такими знаниями...
– Как мне объяснить ей свои страхи, вопросы, хитросплетения магии и истории, страдания души, обреченной на безумие? Мне понадобится не один час.

– Это ради сына Сейонна, госпожа, его ребенок родился с демоном в душе.
– Фиона откинула белую вуаль и посмотрела принцессе прямо в глаза. Вы же понимаете, что эззарийцы избегают говорить вслух о личном.

Я хотел придушить ее. Что заставляет ее так бездумно говорить вслух о подобных вещах?

– Твой сын!
– Лидия переводила изумленный взгляд с Фионы на меня и обратно.
– Значит, вы жена Сейонна, королева, которая помогла...

– Нет, - хором ответили мы с Фионой.

– Тсс...
– В нишу скользнул Хаззир. Он взял Лидию за руку.
– На улице перед храмом какой-то шум.

– Простите меня, моя госпожа.
– Я начал теснить Фиону назад. Я тоже слышал крики и шум у ворот храма.
– Я не должен был компрометировать вас.

Лидия задержалась на минуту, несмотря на волнение своего спутника. Она всматривалась в мое лицо, словно запечатлевая его в памяти, чтобы позже подумать над его выражением:

– Ты получишь ответ в полночь у фонтана Гассервы.

– Моя госпожа, из этого храма есть другой выход.
– Хаззир едва сдерживался, чтобы не потащить ее силой.

– Я позабочусь о том, чтобы у вас было время уйти, - сказал я. Оставайтесь у задней двери, пока свет не погаснет.
– Они ушли, прежде чем я успел договорить. Я потащил Фиону в глубину ниши. Там, в камнях, было углубление, в котором мог спрятаться ребенок или миниатюрная женщина. Сиди здесь, не привлекай внимания, но будь готова уйти в любой момент.

– Где ты, предатель?
– Гнев Александра бился о стены храма, словно язык огромного колокола.
– Трус! Обманщик!
– Молящиеся в ужасе покидали храм.
– С кем ты встречаешься тут? Где она? Какое заклятие ты наложил на нее, заставив прийти сюда?

Я не позволю ему найти Лидию или причинить вред тем, кто находится сейчас в храме.

– Я здесь, мой господин, - отозвался я, переходя от одной колонны к другой, колокольчики заволновались и зазвучали от моего движения.
– Я действительно искал ее общества, чтобы просить разобраться в происшедшем. Я надеялся, что вы выслушаете того, в ком не сомневаетесь, если вы сомневаетесь во мне.

– Где она? Как ты смеешь впутывать в свои дела мою семью?

– Она отказалась выслушать меня, мой господин. Она вернулась домой. Она говорит, что сначала я должен объяснить все вам.
– В последние дни ложь давалась мне особенно легко. Сейчас он не увидит, если мое лицо вдруг пожелтеет.
– И я прошу вашего внимания...

– Не проси меня ни о чем!
– Его сапоги стучали по глиняным плитам пола, он метался между колоннами, выслеживая меня не с помощью мелидды, а с помощью одного только инстинкта опытного воина.
– Все твои разговоры о вере, чести, свете и тьме... ты все время лгал?

Выйди ко мне и повтори все снова, я поаплодирую твоему умению притворяться.

Я переключил восприятие, прислушиваясь.

– Нет, убери, - негромко сказал он кому-то рядом с ним.
– Я хочу, чтобы все ушли отсюда. Я понятия не имею, что он может сделать. И, Совари, - я безошибочно узнал звук вынимаемого из ножен меча, - если ты найдешь мою жену...

– Я буду осторожен.

Шаги затихли, в храме остался только один дерзиец, тот, что обнажил меч. Я прикрыл глаза и начал вызывать ветер, чтобы задуть свечи. Он остановился, когда в храме стемнело. Я надеялся, что леди Лидия будет двигаться быстро и бесшумно.

– Ты можешь колдовать сколько угодно, Сейонн, но один из нас доберется до тебя. Ты не предашь меня снова.

Он был совсем близко. Достаточно близко, чтобы мы могли говорить нормальным голосом, но я продолжал медленно пробираться между колоннами, заставляя умолкать колокольчики у меня за спиной и раскачивая вызванным ветром те, что висели в дальних углах храма, чтобы держать его на расстоянии.

– Мой господин, неужели вы даже не выслушаете меня?

– Я достаточно слушал. И знаешь, что я услышал? Историю о том, как Айвор Лукаш и его разбойники едва не похитили лошадей Императора, и о том, как некий маг бился с моими воинами, убив двоих и искалечив третьего. Дворяне говорят мне, что человек, неспособный уследить за своими лошадьми, не может уследить за Империей.
– Его шаги звучали все ближе, его голос стал громче. В нем звучал металл. Шагах в десяти от меня вспыхнул факел. Некоторые говорят, что это был тот же самый маг, который напал на крепость одного из моих баронов и зарубил безоружного воина; возможно, именно он ограбил сборщика налогов в Вайяполисе. Говорят, что его владение мечом превосходит умения Лидуннийских Братьев. Я знаю только одного такого человека. Я слышал, что человек, которому я верил как самому себе... которому я отдал свою дружбу и доверил свою честь... намалевал себе на лице белый кинжал и насмеялся надо мной. Это та самая история, которую ты собирался мне рассказать? Или ты изобрел иную ложь, как тогда в Дазет-Хомоле, и теперь снова скажешь, что ты не один из них?

– Если бы вы...

– Друйя, вложи разум в мою пустую голову... Я верил тебе. Но больше не стану. Выйди и расскажи мне свою историю. Но только на этот раз возьми с собой меч.

Слушать его слова было больно. Связывающие нас узы были важнее родственных, они были для меня ценнее собственной жизни. Я не мог переубедить его, не рассказав всего (если переубедить его вообще было возможно), а сейчас было не время говорить о Блезе. Слишком сильно задета гордость. Слишком много подозрений. Я должен найти способ спасти молодого мятежника. Только тогда они смогут примириться друг с другом и со мной.